Чтение онлайн

– Ну, пожалуйста! Я же завтра слизнем буду!
– ныл дух, отлетев на безопасное расстояние.

– У вас же здесь память общая!
– бурчал смилостивившийся МакЛохлан, пытаясь развернуть коммуникатор экраном к себе. Браслет впился в руку, а держать равновесие становилось все труднее. Стены сужались.
– Пускай городские духи с охотниками разговаривают!

– Память у нас здесь общая!
– нервно следил дух за безуспешными попытками МакЛохлана.
– А совести у нас совсем нет! Быстрее, умоляю...

Шлеп.

Врачи, успокаивая родственников разбившихся

парашютистов, говорят, что смерть эта даже менее мучительна, чем смерть во сне, на собственной кровати. Шлеп, и все. Словно выключателем щелкнули.

Идеально черное дно тоннеля, жадно поглощающее свет, сыграло с МакЛохланом плохую шутку. Только разбившийся в мелкую крошку гроб Киллголейма пытался вернуть его к реальности скоростью своего приближения. Но связь с реальностью в данный момент была у Майка очень непрочной. Он даже не понял, как соприкоснулся с землей.

Не понял. Но почувствовал. В изменившем свое течение времени его тело медленно вдавливалось в податливый порошок, и было отчетливо слышно, как хрустит и сплющивается каждая косточка.

Словно тюбик с зубной пастой под колесами машины, тихо хлопнув, лопнула и расползлась печень. Больнее всего непроглядно черный порошок вдавливал в затылок глазные яблоки. Когда песок высоких технологий заполнил все, благодатная тьма поглотила и боль.

Самое противное в этой ситуации было то, что все эти злоключения тела сам Майк наблюдал как будто со стороны. Точно определить местоположения "себя" относительно тела не представлялось возможным, поэтому пусть будет "со стороны". Только сторон было как минимум две.

С одной стороны МакЛохлан чувствовал себя достаточно комфортно. Ничего не болело, ничего не беспокоило, тепло, удобно, никаких "крошек в постели". С другой стороны терять сознание при попытках умереть МакЛохлану нравилось. Это, как бы правильно сказать, снимало ответственность.

Бессознательное состояние оправдывает любое событие и придает шарм существованию. Каким образом? Ты проснулся, а вокруг столько новостей! А ты не виноват! Тебя не было! А теперь приходилось быть.

Вообще- то МакЛохлан догадывался, что у духов есть органы чувств. Иначе как бы они могли видеть, слышать и разговаривать? Но почему первым проснулось обоняние? Майкл, даже будучи в мертвом теле, дышал все меньше и меньше. А когда тела нет? Зачем обоняние?

Сам запах его совсем не удивил. Как тогда, в магазине. Мама покупала индейку к рождеству и необдуманно заявила продавцу, что от птички пахнет.

– А что вас удивляет, мэм?
– совершенно разумно возразил продавец. Она же мертвая!

А потом вдруг снизошло озарение. Так вот для чего нужен запах! Какая же идиотская душа будет подниматься и воспарять, если тут тепло, удобно, комфортно? Не-ет! Нужен стимул.

Сначала МакЛохлан, будучи под впечатлением от различных художественных произведений, в которых душа расстается с телом, попытался пассивно воспарить. Поднять руки к небу и устремиться в сияющую высь. Счет времени был потерян, но тянуть руки к небу в такой позе стало жутко неудобно. Еще один стимул?

Тогда Майк попытался оттолкнуться от собственного тела

ногами. Ног не было. Он их не чувствовал, они его не слушались. Впрочем, ни у одного из встретившихся ему духов ног не было. А руки были.

Вот руками он и выкапывался из этой темной и зловонной обители. Выкапывался, как сквозь груду песка и на этот раз все удалось. Яркий свет штормовой волной ударил в глаза, а когда МакЛохлан попытался прикрыть глаза рукой, то свет только усилился.

МакЛохлан привыкал глазами к тому облаку света, в центре которого он находился. А еще приходилось привыкать к тому, что сам он теперь состоял из света. Особенно ярко светились руки.

Когда собственная светоносность была воспринята как удивительный, но факт, Майк огляделся. Облако света имело идеально круглую форму, футов двадцати в диаметре. Светился не только МакЛохлан. Светился песок. Светящийся песок шевелился, словно живой, как тогда, в ведре с останками Мэлори. На краю светлого круга стояла расплывчатая фигурка духа и призывно махала Майку прозрачной рукой.

– Я прошу прощения, молодой человек, вы не могли бы выключить дефлектор?
– привидение пыталось перекричать шум в ушах МакЛохлана.

– Чего сделать?
– изо рта сыпался песок.

– У вас в животе. Продолговатый такой цилиндр. Выключите, пожалуйста, а то я подойти не могу. Не кричать же нам на весь каньон?

Светящийся Майк послушно глянул в то место, где раньше у него был живот. Стишин термос кофе при падении пробил туловище насквозь, но на самочувствии это никак не отражалось. Странным было то, что из-под торчащего термоса сочилась по светящейся коже ярко-ярко красная кровь. Бывает кровь у привидений?

Термос сидел крепко. Пришлось со всей силы упереться в него руками и протолкнуть так, чтобы он выпал из спины. А вот это было больно. Только жалеть себя оказалось некогда. Майк едва успел выдернуть руку из собственного брюха - так быстро затягивалась рана. И почти в то же мгновение по вернувшимся ногам забегали мурашки.

– Там повернуть надо!
– продолжал махать руками настоящий призрак Сверху, под крышкой, есть выключатель. Надо на крышку надавить, она откроется и там выключатель!

Самым тяжелым, в этой ситуации, было понять: где верх, а где низ. Щелчок выключателя ударил по МакЛохлану космическим холодом. Моментально слиплись пальцы на руках, на носу начала расти сосулька.

– Не тратьте энергию! Тушите свет!
– кричал в лицо призрак с такими знакомыми чертами лица.
– Срочно представьте, что вы в полной темноте!

Это МакЛохлан умел. Потеплело моментально, но все равно было холодно. Чертовски холодно.

– Так вот каким образом Стиша зажигала на пальце лампочку... Удобно... Когда ж я сдохну?
– молча возмущался Майк.

– И с чего это вы решили тут иллюминацию устроить?! Время совсем не рождественское, - по-доброму бурчал дух Грегори Киллголейма.

– Я знаю, кто вас убил!
– вместо "здравствуйте" выстучал зубами МакЛохлан.

– Да, об этом много говорили!
– беззаботно отозвался дух.
– Вы не могли бы еще немного покрутить этот выключатель?