Одержимость мастера
Шрифт:
Клиент в соседнем кресле был чем-то недоволен. Я подняла глаза: опрятный молодой человек в темно-синей военной форме с выбитой на горжете надписью «15–28 ТА-65». Знаки отличия указывали на принадлежность к вооруженным силам у Темного анклава.
— Идиот! Ты поцарапал лак на сапогах! За такое руки отрубить! — бушевал офицер.
— Прошу, заплатите! Я не ел два дня! Я все замажу, и видно не будет! Вот увидите! — взмолился Филька, шмыгая носом. И принялся по новой выдавливать ваксу из почти пустого тюбика.
Офицер презрительно скривился и оттолкнул Фильку носком лакированного сапога. Паренек кубарем покатился по каменному тротуару и оказался у моих ног. Мой пульс подскочил. Позабыв
— Как вам не совестно! — крикнула я офицеру. — Он ведь еще ребенок!
Военный уставился на меня, сощурив полыхающие злобой глаза. Я распрямила плечи, краем глаза заметила Фильку, потирающего ушибленное бедро. Офицер поднялся и в два шага оказался передо мной. Сдавать позиции я не собиралась. Нахал занес руку, и я уже было зажмурилась, готовясь к неминуемому удару, как случилось невообразимое: кулак офицера пролетел мимо моего лица и, описав дугу, ударил хозяина в челюсть, да с такой силой, что тот, потеряв равновесие, покачнулся и упал на землю. Я не могла поверить своим глазам.
— Что за чертовщина здесь творится? — послышался хриплый прокуренный голос откуда-то с лестницы.
Для справки
Симберская империя (Царская Симберия) — государство, простирающееся от Северной Европы на западе до Средней Азии на востоке, где северо-восточные ее берега омывают воды Сурового океана — наибольшего по площади и по глубине океана Земли.
Государственным строем Симберской империи является абсолютная монархия. Правит Симберской империей Морозов Николай I, Император всея Симберии, обладающий неограниченной властью.
Столица Симберской империи — город Москинск. С запада Москинск прикрывают неприступные Живетские горы, откуда берет свое начало бурная река Алур, разделяющая столицу на две неравные не только по размеру, но и по качеству жизни территории: Северный и Южный Москинск.
Южный Москинск — колыбель технопрогресса и процветания магии. Там расположен императорский двор, к которому относятся император, Совет министров, государственные Комитеты, Судебный орган, а также общество так называемых биомагов (людей, обладающие древней магией). Все биомаги занесены в Единый реестр биомагов и находятся в ведомстве Комитета биомагических изысканий.
Северный Москинск, также называемый старым, — самый густонаселенный район города с ярко выраженной индустриально-производственной специализацией и низкой социальной политикой.
Денежная единица в Симберской империи — эйри. Одно эйри содержит 50 долей. Деньги выпускаются в бумажных ассигнациях и монетах.
В крайней, незаселенной северо-восточной равнинной части Симберской империи, захватывая воды Сурового моря, существует аномальная зона. Впервые обнаруженная пять столетий назад и получившая название Темный анклав. Вблизи анклав выглядит стеной из плотных облачных образований темно-серого цвета, наивысшая точка с земли не просматривается. Внутри облака фиксируются яркие вспышки, напоминающие молнии красного, желтого и синего цвета. Компасы у границ анклава ведут себя странно и выдают неверные показания. Биомагам империи до сих пор не удалось изучить, что же находится внутри анклава, но ходят слухи, что там обитают страшные чудовища, а время замедляет привычный ход.
Чуть
Второе изменение границ произошло в сентябре 1849 года. Больше обычного участились вспышки излучения, но самым серьезным и пугающим знамением стало исчезновение патруля и нескольких рядовых биомагов. В связи с этим властями принято решение ежегодные плановые проверки активности анклава заменить на регулярные. Для этого протянуть вокруг видимых границ анклава железнодорожную ветку и вдоль нее отстроить специально оборудованные станции, чтобы в случае проникновения чудовищ в наш мир вовремя среагировать.
Глава 16
Я подняла глаза. На ступеньках кондукторского бюро, уперев руки в боки, стоял толстопузый мужик на две головы выше меня, с темными, стриженными ежиком волосами.
— Хозяин… — пролепетал было Филька, но здоровяк и не посмотрел в его сторону. Слетел к подножию лестницы и помог офицеру подняться, а затем налитыми яростью глазами уставился прямо на меня.
— Ты слабоумная, клиентов бить? — зарычал он, приближаясь ко мне. Мне в лицо пахнуло луком и чесноком. Я сделала шаг назад. — На кой черт мне девка, которая достопочтенных клиентов лупит?
Хозяин сделал шаг вперед, я снова отступила.
— Имя, — рявкнул он. Я покосилась на Фильку, тот замотал мне головой, чтоб не называлась. — Немая, что ли? Как тебя звать?
Неужто жандармам хочет меня сдать за «избиение клиента»? Только этого мне не хватало! Хозяин обернулся за ответом к Фильке, но тот развел руки в стороны, мол, не знает, как меня зовут.
— Не знает он! — крикнула я и опрометью бросилась от крыльца. С Верхоглядова, не оглядываясь, побежала на Огнеборскую.
Штраф от жандарма, бог знает что вообразивший о себе офицер, спятивший хозяин обувной чистки — это что же за день такой? Кончатся уже на сегодня мои неприятности?
Ожидать ответа не приходилось. Лавируя по людному тротуару, упорно двигалась к своей цели — ну хоть в библиотеку я должна сегодня попасть! Улица постепенно редела, день клонился к вечеру — приближалось время комендантского часа. Когда улицы опустели и зажглись редкие фонари, я старалась идти вдоль зданий, скользя ладонями по стенам, пробиралась буквально на цыпочках, пока не вышла на Чарльза Дарвина. В считаные секунды прокралась по палисаднику внутреннего двора библиотеки и оказалась у деревянной двери с жестяной табличкой «Посторонним вход воспрещен».
Заглянула в окошко — никого не видать. Недолго думая, дернула ручку и юркнула в темный коридор. Боясь лишний раз вздохнуть, затаилась на пару секунд. Если новый вахтер услышал, как открылась дверь, у меня еще будет время выскочить наружу. Но время шло, а посторонних шагов я так и не услышала. Может, это везение — моя награда за все сегодняшние мучения?
Бесшумно я двинулась вперед по коридору. Входная дверь постепенно отдалялась.
Удар сердца.
Второй.
Третий.
Кажется, прошла вечность, прежде чем я оказалась у деревянной двери с латунной ручкой. Наконец-то! Приоткрыла дверь на тяжелой пружине. Снизу показался мерцающий, едва живой свет. Мелкие выщербленные ступени, освещенные дежурной лампой в овальной железной клетке, вели вниз. Сделала один шаг, потом второй, а потом уже ничто не заставило бы меня остановиться. Уверенно, держась рукой за шершавую стенку, я спустилась на два пролета и оказалась во мраке. Все делала по памяти: вытянула перед собой руки, нащупала круглую ручку, повернула ее против часовой стрелки, дверь открылась, и я очутилась в мастерской.