Мертвец
Шрифт:
— Она переживает за тебя, — серьезно говорит Демьян.
— Знаю, поэтому позволяю собой манипулировать. — До моих ушей доносятся шаги Рагнара. Но они тяжелее, чем должны быть. Он идет не один. Наверняка кто-то из близнецов у него на руках. Точно Даниэль.
— Не спится? — Вполголоса спрашивает брат, как только входит в столовую.
— Нет, — отвечает Демьян. — Даниэль снова бодрствует ночью?
— Этот ребенок меня пугает. Он лежит с открытыми глазами. Я не могу уснуть, зная, что он гипнотизирует взглядом потолок.
— У него
— Скажи завтра Юсейре, как это сделать. В данный момент мой мозг отказывается работать и воспринимать какую-либо информацию. — Рагнар опускается на стул рядом со мной. Близнецы вымотали его и Юсейру. Даже Исаака и Алана, которые большую часть времени выполняют роль нянь. Но им в радость.
Хорошо, что и Оливия живет с нами. Женщина помогает Аурелии с Самаэлем. А ей помощь очень нужна, учитывая, что невестка вновь беременна. Хотя все еще не знает об этом. Но она вновь начала переставлять блюда с резким запахом. В её случае это первый признак беременности.
— Дай его мне и иди спать. — Демьян забирает Даниэля у Рагнара. — Я все равно буду работать. Присмотрю за ним.
— Я заберу его через два часа.
— Можешь спокойно спать. Я сам принесу его.
— Он не принесет его и будет сидеть до утра, — недовольно бубнит Рагнар, как только Демьян покидает столовую.
— У него все равно много работы. — Я разминаю плечи и полностью поворачиваюсь к Рагнару. — Ты узнал что-нибудь об Игнате?
Вопросы об отце до сих пор нарушают мой покой. Они как недостающая команда в цепочке алгоритмов. И если я не заполню пробелы, то в конце концов начну сходить с ума. А учитывая, что я и так имею определенные психологические проблемы, этого лучше избежать.
— Нет. Даже Самсон ничего не узнал, — раздраженно отвечает Рагнар. — Может, стоит забыть об этом?
— Ты говорил с Авой? — интересуюсь я, проигнорировав его вопрос.
— Она сказала, что у Игната не было никаких проблем с психикой. Женщина не считает, что желание пытать своих детей — это проблема.
— Уверен, она выросла в достаточно строгой семье, поэтому не воспринимает пытки как что-то по-настоящему ужасное.
— Я не хочу об этом думать, Валериан. Мне плевать на эту женщину и её прошлое. Но чтобы ты знал, я продолжаю искать информацию об Игнате. Если что-нибудь найду, то дам тебе знать.
Я жду, что брат действительно что-то узнает. Потому что если этого не сделает он, то мне придется взяться за это дело самому.
Глава 3.
«…ВОКРУГ ВСЕ СЕРО. ВСЕ РАЗМЫТО…»
Вивиен
12 января. 11:01.
Я как ошпаренная бегаю по двухкомнатной квартире, пытаясь найти синий лонгслив со
Раз десять подхожу к сушилке, чтобы убедиться, что лонгслив всё-таки не висит там. Потому что помимо проблем с памятью у меня еще и трудности с концентрацией. Я совершенно рассеянный и невнимательный человек, из-за чего вокруг меня постоянно хаос. Когда мама была жива, она хоть как-то контролировала это мое состояние. Но без неё я превратилась в худшую версию себя.
В какой-то момент мне надоедает бегать. Я останавливаюсь и, раздраженно вздохнув, пинаю пылесос. Чувствую боль в ноге и издаю жалостливый вопль.
— Как же мне всё это надоело! — Озлобленная на весь мир, я открываю шкаф с одеждой и вижу свой лонгслив, аккуратно висящий на вешалке. Почему я не посмотрела здесь раньше? И как лонгслив оказался в шкафу? Черт. Порой мне кажется, что Осоргин был прав. Некоторые предметы живут своей жизнью. В моем случае одежда.
Наконец-то одевшись, я подхожу к зеркалу и разглядываю себя со всех сторон. Проверяю, прикрыт ли мой зад, который не исчезает, даже когда я сбрасываю постоянно возвращающийся вес. Да и грудь у меня выделяется. Мне приходится носить закрытую одежду, чтобы прятать свои недостатки. Ненавижу свою фигуру, потому что не могу носить то, что хочу.
Расстроенная своим внешним видом, я поднимаю рюкзак, лежащий на полу у кровати, и выхожу из спальни. Надев шапку, пуховик и угги, покидаю квартиру, в которой не помешает убраться. Займусь этим вечером. Я часто так себе говорю, но в итоге ничего не делаю, потому что застреваю с очередной книгой в руках. Может быть, потому что хочу сбежать из этого мира в другой? Ведь там интереснее. Там… все живое, волшебное и по-своему настоящее.
У подъезда меня припаркован минивэн. Должно быть, это за мной. Как только я подхожу к нему, дверь распахивается изнутри и перед моими глазами появляется мужчина в форме. Его лица не видно из-за балаклавы, и слава богу. От него и так исходит довольно тяжелая, опасная энергетика.
— Котова Вивиен? — грохочущим тоном интересуется боец.
— Да, — сглотнув слюну, отвечаю я. На нем столько оружия, словно на нас вот-вот нападет армия и ему нужно будет защищать всю Умбру.
— Прошу. — Мужчина указывает мне на место у окна. Я слабо киваю ему и сажусь в минивэн, в котором оказывается еще несколько бойцов. Мне становится интересно посмотреть на тех самоубийц, решающихся напасть на Префекта, зная, кто его охраняет. Это же как надо не любить свою жизнь?
Как только минивэн трогается с места, я бросаю взгляд на дорогу и читаю надписи на баннерах, чтобы немного отвлечь себя от весьма давящей обстановки в салоне. Чувствую, что на меня пристально смотрят, но стараюсь не нервничать. Этого стоило ожидать.