О, Путник!
Шрифт:
— ГРАФ, а если вдруг делегацию нашу встретят с распростёртыми объятиями и примут наши условия? — спросил я.
— Сир, Вы сами-то в это верите? На Острове смута, гражданская война, объявился какой-то РЕГЕНТ. Пираты, однако… Думаю, что ничего путного не выйдет.
— Кто знает, кто знает… Именно при таком положении дел и раскладе сил у нас и может что-то получиться, — задумался я. — Ладно, продолжайте. Что следует делать дальше, по вашему мнению?
— Так вот, Сир… Далее мы концентрируем на западном побережье все наши войска, собираем флот, имеющийся в нашем распоряжении. Должны быть задействованы все плавательные средства: военные корабли, транспортные
— ГРАФ, насчёт «волны праведного народного гнева», — с этим я полностью согласен, это мне очень нравится, — поддержал я его. — Народный гнев нам не помешает! Кстати, у меня есть неплохой лозунг для предстоящей военной компании: «Всё для войны, всё для победы! Родина-мать зовёт! Враг у порога! Братья и сёстры! Сплотите свои ряды!». Как вам?
— Превосходно, Сир! Гениально! Мы немедленно внедрим данные лозунги в массы! — просиял ГРАФ. — Это поможет поднять боевой дух и мобилизовать достаточные силы для грядущей великой победы!
— Вы знаете, ГРАФ… — задумался я. — У меня возникают некоторые опасения по поводу переброски войск на Первый Остров. Его флот, в совокупности с пиратским, всё-таки превосходит наш. И вообще, выигрывает тот, кто подготовлен! Только внезапность, исключающая надлежащую подготовку со стороны врага, даст нам преимущество в войне. Если мы предварительно направим делегацию с соответствующими требованиями, то противнику станет ясно, что готовится вторжение. В таком случае он наверняка успеет сплотиться и подготовиться к обороне или к агрессии против нас. Я думаю, что никаких делегаций отправлять не надо. Повторяю! Наше оружие — внезапность! Как можно более скрытно концентрируем войска на двух-трёх направлениях, и в бой! Противник просто не успеет осмыслить ситуацию, договориться и объединить свои силы. Разобьём всех поэтапно и поодиночке!
Я нервно застучал пальцами по столу, с ненавистью посмотрел в серое небо за окном, которое гипнотизировало, подавляло и угнетало. Внутри меня вдруг стало зарождаться и нарастать какое-то внутреннее возбуждение и странное напряжение, которое требовало немедленного выхода.
— Никаких миссий и делегаций! Мне не нужны эти ваши дурацкие феодальные штучки! — рявкнул я. — Может быть, наша делегация ещё и предложит противнику время для раздумий, скажем, месяц-два, как это, очевидно, у вас принято!? Ничего глупее представить себе не могу! К чёрту Основной Закон! До сих пор я не встретил на этом Острове ни одного человека, который бы его придерживался и соблюдал. Наша стратегия — блицкриг! Только молниеносные и решительные действия! Вперёд и только вперёд! Вперёд на Запад! Вот так!
Я вдруг почувствовал, что впадаю в какой-то дикий экстаз, кровь заиграла, вскипела и вспенилась в моих жилах, как перегретое и небрежно откупоренное шампанское. Я вскочил, стряхнув со своих колен задремавшую, было, на них ГРАФИНЮ, грохнул кулаком о стол.
— «Запад есть Запад, Восток, есть Восток, и вместе им не сойтись!». Полная ерунда! Этот идиот был не прав! Воспеваешь Империю, так воспевай её до конца! Всё у нас сойдётся и состыкуется при желании и умении. Вперёд, на Запад! Одержим Победу и сойдёмся, ещё как сойдёмся!
