Чтение онлайн

Разумеется, беззащитными остаются колонии в системах, где Ретрансляторов нет — но это уже профессиональный, так сказать, риск колониста. Конвенция Цитадели об Оружии Массового Поражения призвана этот риск немного снизить — по крайней мере, при выяснении отношений между цивилизованными народами ценные корабли и пригодные к освоению планеты уничтожаться не будут. Самые населённые и богатые миры прикрываются искусственными генераторами гасящих дисков тёмной энергии — саларианцы вместе с азари сумели воспроизвести эффект протеанской технологии. Но увы, только самые — все остальные не могут позволить себе такого количества нулевого элемента. Парадоксальным образом получается, что два-три взрыва

в верхних слоях атмосферы для малонаселённой планеты выходят дешевле, чем поддержание такой защиты. Если, конечно, корабль-снаряд не ударит в её единственный город. Но ТАКУЮ точность попадания ни одна известная цивилизация обеспечить не может.

Ретранслятор Вегтор усилиями Хана находился в пятнадцати миллионах километров от Криптона, благодаря чему максимальная скорость псевдодвижения рядом с планетой была ограничена десятью световыми. Тоже, между прочим, совсем немало. Всего пять-шесть секунд от обнаружения периферийными сенсорами до отключения импульсной тяги.

Девять беспилотных фрегатов-мишеней. И девять смертников, которые должны были их подорвать биотическим взрывом.

В смертники этих ребят зачислили не потому, что произведённое комбо их убьёт. Как раз наоборот — они должны были прекратить резонансную накачку прежде, чем их самих достигнет волна разрушения. И по возможности на сверхсвете умчаться прочь. Турианские командиры не любили посылать подчинённых на гарантированную смерть.

Вот только это самое «по возможности» было очень уж эфемерным. Разработчики плана атаки знали, что Криптон защищён хорошо — и понимали, что плотность оборонительного огня на низкой орбите будет просто кошмарной. Если вернутся двое-трое — это уже можно считать везением.

Чтобы немного увеличить их шансы, вместе с каждым биотиком из сверхсвета вышел один крейсер, один носитель боевых дронов, несколько фрегатов и бомбардировщиков. Все они должны были отвлечь огонь на себя, ну и конечно, нанести по возможности сопутствующий ущерб.

Нас прорвалось слишком мало до орбит чужих планет

И приказом адмирала разъяснен приоритет

Бить промышленность нет смысла — то не самый сладкий кус

А исход войны решает человеческий ресурс.

Стала логика жестокой, как на шахматной доске

От колоний нету прока, если вид на волоске

Что вам толку от планеты, коль народ повержен в прах?

А цена любой победы измеряется в гробах.

Мы к планете приближались — нас ловили на прицел,

А в наушниках смеялись: 'Улетай, покуда цел!'

Мы в эфир не огрызались, нам бы выполнить приказ…

Но, мы все-таки прорвались! МЫ ИДЁМ — ВСТРЕЧАЙТЕ НАС!

Вот уже тяжелый крейсер развернулся всем бортом

И к поверхности ракеты понесли Армагеддон

На издевки и насмешки наш ответ они несли

Но, зенитые ракеты этот курс пересекли.

Вот и все, конец мученьям — цели щупает радар

И, как будто на ученьях, мы выходим на удар.

Бронеплиты — наш хранитель. Наша тактика — нырок…

Нам погибель — истребитель. Нас рассудит только бог!

Мы врывались в атмосферу из заоблачной дали

На пилонах и подвесках мы планете смерть несли

Нашей целью были люди, не забившиеся в щель

Я до смерти не забуду, как мы накрывали цель!

(Три минуты помнить буду, как мы накрывали цель!)

В кутерьме воздушной битвы близость смерти вводит в раж

Атмосферный истребитель заложил крутой

вираж

Все маневры бесполезны — все равно загонит в гроб

И в спокойствии железном мы зашли друг-другу в лоб

Я лечу на встречу смерти — управляемый снаряд…

Штурмовик и истребитель замечательно горят

А внизу лежат кварталлы — смотрят в небо сотни глаз

И взорвавшись вспышкой алой, все равно достану вас

(И взорвавшись в небе алом, все равно накрою вас).

Нашу акцию возмездья осудил десяток рас.

И далекие созвездья проклянут навеки нас…

Смерть в мои идет объятья — я упорно жму на газ!

А надгробием проклятья

Станут

КАЖДОМУ

Из нас…

Серьёзной системы ближней ПКО у Криптона никогда не было. Это в общем-то было довольно трудно организовать — учитывая его поистине необозримые просторы. Поэтому криптонцы и не парились — прикрыли зенитными орудиями только города, а всё прочее — да пусть враг бомбит на здоровье, если ему заряды девать некуда.

К сожалению, это абсолютно здравое рассуждение не работало против врага, желающего подорвать поле Кум-Эла. Не имело особого значения, где именно оно рванёт. Сила утяжелённых гравитонов была достаточна, чтобы вырвать в космос массу среднего острова — а потом всё это рухнуло бы обратно на поверхность планеты. Да, с характерным для криптонской тяжести ускорением. Но основной ущерб нанесли бы даже не они…

Намерения обеих сторон были по крайней мере отчасти скрыты «туманом войны». Так, турианские пилоты не догадывались, что их противник знает о Ротле — и будет целенаправленно выбивать биотиков, вместо того, чтобы сосредоточиться на более опасных (с виду) крупных кораблях. Хан, в свою очередь, не знал, с какой скоростью может расти сфера биотического взрыва — и соответственно, сколько времени у него есть.

Основная надежда была на орудия орбитальной обороны — если криптонцы выживут, они на Дру-Зода молиться должны за то, что своевременно разместил эти штуки в небе. Плазменные импульсы Хан даже не пытался использовать — они бы безнадёжно мазали по вертким «птичкам» на таких расстояниях. Зато лазеры, пусть и менее мощные, решали эту задачу просто идеально. Килотонны в секунду хрупкому маленькому аппарату хватало с избытком.

При штурме какой-то другой планеты истребители могли попытаться нырнуть в атмосферу, скрыться за слоем туч или собственноручно созданным плазменным облаком. Но тут им не повезло с природными условиями — атмосфера планеты оказалась невероятно тоненькой и очень прозрачной. Для укрытия она не годилась совершенно. Пилоты почувствовали себя мишенями на фоне белой стены для расстрела.

Тем не менее, совершенно беспомощными они не были. Каждый из девяти вывалился на досвет в окружении целого роя дронов. Одни проецировали голограммы, изображая из себя полную копию истребителя, другие образовали над ним подвижный щит, принимая на себя предназначенные ему удары, третьи создавали поле помех во всех диапазонах. Конечно, защитники Криптона обладали достаточной огневой мощью, чтобы уничтожить все вражеские машины — просто методом перебора, не разбираясь, кто тут настоящий боевой корабль, а кто только притворяется. Проблема в том, что после испарения первых же целей вокруг истребителя возникало довольно горячее плазменное облако — что несколько затруднило как обнаружение, так и уничтожение его. Приходилось ждать, пока облако рассеется или его сорвёт ускорением — а значит, терять драгоценные мгновения. Кроме того, на смену уничтоженным дронам приходили новые — их запускал корабль-носитель, который старался держаться к истребителю поближе.