Чтение онлайн

Таня пришла как раз к началу торжественной части. Заметив её, я улыбнулся и указал на стул рядом с собой. Девушка, конечно, могла пренебрежительно фыркнуть и поискать другое место, но она не из обидчивых. Эта её черта мне нравится больше всего. Таня тоже была рада меня видеть.

В тот вечер Дунаева была очаровательна, и мне казалось так ещё до того как я выпил. Она надела короткое темно-зелёное платье со свободной юбкой и открытыми плечами, распустила волосы, которые обычно собирает в хвост. Иначе говоря, выставила напоказ именно то, что у неё хорошо.

– Что тебе

налить? Вина? – Я спросил сразу, потому что какой-то там из заместителей руководителя по информационной политике подводил свою хвалебную речь к концу, и собравшиеся держали рюмки наготове.

– Да, давай вино. Я бы выпила чего покрепче, но впереди библионочь, – с сожалением сказала девушка. Выпить она не дура, ещё с прошлого пресс-тура знаю.

– Красное или белое?

– Красное.

– Тогда и я выпью красного.

На фоне, подглядывая в бумажку, всё ещё ораторствовал лысоватый заместитель. Речь его была слишком помпезной и очень уж шаблонной, как и бывает на подобных торжествах. Он закончил словами: «Ваша газета уникальна тем, что это не рупор власти, а настоящая народная газета!». Любопытно, открывал ли он её хоть раз?

Над залом разнёсся мелодичный перезвон. Теперь можно было не смотреть в сторону дядьки из министерства. С соседнего столика нам с Танькой подмигнул Котлов, подняв и опустив стакан с соком – он был за рулём. В то же время, Гордеев уже с красной мордой пил с кем-то на брудершафт.

Я лишь коснулся вина губами, сделал вывод, что оно крепковато, и добавил в бокал минеральной воды. Надо отдать должное, вино хотя и имело патриотическое название, было неплохим.

– Лучшая закуска к вину – это сыр, – сказал я, перемещая себе в тарелку по кусочку от каждого сорта.

– Пособирай и мне тоже, – попросила Таня.

– Мёдом полить?

– Зачем?

– А как есть сыр без него?

Мёд оказался густым. Блондинка-официантка, заметив, что я испытываю трудности, тут же принесла ложечку.

– Да я гляжу, ты эстет, – улыбнулась девушка. – Чего тогда вино водой разбавляешь?

– В этом я не вижу ничего зазорного. Древние греки тоже разбавляли вино водой.

– А коньяк кока-колой они не разбавляли?

– За твоё остроумие. Не растеряй.

Мы выпили, на этот раз до дна, и я поспешил подлить себе, Тане и всем, кто сидел с моей стороны стола.

Второй раз предложили выпить за награждение работников агентства в честь юбилея. Котлов и мне вручил благодарственное письмо. Кстати, первая награда за три года работы. Я заглянул в грамоту краем глаза. К таким вещам отношусь скептически, а вот Дунаева сразу попросила посмотреть.

По крайней мере, было приятно, что награждали не всех поголовно, иначе эта грамота была бы чистой формальностью.

Нам не давали покоя. Едва стихли аплодисменты, ведущий – оказывается у нас был ведущий – пригласил гостей танцевать. Не думал, что присутствующие уже достаточно пьяны для танцев, однако стулья загремели. Федя бежал впереди всех, дожёвывая на ходу. Я напрягся. Не хотелось, чтобы так вышло, что я останусь за столом один. Дунаева наспех сделала глоток и тоже порхнула на танцпол. Предательница…

Признаюсь,

я совсем не умею танцевать. К тому же, даже ни разу не пробовал. Пришлось просто наблюдать за происходящим. В музыке я очень неразборчив, но на этой вечеринке звучали именно те песни, которые раздражают меня больше всего.

Бессознательно я следил взглядом только за Танькой. Несомненно, она казалась самой очаровательной в этой толпе, и не только потому, что была моложе всех. Ах, как она танцевала! Всякий раз, когда её волосы взлетали над плечами, когда юбка покачивалась и подскакивала, внутри всё сжималось от сожаления, что в далеком детстве я отказался от танцевального кружка, сказав маме, что «это только для девочек».

Однако совсем не завидовал Феде, который не имел моих комплексов и дёргано суетился рядом. Танька над ним только хихикала. Но не только Федя – к Дунаевой пытались пристроиться едва ли не все представители мужского пола. За исключением Гордеева, что танцевал со всеми сразу: в одну минуту он то подхватывал бухгалтершу Тамару Андреевну, то выплясывал с секретарём Юлией.

Когда Гордеев запыхался и, обливаясь потом, направился к выходу, я поспешил за ним. Мне и самому уже захотелось покурить.

– Валентин, тут слух прошел, что вы нам сегодня споёте, – сказал я, чтобы Гордеев обратил на меня внимание.

– Если только не нажрусь, – невнятно проговорил он.

Гордеев остановился у лестницы, зажал губами сигарету и нервно похлопал себя по карманам в поисках зажигалки.

Я хотел предложить ему всё-таки выйти на воздух, но вдруг заметил, что на каждом подоконнике стоят пепельницы. Надо же! Редко сейчас встретишь место, где можно курить, не выходя на улицу.

Гордеев задумчиво и не спеша выдыхал дым. Он всегда становится унылым, когда уходит в свои мысли. Перекурив, я не стал его дожидаться. Никак не могу научиться курить медленно – с армии привычка осталась.

Когда я вернулся в зал, Дунаева уже сидела за столом перед пустой тарелкой. Видимо, дожидалась, когда за ней поухаживают. Я с готовностью предложил мясо и «Цезарь».

– Лук тебе не кладу, нам ещё целоваться, – говорю. Девушка хотела что-то возразить, но я её остановил. – Тань, можешь просто не комментировать? Так же намного забавнее.

– Ты будешь до конца? – Спросила Дунаева.

– Да вроде никуда не спешу. А ты?

– Мне надо в «Музей книги» сегодня. Уйду полдесятого.

– Хочешь, чтобы я тебя проводил?

Девушка подмигнула. Что бы это значило? Диджей снова завёл пластинку, на этот раз хит из девяностых. Нашим бухгалтерам посвящается… Не они ли составляли плейлист? Таня с набитым ртом промычала и пригласительно кивнула на танцпол.

– Подожди, давай хоть поедим спокойно, – нахмурился я.

– А может, диджея попросить, и он что-нибудь другое поставит? – Наспех вытерев губы салфеткой, девушка снова меня оставила. Не надо было ей столько наливать.

Я разом выпил бокал неразбавленного. Авось и мне захочется подвигаться. На очереди удачно оказалась медленная музыка. Убейте, не могу вспомнить какая песня. Дунаева неожиданно меня окликнула и поманила пальчиком.