Мастер билдов 4
Шрифт:
Сайрус встал как вкопанный и нам сказал остановиться.
— Почему? — не понял я.
— Предлагают поговорить, — ответил Сайрус.
Я не совсем понял, почему он теперь решил принять это предложение, хотя столько времени пытался уйти от них.
— Если не остановимся, следующее заклинание будет по нам.
Оу. Жалкие сто метров до спасительных разломов остались. Хоть это Сайрус и не объяснял, но было понятно, что мы направлялись туда, чтобы скрыться.
Значит, встречаем.
Они продолжили спокойно идти в нашу сторону, вальяжно даже.
—
— Когда я нападу, сразу бегите к разломам. Я догоню, — сухо бросил Сайрус.
Охренеть! Он даже не рассматривает возможность мирного исхода?
— Может, они просто поговорить хотят? Иначе бы сразу нас атаковали, а не предупреждали.
— Партнёр. Им добыча нужна, а не угли.
Вот же…
Безоружный остановился метрах в пятнадцати. На вид лет сорок пять, в обычной охотничьей одежде, с открытым и располагающим лицом. Улыбнулся нам, махнул рукой и сказал:
— Надо же! Представляете, были уверены, что за монстром А-ранга идём, такие огромные следы оставляет. А это, оказывается, люди. В этих диких местах свои, считай. Чьих будете?
— И вам здравствуйте, — отозвался Корн сверху. — Республиканские.
— Сигурд. Костяной Мост. — Он мотнул головой назад, и двое воинов подошли к нему ближе. — То-то я думаю, чего тварь так странно ходит, направление меняет. Голем, что ли?
Костяной Мост. А я думал, что они все погибли. Судя по тому, что их трое, это именно они вышли из разлома. Хотя не факт, потому что улик вроде следов тины не было. И раз за монстром А-ранга они шли так спокойно, в себе эта тройка была очень уверена.
— Да где уж голем! Таким управлять никакой маны не хватит. Годы инженерных разработок, пара артефактов и много металла.
— Доспех, получается? И кто внутри?
— Тику, мой близкий друг.
Маг покивал, словно этого ответа ему хватило, и продолжал дружелюбно задавать вопросы. Задержал взгляд на трещине в броне Тики-тика, перевёл взгляд на мою замотанную руку и на зарубки в лезвии глефы Сайруса. Тот держал её на плече, опершись на посох Короля Обезьян, и не двигался. Только рассматривал воинов, словно показательно игнорируя мага.
— Как добыча? Смотрю, вас потрепало. — Он покачал головой. — Может, вам помощь какая нужна? Не бесплатно, конечно, но можем обменяться. Еда, вода, зелья?
— Да своих запасов еще полно. И добычи пока слишком мало, чтобы меняться или возвращаться.
Корн, кажется, смог задеть какие-то струны в его душе, потому что лицо мага было полно сочувствия.
— У вас тоже так, да? Умри, но поставленную задачу выполни?
— Конечно. Оно так везде.
Клановый маг снова покивал.
— А у нас, представляете, какая беда. Вышли из разлома три дня назад, а на точке сбора пусто. Всё вытоптано и выметено, как языком слизали. Может, вы кого встречали?
Я слушал и молчал. Куда делись люди, было понятно. Но вот кони, телеги, шатры… Неужели совсем следов нет?
— Нет, вы первые.
— По уму выходит, что эти недалёкие писари снова что-нибудь придумали.
Лысый хохотнул. Копейщик даже не улыбнулся.
Сигурд спросил, откуда идём. Корн ответил, что с востока и что тут, в поле клятых разломов, по своей воле никто ходить не будет. Сигурд согласился и пожаловался на болото: зёрен мало, вечно всё в воде и поясница ноет. Корн немедленно сообщил, что от болей в пояснице есть отличная мазь и он бы её продал, будь у него с собой хоть одна целая банка. Всё-таки, это именно та тройка, судя по тому, как он красочно описывал болото.
Я стоял и ждал. Несмотря на показное дружелюбие, люди, которые столько времени шли по следам огромной хреновины, так просто не расходятся, поговорив о мази. И весь этот разговор был странным. Вроде как всё вежливо, но чем дальше, тем опаснее казались вопросы мага. Переспрашивал по кругу, жаловался на плохую память и, кажется, вообще ничему не поверил.
Сигурд тем временем посмотрел на неподвижного Сайруса.
— Боец, конечно, у вас суровый. Или это тоже доспех? Оба стоят и совсем не двигаются. — Он рассмеялся.
— Лисс-э, тао, — бросил хмурый копейщик.
— Оль-сэ! Нок! — зло бросил маг и обернулся снова к нам. — Вы простите моего невоспитанного подчиненного. Он с чего-то решил, что разговор с вами — это трата времени. Но я, представляете, всей душой чувствую, что это не так!
Сигурд продолжал плести свои словесные кружева, спрашивал, почему Тику молчит, как он вообще видит через эти прорези и что там светится. Корн отбрехивался как лев, все время уводил диалог на ремесло и на себя, обсуждал магию и её невероятные возможности, говорил о старческих болячках и вещах, которые его раздражают в людях и начальстве. М-да, не просто так он постоянно поминает, сколько лет за прилавком провёл.
В один момент я заметил, что Сайрус смотрит за моё правое плечо. Я тоже глянул, но там никого не было. А потом заметил, что трава метрах в тридцати странно шевельнулась. И тут же начал плести пленку по всему телу. Рука сама потянулась к алебарде, что была за спиной.
А Сигурд болтал с Корном, словно ничего этого не замечал. Хотя Сайрус прямо-таки пялился, а потом бросил, не поворачивая головы:
— Рано.
А потом сорвался в рывок и ударил ногой в грудь фигуру, которая проявилась только от столкновения.
Я уже дёрнулся к разломам, как он и велел, и только тут до меня дошло, что «рано» он сказал нам.
Сайрус направил глефу в грудь Сигурду и прорычал:
— Держи руки на виду, маг!
Между ними было примерно такое же расстояние, какое Сайрус уже преодолел, и намек был очевиден. Типа: в следующий раз я буду бить не ногой.
— Стоять! — рявкнул Сигурд, и его воины, уже готовые сорваться к нам, замерли. Он повернулся к нам, и на лице у него было искреннее, почти обиженное удивление. — Вы простите. В столь интересном диалоге забыл отдать своим людям команду. А они горячие и не слышали таких убедительных объяснений.