Чтение онлайн

— Эта вкуснее, — сообщает он.

Я осторожно тянусь к нему и забираю лакомство. Напоминаю себе наивного ребенка, которого можно легко обмануть, показав сладость.

— Благодарю, — шепчу я, слегка расслабившись.

— Скоро принесут обед. У вас есть аллергия на что-нибудь?

— Нет.

— Предпочтения в еде?

— Нет. Я не капризна.

— Тогда, уверен, вам понравятся равиоли, приготовленные нашим поваром.

— Вы будете обедать со мной? — Мне в горло кусок не пролезет,

если он будет рядом.

— А вы бы хотели этого? — Мужчина словно щурится, хотя из-за повязки этого непонятно.

— Боюсь, что нет, — признаюсь я.

На несколько очень долгих секунд в библиотеке наступает тишина. Между нами появляется напряжение, которое сложно не ощутить. Оно слишком давящее, царапающее кожу и бьющее по вискам.

— Я собираюсь пообедать со своей семьей, — спокойно говорит Валериан, вызывая странное ощущение в моей груди. Кажется, это чувство вины. Я словно прогоняю его из собственной библиотеки. — Вам приятного аппетита.

Мужчина разворачивается и уверенной походкой направляется к выходу. Я медленно опускаюсь на стул и смотрю на конфету в своей руке. У меня отпадает желание попробовать ее, поэтому я убираю ее в карман джинс. Потом… Возможно, когда чувство вины притупится.

***

Валериан

— Беременна? — озадаченно спрашивает за столом Алан. В его голосе присутствуют нотки паники.

— Да, — отвечает не менее ошеломленным тоном Аурелия. Не представляю, какие эмоции проскальзывают на лице у Демьяна. Он до сих пор не отошел от прошлых родов, а тут еще одни намечаются.

— Мы, конечно, рады, — ухмыляется Исаак. — Но на будущее запаситесь презервативами.

— Исаак, — одновременно возмущенно произносят Демьян и Оливия.

— Что? — Старший глубоко вздыхает. — Вчера я проснулся с подгузником на лице. И это Сэм только начал шкодить. Что будет, когда подрастут близнецы? Я проснусь в подгузнике?

По столовой разносится смех Юсейры. И судя по тому, что он длится слишком долго, у неё истерика. Нелегко быть матерью близнецов. Не удивлюсь, если у невестки начнет дергаться глаз.

Недавно Самаэль начал грабить собственный шкаф с подгузниками и клеить их куда пожелает его тонкая детская натура. Диваны и кровати в замке явно могли бы рассказать свою грустную историю, если бы умели говорить. Племянник атаковал их первыми. Следом пострадали близнецы, которые ходили с подгузниками, весьма хорошо державшимися на их штанах. Сэм превратил своих дядь в произведение весьма неплохого детского искусства. Чадо — недопонятый гений с тонким вкусом.

— А еще он смеялся ночью, — ворчит Алан. — Во сне. Я проснулся и… Бр-р-р. Сэм больше не будет спать со мной.

— Не драматизируйте, — фыркает Оливия. — Сэмми очень милый малыш.

— И

напоминает кое-кого в детстве, — ухмыляется Демьян, уверен, намекая на близнецов.

— Думаю, мы не были настолько энергичными хулиганами, — бормочет младший.

— Серьезно? Ты приходил ко мне в комнату и мочился на мою кровать, Алан. А потом убегал и смеялся как умалишенный. Я уже не говорю, как ты воровал мои вещи.

Близнецы и не такое могли учудить. Благодаря им у нас было тяжелое детство. Порой приходилось искать свои плавки по всему замку. И надеяться, что никто не увидит тебя без них.

— А меня вы запирали в ванной, — напоминает им Рагнар.

— Думаю, будет некорректно, если о ваших проделках начну говорить я, — произношу ровным тоном, доедая свою порцию равиоли.

В моем детстве Исаак и Алан снимали штаны и показывали мне свои попы. Возможно, они пытались таким образом пошутить. Но в тот момент я не понимал этого и смотрел на них с каменным лицом. Даже пытался выяснить, какого рода проблемы у них с головой. Но проблемы оказались у меня. А мои братья были обычными детьми, проявляющими эмоции.

— Будто вы не страдали фигней. — Алан выпускает смешок. — По крайней мере мы были такими в детстве. Например, посмотрите на Юси-Пуси. Она же в дымоходе застряла. Санта недоделанная.

— В смысле недоделанная? — возмущается Юсейра.

— То есть тебя только это смущает?

— Отвали от моей жены, Алан, — рычит Рагнар. — И перестать называть её Юси-Пуси.

На мгновение в столовой наступает тишина, которую прерывает Исаак:

— Сюси-Муси.

Следом раздается звук удара. Кто-то получил подзатыльник от Рагнара.

— Я же ничего не сказал. — Видимо, это Алан.

— Передай другому, — грозно бросает Рагнар.

— Вы можете так не шуметь? — вздыхает Максим, только вошедший в столовую. Судя по шуму тарелок, бьющихся друг о друга, он забрал грязную посуду из библиотеки. Значит, Вивиен закончила есть. В полном одиночестве. Как ей и хотелось.

— Аурелия беременна, — сообщает Рыкову Алан.

— Это же прекрасная новость! — искренне говорит повар.

— Хоть один нормальный человек в замке, — подмечает Оливия.

— И на этом адекватные люди здесь заканчиваются, — ухмыляется Максим.

— А как же я? — удивляется женщина.

— Я бы задумался на твой счет. Ты понабралась от них всякого.

От них, видимо, от нас.

— Да и ты недалеко ушел, — парирует Дьякова.

Споры за столом явно продлятся еще долго, поэтому, пока меня не затянуло в них, я молча покидаю столовую и иду в свою комнату. Нужно подготовиться к ночи. Сегодня мне предстоит выйти из замка и… увидеть свое отражение.

***