Чтение онлайн

— Бедная моя девочка, — Луиза взяла мое лицо в свои ладони и посмотрела мне прямо в глаза. — Я знаю, насколько тебе тяжело, я знаю что тебе пришлось испытать, но ты должна пройти этот путь до конца. В первую очередь ради себя самой. И помни, что я всегда буду на твоей стороне, и ты всегда сможешь рассчитывать на мою помощь.

Луиза попыталась поцеловать меня в губы, но я отпихнула ее и, вскочив с кровати, принялась лихорадочно напяливать валяющееся на полу платье.

— Где мне найти Марка? — глухо спросила я, стараясь не смотреть на свою сестру-любовницу.

— Я договорюсь с ним о встрече, — спокойно

ответила Луиза. Она не спеша оделась и дотронулась до Ключа, висящего на золотой цепочке на шее. Через несколько секунд в пяти шагах от нее появилось изображение абсолютно голого исполина. Увидев это чудо, Луиза с досадой дернула головой, а монстр напротив довольно заржал.

— Здравствуй, моя красавица, — густым басом поприветствовал он Жрицу, которая рядом с ним казалась лилипуткой. — Видать, ты соскучилась по настоящему мужскому органу, раз решила наконец-то обратиться ко мне.

— Смени изображение, Марк, — ровным голосом ответила Луиза. — Я проецирую тебя и в комнате я не одна.

— Неужели? — Сообщение Луизы нисколько не смутило ее собеседника, однако изображение он поменял, представ перед нашим взором полностью одетым. — И кто же здесь с тобой?

— Ирена.

— Ирена? — низкий лоб Марка исчез под короткой челкой от крайнего напряжения извилин. Когда до него дошло, о ком говорит Дор, он расхохотался да так громко, что стены комнаты задрожали. — Она все таки пришла к тебе, а скорее всего ты выследила ее у дома Креза. Объясни мне, святоша, что это значит «она станет твоей сестрой»? Хотя нет, постой, дай я сам угадаю. Ты ее отымела и назвала это красиво: «сестра». Дело в том, дорогая Ирена, что наша сладострастная Луиза трахает все, что движется мимо нее.

— Ради Бога заткнись, Марк, — Луиза окончательно потеряла терпение: — Ты должен отдать Ирене кое, что принадлежащее ей.

— Конечно, я отдам ей это, моя милая. Но ты же знаешь, что ничего бесплатно я не делаю.

— Что ты хочешь, Марк?

— Имя, моя сладкая.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

— Тогда до встреч.

Изображение Ветрова начало медленно исчезать.

— Постой! — воскликнула Луиза. — Я скажу тебе имя, после того, как Ирена получит дневник и принесет его мне.

— Нет, — отрезал великан, продолжая таять. — Сегодня в 6 вечера Ирена придет в мою штаб-квартиру, представится охраннику Иреной и передаст мне имя. Я отпущу ее, когда удостоверюсь, что ты не солгала мне. Пока.

Мерзкая ухмылка Ареса не успела раствориться в воздухе, как Луиза в гневе принялась колотить посуду. Когда под рукой не осталось ничего бьющегося, я спросила ее о каком таком имени шла речь.

— Наш человек в ближайшем окружении Марка, — дрожа от ярости, процедила Луиза. — Я тебе уже говорила, что мы пристально следим за нашими конкурентами и для нас было большой удачей убедить одного из его подручных помогать нам. Он передал нам немало ценной информации о структуре, вооружении, финансировании и численности его организации.

— Но как Марк узнал про вашего шпиона?

Слово «шпион» явно покоробило сестренку.

— В кабинете Марка есть сейф, где он хранит кое-какие бумаги, на которые нам очень бы хотелось взглянуть.

— Что это за бумаги?

— Неважно. Мы попытались эти бумаги выкрасть, но операция провалилась.

— Почему?

— Ветров, этот проклятый параноик, кроме

обычного замка в свой кабинет поставил сигнализацию, о которой никто и не подозревал. Наши бравые взломщики в тот момент ничем не отличались от слона в посудной лавке.

— И чем все закончилось?

— Марк украсил их парой-тройкой синяков, попутно выяснив, кто их послал. С тех пор он требует, чтобы я назвала имя человека, рассказавшего мне про бумаги.

Не смотря на скорбную физиономию своей новой подруги, я изо всех сил сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Оказывается, на нашем до недавнего времени тихом, как кладбище, острове кипят настоящие шпионские страсти. Правда, Джеймсы Бонды современного разлива, неискушенные в плетении хитроумных интриг, как их великолепный предшественник, вызывают только смех и легкое сожаление по поводу человеческой глупости. Может, посоветовать их предводительнице временно переключиться с Библии на научно-военную литературу, чтобы немного набраться мудрости, если не на практике, то хотя бы в теории. Думаю, что один толковый, но несколько горячий человек в черных одеждах согласился бы со мной и в доказательство привел бы следующую цитату из уважаемого им классика: «Победа дается тому, кто все знает наперед» (Сунь-цзы. Искусство войны).

В начале седьмого я в сопровождении некой личности, одетой в форму цвета хаки, шла по отгороженной высоким сплошным забором территории. По периметру забора располагались низкие бараки, а центральная прямоугольная площадь, занятая разными спортивными установками, предназначалась, по-видимому, для тренировок посетителей этого заведения. Мы остановились перед одним из бараков, и мой гид постучался в закрытую дверь.

— Войдите, — раздался зычный голос Ареса.

Я вошла в ярко освещенное помещение, и увидела недавнего собеседника Луизы, сидящего за столом и держащего направленный на меня пистолет. Я не успели и пальцем шевельнуть, как Марк выстрелил и я, вначале почувствовала резкую боль в животе, а потом перестала вообще что-либо ощущать. Когда паралич прошел, я обнаружила себя сидящей на стуле с завязанными сзади руками и привязанными к ножкам стула ногами. Напротив меня сидел Марк и с интересом наблюдал за мной.

— Занятная штука, не правда ли? Один выстрел и противник — жив-здоров, но беспомощен, как новорожденный, — поделился своими впечатлениями Марк. — Кстати, я только сегодня получил это оружие, так что тебе выпала честь стать его первой жертвой.

Я не стала объяснять хозяину барака, что честь быть первой жертвой этого оружия выпадает мне уже второй раз, хотя сейчас все прошло гораздо быстрее и менее болезненно. Боюсь, как бы это не вошло в привычку.

— Итак, лесбияночка, назови мне имя, и моли своих Богов, чтобы оно не было ложным.

Надо же, я тоже не была уверена, что Луиза назвала мне имя, которое требовал Ветров. Одно дело — пожертвовать человеком, от которого только теоретически может быть польза, да и то сомнительная, и совсем другое дело — пожертвовать источником ценной информации. Вера против знаний — что сильнее?

— Рид Колин, — ответствовала я, с интересом наблюдая за выражением лица Ветрова.

Марк замер, а потом, не говоря ни слова, торопливо вышел из барака. Вернулся он минут через 40 в заляпанной чем-то красным одежде. Он сел за стол, закурил, и устало откинулся на стуле.