Чтение онлайн

А что мы видим? Те, кому положено командовать, сходит с ума, солдаты сбились в кучку, ощетинились стволами и трясутся, изредка высовываясь из-за гусеницы, и паля куда попало.

Лейтенант распахнул дверь. Я вошел внутрь полупустой машины и с силой врезал генералу кулаком.

Впервые жизни кого-то бил. Костяшка заныла, я встряхнул кулаком, посмотрел на дикие глаза генерала и врезал ему еще раз. Взгляд стал чуть разумнее.

— Генерал, на нас напали? Что делать? — завопил

лейтенант.

— Тихо! — урезонил я его. — Если и мы начнем паниковать, то нас возьмут голыми руками!

— Генерал! Вы можете говорить?

— Я-аааа… — простонал генерал и отключился. Настала очередь лейтенанта принимать репрессивные меры. Он бил честно, не по лицу, а в солнечное сплетение. Но у него был экзоскелет.

Генерала согнуло в кресле, глаза выкатились, воздух улетучился из легких. Он немного похватал ртом живительного газа и уставился на нас, начав уже знакомо похихикивать.

И вдруг меня осенило.

— Генерал, — буквально заорал я ему в ухо. — Вы когда-нибудь воевали?

— Я-аа? Хи-хи-хи-хи! Никогда! Я из… хи-хийии Штаба не выходил… Хи. Хи.

Мы с лейтенантом переглянулись. Я кивнул. Он ударил.

— Генерал?

— Бесполезно. Что ты хочешь от него добиться? — начал беситься лейтенант.

— Терпи. Я, кажется, понял.

— Генерал, МЕБОСы в подземельях существуют?

— МЕБОСы? Они все на свалке! Хи-хи-хи! Их нет сотни лет. Сказка! Хи.

— Пойдем отсюда.

Да, положение не из приятных. Нас атакуют несуществующие войска, с которыми якобы идет война пара столетий, но на самом деле ее нет!

— Лейтенант, организуй сопротивление. Как руководитель экспедиции назначаю тебя главным. Иди туда и попытайся отбросить врага. Если получится, начнем двигаться дальше. Не получиться — разворачиваемся и наверх. Наши жизни дороже.

— Понял.

Лейтенант козырнул и трусцой побежал к баррикадам. А у меня предстоял серьезный разговор с Изалиндой.

— Александр! — А вот и она сама! Вышла из машины. Командование кому-то другому передала.

— Объясняйте. — Просто сказал я. Ничего другого не требовалось. Все было вполне очевидно.

— Понимаете…

— Войны никогда не было, да? Это шутки правительства? Чтобы оно могло держать не только небольшой полк милиции, но и регулярную армию для своей собственной безопасности?

— Иначе мог наступить хаос! — начала оправдываться девушка. — Анархия может привести…

— К черту вашу анархию! — потихоньку закипал я. — Вы понимаете, что нас атакуют те, кого не существует!

— Да.

— Изалинда! — я устало опустился на каменный пол. — Зачем делать ложные сведения тайными? О войнах Бездны знают только те,

у кого есть пятнадцатый уровень и выше! Ну, и вы, конечно. Почему?

— Карлан, — Изалинда опустилась рядом. Только сейчас я заметил, что она заметно дрожит.

«Страшно все-таки!» — чуть ли не со злорадством подумал я.

— Карлан, сколько людей имеет девятнадцатый уровень?

— Три сотни. — Это я знал точно. Почти все с девятнадцатым — хронисты.

— Восемнадцатый? — А это крупные чиновники. Их уже значительно больше.

— Три-четыре миллиона.

— Семнадцатый? — Я начал понимать, куда она клонит.

— Около ста миллионов. Вы хотите сказать, что угрозой войны парализовали мыслящую верхушку? Огромную толпу лишили руководства. Население земли — миллиарды. Пусть оно остается в неведении. Ему ума не хватит революцию поднять. А те, кому хватит, парализованы страхом. Так?

— Именно.

— Зараза! Нас пичкали ложью всю жизнь! — я вскочил, пробежался туда-сюда. — И что вы еще можете мне сообщить?

— Пока ничего.

— Прекрасно. — Я махнул рукой. — А плевать на вас на всех.

Плюнул под ноги и пошел за обручем.

А мимо меня протаскивали первого убитого рядового. Экзоскелет разворочен, лицо бледное, ноги безвольно болтаются, оставляя две неглубокие дорожки в пыли…

Апатия. Пожалуй, только так можно было назвать мое состояние. Полная апатия. Когда надо заставлять себя двигаться и думать. Знакомо?

Плевать, на все плевать. На жизнь — плевать, на смерть — плевать, на мечту — плевать. Туда. За красивой смертью.

Я подхватил винтовку, которая все равно уже не понадобиться рядовому, и направился к баррикадам. Подошел, посмотрел, как солдаты обращаются с оружием, направил ствол на механически блеснувший в луче прожектора предмет и нажал на спуск…

Наверное, это называется диалогом. Я и он. Он и я. Белые, полупрозрачные одежды, развивающиеся на несуществующем ветру, замершее время, последователи, упрямо ползущие на баррикады.

— Здравствуй, хронист.

— И ты будь здоров, хранитель.

— Ты знаешь, зачем здесь оказался?

— Нет.

— Когда дойдешь, то узнаешь.

— А ты не можешь мне сказать?

— Тогда у тебя не будет выбора. Я даю выбор всем, кто достоин.

— Что мне нужно сделать?

— Ты сам поймешь. Могу лишь посоветовать: не сходи с начатой дороги. Она опасна и неизвестно чем кончиться, но она твоя.

— Спасибо, хранитель. Ничего не добавишь? А то мне жутко интересно, кто я.

— Нет.

— Тогда прощай.

— Не прощай. До встречи.