Незваные...
Шрифт:
– В какой реальности?
– В моей. Мы летали в поисках хоть каких-то признаков разнообразия. Я уж не говорю про ещё один оазис или людей… А фазисом я назвал особое состояние пилота, то есть человека, находящегося в состоянии перелета из одной точки пространства в другую. Когда я был в Новосибирске, случились две очень неприятные вещи. Я покупал консервы в продуктовой палатке, хорошо ещё, что рядом никого не было. И когда принимал сдачу от продавщицы из рук в руки, её, бедную, крутнуло и швырнуло так, что рассыпалась палатка… Я в спешке исчез незамеченным, но потом посмотрел картинку, вижу – жива она, ничего не повредила, слава Богу, но напугана
– Мы капсулой зовём эту оболочку.
– Ну, а я как-то привык к кокону. Но оказалось, не в нём дело, а в фазисе. Какая-то особая частота возникает у пилота, отличная от простого человека. Его может просто убить. Второй случай выглядел так. Я много тогда мест посетил в Новосибирске, документы кое-какие из дома забирал, перепрятывал особо дорогие мне вещи, нашёл куда, сами понимаете… И вот на улочке тихой во время скольжения – когда по платформе движешься, я скольжением называю, – человек навстречу шёл. Пьяный. Ну, идёт себе и идет, мотается из стороны в сторону. Тротуарчик узенький. Я от него, он ко мне, я в другую сторону – и он за мной. Думал, дурачится. Потом присмотрелся – а он словно и не видит меня, настолько пьяный. Я капсулу выключил на всякий случай, если столкнемся, и иду. Как я ни увёртывался, – уже даже кричу: «Куда, мужик, глаза разуй!» – и всё-таки мы столкнулись…
Нодар перевёл дух, даже лоб протёр – вспотел от волнения.
– Я почти ничего не почувствовал, а мужик вскрикнул тихо и мешком осел на землю, навзничь крениться стал. Я назад, фу, чёрт, думаю, умирает, лицо серое и аж трясется, ходуном ходит, как в ознобе… Жуткая сцена…
– Лицо? – Серж напрягся и подался вперед.
– Что «лицо»?
– Лицо ходуном ходит?
– Нет, не только лицо, всё тело. Ну, думаю, убил, а впереди люди шли, вдалеке, правда, вряд ли что видели. Я назад кинулся, через мужика перепрыгиваю и бежать… Оглянулся, смотрю – мужик опять идет, качается, как ни в чём не бывало. Фу, думаю, пронесло. И за первым же кустом перескочил это место. Вот и решил, что фазис надо учитывать…
– Я перебью тебя, Нодар, – Серж тронул его за руку; Марина переглянулась с другом, догадываясь, что это за фазис такой. – Вспомни хорошенько, Нодар, когда ты шёл навстречу тому человеку, людей впереди видел?
– Нет, ни души. Люди из-за угла вышли, когда уже столкновение произошло…
– А когда убегал и оглянулся – люди так и шли?
Нодар внимательно посмотрел на Сержа, чувствуя какой-то подвох.
– Нет, не шли, я ещё внимание на это обратил, решил, что они назад вернулись, за углом вновь скрылись… А что?
– Вот так фазис! – Серж улыбался, Марина тоже. Нодар смотрел на них в ожидании объяснений. – Это не фазис! Ты в прошлое проскочил на какое-то время.
– Как?
– Случайно. Видимо, хотел метнутся назад в буквальном смысле: в пространстве, а тебя кинуло назад во времени.
Серж встал, подошел к Нодару. Тот поднялся со стула.
– Кстати, Мариш, попробуй с нами. Вот тебе урок тренировочный небольшой. Давай, Нодар, покажу тебе ту сцену.
Сергей взял за плечи Нодара и, увидев всю цепь событий, сосредоточился и вынырнул на том самом тротуаре. Нодар был потрясён.
– Идём-ка в сторонку, вот сюда, на травку, – предложил Серж. – Не волнуйся, сейчас они нас не слышат и не видят.
По– Вот тебе и дрожь с лихорадкой, – сказал Серж, «проматывая» вперед-назад реальность прошлого. Мужик троился, выплясывая танец припадочного, «четверился», «десятерился», множился и множился вплоть до расплывчатого облака. Вместе с Нодаром… А люди выходили из-за угла и… пятились спиной обратно за угол, образовав в итоге размазанный на несколько метров туман. Марина всё это время была рядом, победоносно поглядывая на Сержа – получилось, мол, и у меня по прошлому двигаться!
Когда все вернулись в Замок, Нодар находился в лёгком шоке.– Значит, и я мог бы перемещаться во времени? – он стоял посреди зала и растерянно смотрел в пол.
– Почему мог бы? И сейчас сможешь, если попробуешь, – бодро сказал Серж.
– Вот мы снова подошли к очень волнующей меня теме, ребята, – Нодар успокоился и сел. – Клоп-то мой, криптлокатор дорогой, почти не работает! Бунтует. А может, силы экономит. Чахнет, короче говоря, хандрит что-то. А причины не знаю! Я бы давно убрался из этого заколдованного острова вместе с пустыней. Приснилась она мне на мою голову!
Марина подошла к Нодару, погладила его по руке и сказала:
– Вот ты сейчас психуешь, демонстрируешь раздражённость, выплёскиваешь злость. Так ведь? А этого клопы не любят. Твой от этого, наверное, и хандрит. Ведь агрессия и на него направляется. Верно? Попробуй накричи на кошку или собаку – она убежит в лучшем случае. В худшем – укусит или оцарапает. Так то животное! А здесь, – Марина погладила кольцо Нодара, – сверхразумное существо.
Колечко Нодара позеленело и размякло.
– Оно нагрелось, тёплое, – удивлённо произнёс Нодар, поднося руку к глазам, – и позеленело… Я никогда такого за ним не замечал, ребята.
Серж обнял Марину за талию, встал рядом, глядя на недоумевающего бородатого гостя.
– Скажи, Нодар, – прищурился Серж, – ты заметил какие-нибудь изменения в своём характере с тех пор, как перстень растворился на пальце? Или, может, чуть раньше, когда он ещё был перстнем?
– Да. Пожалуй, да. Я стал более флегматичным, рассудительным, спокойным. До этого я порох был, взрывной, горячий. Во мне ж кровь горца!
– Это клоп поработал, – убеждённо констатировала Марина.
– Я так и думал.