Чтение онлайн

— Но это невозможно, — простонала я. — Как можно добиться такого невероятного сходства? Как можно сделать виртуальный мир таким реальным? Следователь-Ангел сказал, что это невозможно. А может вся эта экспериментальная игра — лишь плод моего больного воображения и я просто сошла с ума?

— Это не объясняет, откуда ты узнала, что силовое поле вокруг защитной стены отключат ровно в полночь, — возразил Сал.

— Предположим, что этот фантастический эксперимент действительно имел место. Это значит, что кто-то обладает такой технической мощью и властью на острове, что все люди, включая меня, тебя, отца,

Черси, Луизу, Ветрова и даже Черных ангелов, пляшут под его дудку, не подозревая об этом.

— Это так, за исключением Черных ангелов. Ведь именно они аккуратно воплощают в жизнь твои мифические приключения.

— Как это? — тупо спросила я.

— Это элементарно, — заявил современный Шерлок Холмс. — Они показали тебе смерть отца, и ты сбегаешь из тюрьмы. Они арестовывают тебя у Элиота, и ты начинаешь действовать, так же как ты действовала в ви-игре. Кстати, твои кулачные бои с Черными Ангелами были срежиссированы из рук вон плохо — еще одно доказательство, что они тебе подыгрывали.

— Ты видел записи моих побегов? — подозрительно спросила я. — Но, по твоим словам, это технически невозможно.

Сол тихо рассмеялся.

— Чтобы просмотреть твои показательные выступления, я пошел на преступление, а именно отключил своего рыжего друга от сети и попросил спроецировать для меня эти записи. Увы, должен тебя огорчить, но ты так и не научилась прилично махать кулаками.

— Постой! — вскричала я. — По твоим словам, Ангелы знали, что я прибегу в квартиру Смита, найду там дневник отца и отправлюсь искать Черси на Центральную площадь. Они специально показали мне арест Черси, чтобы я могла вспомнить соответствующий эпизод из ви-игры…

— А потом они гостеприимно отключили силовое поле вокруг стены, чтобы ты попала в Колизей и бежала оттуда вместе с Черси. Восхитительно, Мэй! В первый раз вижу человека, чья жизнь ничем не отличается от компьютерной игры. Ты играешь на одном уровне, совершаешь какие-то действия, находишь ключ к другому уровню и переходишь на другой уровень, чтобы найти ключ к третьему уровню и так далее. Гениально…

— Ты так думаешь? — кисло осведомилась я.

— Остальные участники этой игры тоже хороши, — продолжал рассуждать Сол. — Ими манипулируют настолько незаметно, что они всерьез думают, что владеют ситуацией, хотя они — только второстепенные персонажи. Мистеру Линду показали мою последнюю статью, чтобы он попытался выйти на меня в поисках своей пропавшей дочери, амбициозным и умным Стэнли, Луизе и Марку подкинули дневник и каждый нашел в нем для себя выгоду, меня, наверняка, тоже вынудят действовать, так как захочет невидимый автор этой игры. И, наконец, есть простой обыватель, на глазах которого разыгрывается красочная человеческая драма с элементами любви, ненависти, предательства, борьбы за власть, боли, мистики. Эта драма никого не оставит равнодушным и, как сказал Черси, станет частью истории.

— Но зачем?! — воскликнула я, — зачем кому-то понадобилось этот несуразный спектакль?

— У меня есть на этот счет парочка идей, — задумчиво произнес Нортон.

— Ты поделишься ими?

— Не сейчас. Ты устала, перевозбуждена, да и мне надо кое-что обдумать без посторонних. Поэтому, сейчас ты пойдешь спать.

— Но я не хочу спать! — возмутилась я.

— Для таких случаев, — улыбнулся

Нортон, — существует безотказное средство, с которым ты хорошо знакома — гипнозон.

Сол вышел и вернулся со шприцем, наполненным мутной жидкостью. Я попыталась протестовать, но Нортон в ответ только качал головой. Пришлось подчиниться силе.

Проснувшись, я увидела, что Сол сидит за светящимся прибором, называемым экраном.

— Привет, — сказала я.

Сол повернулся ко мне.

— А, проснулась. Кстати, вовремя. Сейчас — ночь, а ночь, как известно, самое благоприятное время для темных делишек.

— Каких делишек? — нахмурилась я.

— Нам предстоит разослать приглашения моим бывшим друзьям и навестить одного нашего общего знакомого.

— Друзьям, знакомого? — разволновалась я. — Я не в том положении, чтобы показываться кому-то на глаза…

Сол сел на постель рядом со мной и взял меня за руку.

— Я клянусь тебе, что ничего плохого с тобой больше не случится. Ты веришь мне?

— Нет, конечно, — я отпихнула Сола и вскочила с постели. — Мы оба вне закона, нам обоим, в случае ареста, грозит смертная казнь, а ты уверяешь меня, что со мной ничего плохого не случится. На каком основании?

— Я просто знаю. Ладно, твоё недоверие — естественно, но другого выхода у нас нет. Я заставил своего хозяина заказать для тебя одежду и косметику. Иди, оденься и приведи себя в порядок.

Пока я примеряла обновки, Сол успел превратиться в рыжего наркомана.

— Мы весьма колоритная пара, — заметил он, встав рядом со мной перед зеркалом. — Девица, которая, судя по одежде, страдает слабоумием…

— Это ты заказал для меня этот кошмар, — прошипела я, с трудом подавляя желание придушить наглеца.

— Не я, а этот серебристый идиот. Наверняка, так одеваются ведьмы из ви-игры «Шабаш». Да и я выгляжу не намного лучше. Остается надеяться, что в темноте нас не будут слишком пристально разглядывать.

— Далеко мы идем? — спросила я, когда мы вышли из квартиры и неторопливо пошли по пустынной, освещенной фонарями улице.

— Далековато. Нам, беглецам, такси не полагается, поэтому придется пройтись пешком.

— В таком случае, начинай рассказывать.

— Что рассказывать? — насмешливо спросил Сол.

— Расскажи о себе самом. Можешь начать со своего детства.

Сол ненадолго задумался, потом, вздохнув, произнёс:

— Мой виртуальный двойник — гроза Минотавров и прочих мифических тварей довольно точно расписал мою биографию. Хоть и в издевательской форме. Итак, своих родителей я не знаю; я жил в подземном комплексе, где бы он ни находился; меня учили и воспитывали Черные Ангелы; целью моего обучения было Шестое Чувство; как только цель была достигнута, меня определили в школу. Там я и познакомился с тобой, а также с нашим общим другом Берни Клаусом. После расправы над Берни умудренные и боязливые взрослые посчитали нецелесообразным держать меня среди невинных детей и предоставили мне свободу действий в решении собственной судьбы. Я подумал, что было бы неплохо поставить галочку в графе «высшее образование» и поступил в университет. За годы, проведенные в цитадели наук, я собрал вокруг себя кучу восторженных поклонников, которую впоследствии назвал красиво: движение Лиэй. Ну, а себя соответственно — Лиэем.