После этой тирады я, тяжело дыша, снова упал в кресло. Мои собеседники, потрясённые таким мощным эмоциональным взрывом, застыли, как изваяния. Причём
— Сир, — робко обратилась ко мне девушка, неожиданно перейдя на «Вы». — О каком идиоте Вы говорили? А цитата, вообще-то, умная, великолепная… Но мне кажется, что Вы её подаёте не в том контексте, извините, — передёргиваете. Её автор наверняка мыслил в стратегическом масштабе, а Вы в тактическом. Вообще-то, кто он такой? По поводу чего он произнёс эту фразу?
Я встал, бережно поднял ГРАФИНЮ с холодного пола, посадил её в своё кресло и задумчиво произнёс:
— Жил, знаете ли, где-то, когда-то один писатель и поэт. Где, когда? Как его там звали? Чёрт его знает… Да нет, вспомнил! Киплинг! Джозеф Редъярд Киплинг. Певец Империи… Какой Империи? Не помню, не помню. Всё, что я внезапно вспоминаю, имеет вид глубокой, необъятной и чёрной воды, скрытой подо льдом. Вот он — белый, холодный и вроде бы очень прочный, монолитный. Ан, нет! Вдруг натыкаешься на полынью и видишь кусок оголённой незадолго до этого, казалось бы, потаённой воды. Но это всего лишь маленькая частица огромного океана, лишь фрагмент мозаики! Вы понимаете меня, ГРАФИНЯ? Вот такова моя память. Ну и Бог с нею. Надоела мне уже эта тема. Вернёмся к нашим планам…
— О, Сир! Вы совершенно правы. Я с Вами согласен. Никаких переговоров! Только молниеносные и решительные действия! Великолепно! — искренне восхитился ГРАФ.
— То-то, то-то, — устало улыбнулся я. — Завтра утром отдайте необходимые указания о передислокации части войск на юг. Оставьте в Столице небольшой гарнизон. Усильте, на всякий случай, наши войска по всему западному побережье, мало ли что. Я отправляюсь на юг сегодня, начну организацию подготовки к войне. Встретите здесь Графа Восьмой Провинции, обсудите с ним все нюансы будущей аудиенции и принятия Присяги, и выдвигайтесь вслед за мною. Примите меры к тому, чтобы мой отъезд прошёл незамеченным.
Я на некоторое время задумался, потом подошёл к ГРАФИНЕ, обнял её, поцеловал в розовую щёчку.
— Сильно я тебя уронил, дорогая, не ударилась?
— Да, ерунда… Как может удариться при таком пустяковом падении наездница Горных Жеребцов!?
Мы все засмеялись. Ветер за окном стих, пламя в камине уменьшилось, но угли давали ощутимый жар, в комнате стало чуть темнее, но значительно теплее и уютнее. Мне вдруг пришла в голову одна неожиданная и интересная мысль.
— А знаете что, ГРАФ! Мы, пожалуй, поступим несколько иным образом. Завтра к полудню собираем Большой Военный Совет с участием всех глав Провинций. Граф Восьмой Провинции даёт присягу. Я объявлю военную доктрину. Звучать она будет так: «Второй и Третий Острова — едины!». Вы разъясните присутствующим план наших дальнейших действий, а именно: отправку на Третий Остров делегации с целью проведения переговоров о присоединении его к моей Империи. Ведь я, вообще-то, как никак являюсь Королём Третьего Острова и пришло время восстановить там мою законную власть! Пока делегация будет готовиться, пока будут сформулированы наши требования…
Я напрягся, почувствовал лёгкий кураж и просветление, словно выпил полную рюмку Звизгуна, и продолжил:
— А в это время большая часть наших войск концентрируется на северо-западе страны, в двух-трёх местах. Не на юге, и не на западе! Меньшая часть армии, возглавляемая лично мною, двигается на юг нашего Острова. Вы понимаете, к чему я клоню, ГРАФ?
— Начинаю понимать, Государь.
— Дорогая, насколько я знаком с географией, Первый Остров располагается на западе от нашего, а Третий Остров — на северо-западе. Верно?