Чтение онлайн

— Вот это надо настаивать три дня.

— Там таких несколько. — Сет взял страницу свободной рукой, в то время как другая рука продолжала рисовать круги на ее коже. — Экстракты должны «томиться» от семи до десяти дней. Я начну делать некоторые из них сегодня вечером, пока тебя не будет. Кстати, мне интересно: а некоторые из них выглядят, м-м, не знаю, знакомо?

Эйслинн бросила остальные листы ему на колени.

— Я с этим родилась. Бабушка, мама, я — это у нас в крови, что-то в генах. Как, например, маленький рост или типа того.

— Ясно. —

Сет смотрел не на рецепты, а на ее руку, которая лежала на его ноге. Он резко встал и отошел от дивана. — Давай попробуем бальзам. Это, кажется, готовится быстрее.

Она последовала за ним к стойке, на которой он уже разложил травы, несколько мисок, нож и какую-то белую чашу с толстой палкой. Эйслинн взяла эту палку в руки.

— Пестик.

— Что? — Переспросила она, глядя на Сета.

— Это пестик. Вот, смотри.

Он положил часть трав в белую чашу и протянул руку Эйслинн. Она подала ему пестик, заметив при этом, как далеко он держится от нее. Он принялся давить травы пестиком, растирая их в мелкие кусочки.

— Ну, вроде того, — объяснил он и вернул ей пестик. — Это зверобой. Разотри его и выложи сюда. — Сет указал на пустую миску для круп.

— Ясно.

Эйслинн стала растирать странно пахнущую смесь. В это время Сет наполовину наполнил кастрюлю водой и водрузил на конфорку. Потом достал еще две кастрюли и поставил их на стойку.

— Эм-м, насчет того дня, насчет нас… — Эйслинн взглянула на него, чувствуя себя более взволнованной, чем ожидала.

Ей нужно было знать, что это значило для него, но она боялась, что он не оценит ее рвения задавать подобные вопросы. Однако в его голосе не было никакого раздражения, зато было совершенно ясно, что он тоже нервничает:

— И что?

— Ну, ты собираешься пригласить меня куда-нибудь или еще что? Или это была простая случайность, временный порыв…

— Только скажи мне, чего ты хочешь. — Сет забрал у нее ступку и потянул за руку к себе. — Ужин? Кино? Выходные на пляже?

— Выходные? А тебе не кажется, что ты слишком торопишь события?

Эйслинн положила ладони ему на грудь, сохраняя маленькую дистанцию между ними.

— Не так, как мне бы хотелось. — Он наклонился к ней так близко, что его губы почти касались ее губ. — Но я очень стараюсь быть терпеливым.

Даже не подумав, что делает, Эйслинн прикусила его нижнюю губу.

Они снова целовались, нежно, не торопясь, и еще более мучительно, чем в первый раз. Где-то между тем, когда она сказала ему о встрече с Кинаном, и тем, когда она задала ему вопрос об их отношениях, все ограничения пали. Ее руки скользнули под его рубашку, пробуя наощупь кожу и все кольца, украшающие его грудь. Все протесты и возражения, которыми она обычно сдерживала себя, растаяли.

Вот я и нашла запретную черту. Она чуть не рассмеялась от этой мысли.

— Сет! Ты дома?!

Ручка входной двери затряслась.

— Сет! Мы знаем, что ты там!!! — Завопил

Митчелл, один из бывших Лесли. Он снова постучал, на этот раз громче. — Ну, давай же, открывай!

— Не обращай на него внимания, — прошептал Сет в ухо Эйслинн. — Может, он просто свалит отсюда.

Ручка двери опять задрожала.

— Может, это и к лучшему. — Эйслинн отодвинулась от него, чувствуя в голове до странности приятную пустоту. — Мы сейчас не очень ясно мыслим.

— Все эти несколько месяцев мои мысли были только об этом, Эш. — Сет погладил ее по щеке. — Но одно твое слово, и мы остановимся. Я не стану ни к чему принуждать тебя. Никогда.

— Я это знаю, — зарделась Эйслинн.

Было намного легче поддаться искушению, чем даже просто говорить о нем. Прямо на удивление легко!

— Я только не знаю, как далеко мы можем зайти.

Сет прижал Эйслинн к себе и провел рукой по ее волосам.

— Тогда мы притормозим. Идет?

— Идет, — кивнула Эйслинн, одновременно ощущая облегчение и разочарование.

Просто до боли хотелось, чтобы все это не было случайностью, просто позволить себе вырваться из-под собственного контроля, забыть о логике, обо всем, что она должна и чего не должна делать… Искушение — слишком слабое слово для того, что она чувствовала.

— И да, отношения, — сказал Сет низким уверенным голосом. — Это именно то, чего я хочу, и во всем этом нет ничего случайного.

Ей нечего было ответить.

Снаружи заорал Джимми:

— Открывай эту треклятую дверь, Сет!!! Тут до чертиков холодно!

Сет нежно запрокинул голову Эйслинн, вынуждая ее посмотреть ему в глаза:

— Ты заставляешь меня нервничать. У нас все хорошо?

Эйслинн кивнула.

— Теперь ты снова хочешь сбежать от меня?

Она вспыхнула:

— Нет. Как раз наоборот.

Он провел кончиками пальцев по ее щеке, задержавшись у уголка рта, и заглянул в ее глаза:

— Я не буду на тебя давить.

Она спрятала лицо на его груди.

— Мне нужно подумать. Если мы собираемся попытаться… быть вместе. Я не хочу все… испортить.

— Этого не случится, но… — Он с трудом сглотнул, прежде чем продолжить: — В спешке нет никакой нужды. Я никуда не денусь.

Стук в дверь стал оглушительным, и Сет, наконец, отпустил ее. Повернувшись спиной к Эйслинн, он поправил одежду, подошел к двери и рывком открыл ее:

— Что?!

— Господи, чувак, да там просто холод собачий, — простучал зубами Митчелл, проходя мимо Сета.

За ним вошел Джимми, закончивший школу в прошлом году. С ним были три девушки, с которыми Эйслинн не была знакома. Она отошла к стойке и продолжила измельчать травы в ступке. Заметив ее, Джимми задержался в дверях и широко ухмыльнулся:

— Ну, здравствуй, Эш.

Она подняла ступку в знак приветствия, но ничего не сказала. Ее губы горели от поцелуев, волосы спутались. И дураку было ясно, что они заявились не вовремя.