"Обручальник" против
Шрифт:
Но тот одарил его презрительным взглядом, подошел и совершенно спокойно сел у ног Звягинцева. Словно якорь. А то ведь всякие любопытствующие уже на спины напирали. Не порадовало, что Цапкина не осталась в каюте и тоже примчалась поглазеть на безобразие. Как же, новый повод гадостей наговорить — и Лидяше, и им с Андреем, а то и Елизавету Львовну как хозяйку Герострата недобрым словом помянуть.
А
— Вфав! — сообщила она, опустив ношу у ног девушки.
— Мряф! — подтвердил Герострат.
Клюева хотела уж было поднять подношение, но Андрей остановил, поймав за локоть.
— Анна Панфильевна, посмотрите-ка, — махнул рукой Цапкиной, — не от фартука ли вашей горничной этот лоскут? От того, что она, по вашим словам, специально порвала.
Скандалистка протиснулась вперед, раздвинув других гостей, и тоже хотела поднять узелок, но поймала взгляд сыщика и руки за спину спрятала.
— Похож, — буркнула недовольно. — Только пока не рассмотрю, не стану утверждать.
— Летягину позовите, — велел Звягинцев, непонятно к кому обращаясь. — Будьте свидетелями, господа. Виктор Куприянович, подойдите.
Лишь после этого поднял узелок, положил его на ближайший столик и принялся развязывать. Затянут тот был на совесть, пришлось Андрею повозиться. А тут и Клавдия Кондратьевна подошла. И ахнула, когда в раскрывшейся тряпице обнаружились дешевые серебряные украшения. Только и выдохнула:
— Глашенька!
— Это в ларце было? — уточнил сыщик, и женщина кивнула. — Анна Панфильевна? Имейте в виду, я ведь и сам фартук найду.
— Грязный он. А так вроде похож, хлопчатый фартук я ей справляла, — раздраженно отмахнулась Цапкина и принялась обмахиваться огромным веером. Из страусиных перьев.
Мариана присела на корточки перед Кисей.
— Спасибо! — прошептала так, чтобы никто не услышал.
Собачка радостно завиляла хвостом и протянула лапку. Клюева честно ее пожала. А когда встала, Звягинцев поманил ее к себе. Он как раз передал капитану улику — для сохранности.
— Мы раскрыли дело? — робко поинтересовалась Клюева.
— Да бог с вами, Марина Викторовна, — вздохнул Андрей. — Случайную кражу мы раскрыли. А вот доказательств, что именно Фекла Холуева меня столкнула, у нас нет. Да и к разгадке исчезновения Глафиры Летягиной не приблизились. Но если повезет, последнее мы сможем исправить. Идемте-ка, пока темнеть не начало.
И, подхватив Марину под руку, повел ее на нижнюю палубу. На правый борт. Да еще и почти на то место, откуда помощница в реку за ним прыгала. Сразу стало неловко и мысли всякие в голову полезли… неуместные сейчас. Да и вообще глупые. Особенно, если вспомнить, сколько до ужина осталось, когда…
Однако Звягинцев вовсе не собирался по новому кругу стыдить помощницу. Он заглянул через борт
— Что? — не поняла Марина, тоже полюбовавшись, как плещется Дунька о кораблик.
— На борту смотрите. Не видите?
Она пригляделась. Что-то там, прямо под тем местом, где стоял Андрей, колыхалось, едва заметное, словно клок волос или шерсти Герочки прицепился к борту. Марина посмотрела вопросительно на сыщика, но тот и внимания не обратил, лег на ограждение животом, почти перевесился наружу, пытаясь дотянуться до страной этой штуки.
— Андрей Ильич! — взвизгнула Клюева, двумя руками обхватив любимого начальника, чтобы удержать.
В глазах потемнело от ужаса: вот сейчас он равновесие потеряет и снова в реке окажется! И что ей делать? Опять в платье, как дуре, прыгать? Это, Глафирино, так легко не снять. Она и свое-то не сообразила скинуть, а пока сейчас провозится, он же утонуть может!
— Что?! — Андрей разогнулся мгновенно, схватил за плечи уже ее. — Марина? Что случилось?
— Не смейте! Не смейте снова… падать… я… Мне что, снова за вами прыгать?!
— Падать? — он перевел дыхание. — Падать, значит… Не собирался я падать, Марина Викторовна. И прыгать за мной не нужно. Я же объяснял, просил. Я хорошо плаваю.
— Падать не нужно в воду! А я все равно за вами прыгну! — от пережитого мгновенного страха горло стягивало спазмом, слезы были готовы в любую секунду брызнуть из глаз. — Потому что, если вы… вы… я же без вас…
— Вы без меня — что?
И такая улыбка на лице сыщика мелькнула… не насмешливая, нет, а словно… хулиганская, что ли. И в то же время… что в ней еще было? Надежда? Предвкушение? Какого вот ответа он ждал? И почему наклонился так близко? Еще чуть-чуть, и носами они столкнутся. И сердце колотится, и отвечать надо что-то… взрослое. А то же опять…
Все эти мысли за секунду в голове пронеслись. Понимая, что снова будет выглядеть глупой, как ни старайся, Марина почти выкрикнула то единственное, что показалось хоть каким-то оправданием:
— Я без вас ни одного дела не раскрою!
Улыбка с лица Андрея сползла. И зябко стало, пусто как-то.
— Раскроете, Марина Викторовна. И не одно. Все у вас еще будет, — сказал ровно. — А сейчас нам бы улику вытащить, — он огляделся по сторонам. — Эй, парень! — крикнул матросу, надраивавшему палубу. Тот обернулся. — Багор нужен. Не подскажешь, где взять?
— Принесу, — откликнулся тот и не без удовольствия отставил швабру.
С багром пошло веселее. Еще бы любопытные вокруг толпиться не начали и советы давать. Но сыщик все же справился, подцепил крюком странный этот пучок, зацепившийся непонятно за что, вытащил.
— Пенька размочалилась, — задумчиво произнес матрос — тот, что принес багор и после активно принимал участие советами в извлечении улики.
— Не канат? — уточнил Андрей.
— Да вроде нет, — пожал парень плечами. — Вы, господин сыщик, о том у боцмана спросите. Мартын Наумович свое хозяйство знает, он точно определит.