Черный Кровавый Триллиум

Этот роман был задуман и создан при очень необычных обстоятельствах. В 1989 году немецкому литературному агенту и преподавателю Уве Люзерке пришла в голову отличная мысль: что, если трем ведущим писательницам в жанре фэнтези объединиться и написать роман? Это была бы история трех принцесс, лишенных своих королевств и вынужденных предпринимать героические усилия и прибегать к магическим силам, чтобы преодолеть удары судьбы. Каждая из трех писательниц должна была написать историю своей принцессы, но все три книги должны составлять единую эпопею.

По различным причинам идея Люзерке так и не воплотилась в жизнь. Профессиональные писатели обычно не любят прислушиваться к идеям посторонних. Писатели ощущают настолько глубокую связь с собственными созданиями, что очень неохотно прислушиваются к любителям, которые могут не понимать всей тяжести труда по созданию романа, пользующегося спросом на рынке. Однако у Люзерке было одно ценное преимущество: он давно дружил с американской писательницей Андрэ Нортон, живущей во Флориде и широко известной своими научно-фантастическими романами и произведениями в жанре фэнтези, в основном написанными для юных читателей.

Он предложил Нортон идею о трех принцессах, и той подобный замысел показался достойным внимания. Тогда она связалась со своей подругой, известной писательницей Мэрион Зиммер Брэдли, книга которой «Туманы Авалона» стала мировым бестселлером. Брэдли идея понравилась, и она согласилась принять в ней участие. В поисках третьего, и последнего, участника Люзерке написал Энн Маккэффри, ирландской писательнице, работающей в жанре фэнтези, но она отклонила его предложение. Не потеряв присутствия духа, Люзерке написал Джулиан Мэй, писательнице с мировым именем, живущей в штате Вашингтон на Тихоокеанском побережье Соединенных Штатов.

Она приняла это письмо за розыгрыш!

Письмо пролежало на столе Мэй без ответа несколько недель, до тех пор, пока однажды поздно ночью ей не позвонили из Германии. Уве Люзерке сообщил, что предложение вполне серьезно и что Нортон и Брэдли действительно согласились принять участие в таком проекте. Он снова предложил ей стать третьим участником эпопеи.

Все еще сомневаясь, Мэй запросила подтверждение от Рассела Галена, нью-йоркского агента Брэдли. И когда он сообщил ей, что американские издатели были бы очень заинтересованы в истории трех принцесс, Мэй, которая к тому же много лет работала профессиональным редактором, серьезно задумалась над этой идеей. Сюжет романа в письме Люзерке был изложен недостаточно ясно, хотя замысел, несомненно,

заслуживал внимания. Агент предложил Мэй придумать собственный сюжет и послать его Нортон и Брэдли, чтобы они дали замечания и выставили необходимые требования. Она так и поступила, послав копию и агенту Расселу Галену.

Галену понравился новый сюжет, который Мэй назвала «Черный Триллиум». Привлек он и крупное нью-йоркское издательство «Бэнтам Букс», которое через два дня решило купить права на роман, предложив значительный аванс.

Джулиан Мэй была растеряна и удивлена столь стремительным развитием событий — ведь две другие писательницы еще не успели ознакомиться с ее сюжетом. Но Мэрион Зиммер Брэдли и Андрэ Нортон на удивление спокойно отнеслись к идее нового «Черного Триллиума». Они согласились с новым сюжетом, уже одобренным издателями, так же, впрочем, как и Уве Люзерке, который был настолько счастлив потенциальной реализацией его идеи, что уже не задумывался, будет ли использован его собственный сюжет.

Три писательницы решили собраться в доме Андрэ Нортон возле города Орландо, штат Флорида, чтобы обдумать будущую книгу и, что самое важное, решить, кому о какой принцессе писать.

В новом сюжете Мэй каждая из трех еще не имеющих имен принцесс представляла собой ясно выраженный оригинальный характер. Первая была интеллектуалкой, мистиком, полным сомнений. Вторая — женщиной действия, отважной, но с очень вспыльчивым характером. А третья принцесса оказалась мягкосердечной, умной, хранительницей домашнего очага и очень застенчивой, привыкшей зависеть от решений своих сестер.

Во Флориде Нортон, Брэдли и Мэй встретились впервые. Все трое — очень сильные личности, не увлекающиеся произведениями друг друга, но готовые объединиться ради многообещающего проекта. По настоянию Мэй каждая из них выбрала себе персонаж, который ее больше всего привлекал. Брэдли предпочла принцессу-интеллектуалку и назвала ее Харамис; Нортон выбрала принцессу-амазонку, назвав ее Кадия; Мэй же досталась Анигель, принцесса, которая попадает в своих магических поисках в самые крупные неприятности.

Прежде чем приступать к книге, нужно было создать особый мир. И вот, собравшись за круглым столом в солнечной комнате Андрэ Нортон, три писательницы создали карту фантастической страны, составили список персонажей (волшебник Орогастус был придуман Люзерке, хотя его характер претерпел существенные изменения в новом сюжете), а также план, включающий животных, растения, блюда, костюмы, социальные и политические проблемы и еще тысячу разных деталей, необходимых читателю, чтобы ясно представить себе воображаемый мир.

Была разработана детальная конструкция книги, глава за главой. При этом каждая писательница работала только над главами, описывающими приключения именно ее персонажа. Джулиан Мэй согласилась написать главы-«мостики», посвященные другим персонажам, и именно ей пришлось сглаживать различия в стилях так, чтобы законченный роман имел собственный неповторимый голос.

«Черный Триллиум» рождался в муках. Мэрион Зиммер Брэдли плохо себя чувствовала. У Джулиан Мэй накопилось много другой работы. А Андрэ Нортон в 76 лет пришлось изучать компьютер после целой библиотеки романов, написанных на машинке. (Ведь для писателей, живущих в разных уголках Америки, единственным средством для совместной работы является компьютер.) Разумеется, были разногласия, обиды по поводу отклоненных гениальных идей и даже ссоры. Одно время даже казалось, что роман вообще никогда не будет написан,— но агент Рассел Гален и героический редактор «Бэнтам Букс» Бетси Митчелл в конце концов сумели разрешить все проблемы. Роман был закончен, опубликован, имел шумный успех, и Американская ассоциация библиотек (American Library Association) даже включила его в список 200 «выдающихся» книг года.