Чтение онлайн

Марина приотстала, что и понятно, трап-то узкий. Звягинцев был уверен, что помчится следом, ей же все интересно, особенно про мистику, а тут почитай историческая личность, упокоиться не пожелавшая. В самый раз помощнице нос сунуть. Андрей даже успел пожалеть, что в приказном порядке в каюту ее не отправил — мало ли что от помешанного жениха ждать можно. Вон во время рассказа своего за руку ее цеплялся.

Однако, когда обернулся, собираясь исправить свой недочет, заметил подле Марины тапера. Тот вежливо подал Клюевой руку, сказав что-то, и она улыбнулась

и кивнула, позволяя себя увести.

Незнакомому и подозрительному человеку! Да к лешему ту Дуньку давно помершую! Тут, может, живую девчонку спасать впору! Вот куда эта сволочь ее поволокла?! Но давши слово, держись, а он обещал Котову помощь. И сам Тихон вцепился, прилип, как смола, не отдерешь. Сила в парне была немалая, а тут ее еще ужас увеличивал.

Проволочив сыщика по сквозному коридору до двери своей каюты, самой большой и лучшей на судне, Котов дернулся, указывая пальцем с гладким ногтем на лежащий у двери коврик. Лампа рядом как раз горела, Андрей рассмотрел полоски на полукруглом коврике и пожал плечами в недоумении.

— Вы его переверните, — прошептал Тихон едва слышно.

Андрей последовал совету. Снизу по коврику расплывалось здоровое мокрое пятно.

— Могли матросы пол помыть, — дернул сыщик плечом, — да так и шлепнуть из нерадивости на мокрое.

Не сильно в такое верилось при строгом капитане, но всякое бывает. Или стюард воду нес и опрокинул, а ковриком после прикрыл. Нет, эта версия не годилась. Разве что тот сперва лежал другой стороной.

— Дальше гляньте, вот, — Тихон ткнул пальцем в филенку.

По той сбегали капли воды, точно дверь плакала. Андрей приблизился, присмотрелся, примерился своей пятерней: начиналась капель где-то на уровне его плеча. А чуть ниже отпечатались две мокрые девичьи ладони, уж явно поменьше его руки.

«Надо бы поймать шутницу, — подумал Андрей, — рыбку эту глупую. Размером вроде с Лидяшиными схоже, но без проверки…»

Снаружи задувал под крышу легкий ветерок, бродил сквозняком, отпечатки и «слезы», оросившие двери, однако же не сохли.

«И узнать, какая у Лидяши магия… Если вообще есть. Или другие какие волшебники, по воде специализирующиеся, на судне находятся. Да хоть та же горничная Яся, может, совсем не горничная, а то и не Яся. Мало ли чем ей мог Тихон не угодить. Она тоже миниатюрная, вполне подойдет…»

— И вот еще, — указал Тихон на цепочку следов чуть в отдалении.

Словно девушка прошла от кормы до каюты мокрыми босыми ногами, а потом вернулась на ют. Пройдя вдоль следов, Звягинцев обнаружил, что заканчиваются они у борта. Как будто девица отсюда пришла и сюда же вернулась, а потом спрыгнула в реку.

— Ну, вполне могла и задом наперед пройти, и никто никуда не выпрыгивал, — заметил вслух Андрей. — А прочие следы затереть.

И поискал глазами швабру или тряпку. Впрочем, и то, и другое шутница вполне могла унести с собой.

— Она эта, Дуняша, моего прапрапрадеда… или сколько там… единственная любовь. Батюшка его на денежном мешке женил, а второй женой она не пошла… — тихонько, но настойчиво,

как зубная боль, ныл Тихон. — Глашу извела и за меня взялась.

— Есть мнение, что никто Глафиру не изводил. Надо, правда, это еще проверить, — попытался успокоить его сыщик.

— И все равно пришла! За что?! — с вывернутой логикой сумасшедшего возопил Котов.

«Волхва или волховицы на судне нет, — вздохнул Андрей, — глядишь, и вправили бы они Тихону Нефедычу ум. А так что же? Так только до Ухарска ждать».

— Вам лучше одному не оставаться. Пойдите в салон, развейтесь с друзьями, граммофон послушайте. А если произойдет еще что-то странное, сразу известите меня, — сказал Андрей и добавил для большей солидности: — А я пока еще следы поищу.

На самом деле ничего он искать не собирался. Сердце было не на месте, стремилось за Клюевой, вселяя страх, что тапер поступит с ней не как порядочный человек, а вовсе даже наоборот. Резко кивнув Тихону и убедившись, что тот и впрямь на верхнюю палубу отправился, Звягинцев бросился на бак, куда, как он успел заметить, скользкий тип увел Марину.

Остановился Андрей у перегородки, отделяющей нос корабля от палубы и праздношатающейся по ней публики — и не рискуя шагнуть за нее к таинственному Котлу, и не имея сил уйти прочь. Одно дело преследование преступников, погони, там тело действует самостоятельно, рефлексии только мешают. Но здесь… было что-то другое, что мешало Звягинцеву вцепиться в след, как ищейке, которой он, собственно, и являлся. Здесь… было личное. И не следовало, наверное, мешать Клюевой, но… Но тапер!

Андрей прислушался. Марины видно не было. Зато он услышал ее мягкий голос. Как в сказке, где принцесса поверяла свои беды печке, а в той сидел король и внимательно слушал, Андрей тоже стал нечаянным свидетелем откровений своей помощницы.

— Думаешь, я не понимаю? Где я и где он…

Она замолчала, словно слушала ответ на свои слова, но до Андрея не долетело ни звука. Будто ответ тот предназначался исключительно девушке.

— Да если б он лишь родовит был! Не в том дело! Знания сравни, я ж рядом с ним дура дурой получаюсь. Еще и доказала это не раз.

Она вздохнула и опять замолчала на какое-то время. А Звягинцев вдруг отчетливо представил, как близко к ее уху должен наклоняться чертов фигляр, чтобы ни звука не доносилось. Кулаки зачесались. Но от мысли, что подумает Марина, если он сейчас вывалится на бак, чтобы начистить таперу физиономию, стало не по себе. Не простит же. А она снова заговорила.

— Могу, конечно, и вывернусь наизнанку, чтобы над собой вырасти, чтобы ему не стыдно было со мной рядом. Да только чему это поможет?

Она еще послушала, причем, на этот раз дольше, и фыркнула:

— Сказки это все! Что ради любви всем пожертвовать можно и горы свернуть. Где она, такая любовь? — в голосе Клюевой чувствовалась неуверенность. Казалось, она именно в такую любовь и верит, но взрослый рассудительный голос внутри не дает чувствам рвануться наружу. — Уж точно не у меня, что бы ты ни говорил.