Чтение онлайн

Забывшись, Огненный Змий вновь собирался возразить сержанту, но тут его руки коснулся Гатиму.

— Мы не почтим смерть Кай’ру, погибнув здесь и не исполнив долг. Самопожертвование может быть и духовным, брат.

Ненадолго черты Цу’гана смягчила печаль, но затем лицо воина вновь застыло в маске бессильной ярости.

Огненные Змии покинули поле битвы, направляясь к лежавшему невдалеке бастиону-монастырю. Цу’ган знал, что демоническая машина вскоре пустится за ними в погоню.

Грохот взрывов, доносившихся снаружи,

приглушали толстые стены бастиона-монастыря.

Отец Люмеон метался из угла в угол.

Почему стены не кажутся достаточно толстыми?

Игнация так и не вернулась с тех пор, как ушла вместе с крестоносцами. В святилище оставались пятеро целестинок под командованием сестры Климены, и все они нервно вглядывались в глубину длинного коридора, начинавшегося за силовым полем. Мало что удавалось разобрать в полумраке аварийного освещения.

Тени начали расти и соединяться друг с другом в разуме отца Люмеона, и священник отвернулся, чувствуя, как колотится сердце. Ища поддержки, он схватился за образок аквилы.

Евангелина не выказывала подобного беспокойства, по-прежнему стоя на коленях перед ракой, умиротворенная и свободная от сомнений. Хотя губы девушки двигались в молитве, никто не слышал от неё ни слова.

Заметив, что склонившаяся над тактической консолью сестра Климена повернулась в его сторону, отец Люмеон направился к устройству, занимавшему один из углов помещения и выполненному в форме реликвария.

На зернистом пикт-экране демонстрировалась обстановка за стенами бастиона-монастыря. Вспышки болтерных выстрелов то и дело перегружали внешние пиктеры яркими отблесками, засвечивая изображение. Статические помехи от переговоров по вокс-каналам ещё сильнее мешали восприятию, но отец Люмеон видел общую картину с болезненной ясностью. Спасения нет. Все они погибнут здесь. Лишь спасение святыни имеет значение.

Как только четверо облаченных в броню воинов появились на краю изображения, священник забормотал молитву Императору. Хотя Люмеон никогда особенно пристально не изучал Адептус Астартес, он сумел опознать символ Саламандр и немедленно вознес глубокое благодарение.

Несмотря на громоздкую броню, космодесантники быстро продвигались через линии охранения Красной Ярости, разрывая врагов на куски огнем священных болтеров и окатывая гнусные толпы очистительным пламенем. С замиранием сердца отец Люмеон смотрел, как безволосый гигант в сопровождении собратьев-воинов огромным молотом пробивает дорогу к вратам. Навстречу из открывшегося в парапетной стене прохода выступил отряд целестинок, и, как отчаянно хаоситы ни старались прорваться, им это не удалось. Защитницы святыни сражались слишком ожесточенно.

Как только Саламандры зашли внутрь, целестинки отступили вслед за ними и ворота с грохотом захлопнулись. Сестры со сторожевых башен усилили огонь из орудий на поворотных опорах, и боевой танк, выехав в небольшой внешний дворик, навел орудия на закрытый проход.

Тут же затрещал вокс-модуль тактической консоли.

++Говорит сержант

Претор из Огненных Змиев, Первой роты Саламандр — подтвердите прием.++

Отец Люмеон взглянул на сестру Климену, которая жестом пригласила его ответить.

В голосе священника звучало почти осязаемое облегчение.

— Господа мои, ваше появление — истинное благословение Императора. Меня зовут отец Люмеон, я верховный священник-миссионер, прикрепленный к Орденам.

++Мы запечатываем внутренние двери.++

Услышав это, Люмеон не смог скрыть удивления.

— Но… Как мы выберемся отсюда? Святыня…

++Всё под контролем. Лучше молитесь, чтобы враг не пробился внутрь.++

Последовала краткая пауза, от которой у священника скрутило кишки.

++Нечто преследует нас. Времени мало. Приготовь святыню, скоро мы присоединимся к вам.++

Вокс-канал отключился, и вновь воцарилась тишина.

Нечто преследует нас.

Нечто.

Слова, повторявшиеся раз за разом в голове отца Люмеона, бросали его в дрожь. Наконец, священник нашел в себе немного храбрости.

— Сестра Евангелина.

Девушка, молившаяся у раки, подняла взгляд.

— Время пришло.

Вздрогнув, силовое поле распалось, пропуская Претора и Огненных Змиев в святилище, но быстро восстановилось за их спинами, насытив воздух озоном и вновь заперев проход.

Цу’ган нахмурился при виде подобной трусости.

— Поле вас не спасет, — заметил ветеран-сержант, глядя сверху вниз на хрупкого пожилого священника.

— Тогда мы в поисках защиты должны положиться на милость Императора.

Если у Претора имелось мнение по этому поводу, воин ничем его не выдал.

— Я — отец Люмеон, — поклонился священник.

Сержант Огненных Змиев кратко и без предисловий изложил суть дела.

— Это телепортационный маяк, — он показал Люмеону небольшое устройство цилиндрической формы, закрепленное на магнитном замке у пояса доспеха. — После наведения на его сигнал корабль ордена перенесет нас и святыню на борт.

На лице Претора читалось сожаление.

— Поле телепортации слишком малó, чтобы вместить и вас. Кроме того, обычным людям не уцелеть во время переноса. Мне искренне жаль.

Отец Люмеон уже смирился с судьбой и не боялся смерти, его беспокоила лишь судьба святыни.

Взгляд сержанта упал на раку Сестры Утраксийской, перед которой стояла на коленях худая послушница.

— Расступитесь, братья.

Загораживавшие проход Огненные Змии отошли в стороны, открывая просвет между Претором и святыней.

— Телепортация всегда сопровождается мощной экзотермической реакцией. Отойдите подальше, а лучше вообще покиньте помещение.

Претор занял позицию для переноса, но, обернувшись, увидел перед собой послушницу, стоявшую с потупленным взором.