Королева моего сердца
Шрифт:
— Да разве на вас найдешь управу, мисс Хайленд. Я вижу, мне придется…
— Нет, — вздохнула Фейс, сдаваясь, — нет, тебе не придется меня нести.
Она всегда знала — когда на него находит дурное настроение, спорить бессмысленно. Значит, долгих проводов избежать не удастся. Теперь у нее нет иного выбора, кроме как постараться пережить последующие часы до отхода автобуса.
Арни помог ей надеть куртку. Фейс украдкой бросила на него взгляд. Глаза его были, как всегда, непроницаемы, и все же ей показалось,
— Идем. — Взяв Фейс за руку, он пошел к выходу.
Женщина замешкалась.
— Спасибо, что помогли мне встать, — сказала она незнакомцу в ковбойской шляпе, молча наблюдавшему за происходившей сценой.
— С удовольствием повторил бы, — хмыкнул он. — Вы уверены, что у вас все в порядке, мисс?
— Я… — Она кинула взгляд на Арни, похожего на айсберг, который вот-вот треснет. Сейчас Фейс уже ни в чем не была уверена, но тем не менее ответила: — Спасибо, все нормально.
Сжав губы, она вышла на улицу с тяжелыми мыслями. Ну почему именно тогда, когда она наконец поняла, что любит Арни, он снова принял облик властного тирана? Каковым, вопреки ее многолетнему заблуждению, вовсе не был!
— Арни? — неуверенно спросила она. — Что случилось?
— Это у тебя надо спросить, — ответил он мрачно.
Фейс по опыту знала: больше никаких расспросов. Ей был хорошо знаком этот тон, кладущий конец любым разговорам.
Через десять минут они снова были в доме, и Лауди радостно приветствовал их у двери.
Арни помог Фейс раздеться, толкнул ее в кухню и усадил на стул. Потом встал напротив и склонился, опираясь кулаками о стол. Как будто я подсудимая, а он — прокурор, подумала женщина.
— В чем дело, Фейс? — требовательно спросил он.
Она опустила глаза.
— Какое дело?
— Сама знаешь. Во-первых, почему от меня сбежала? Во-вторых, какого черта устроила этот спектакль в кафе?
Фейс покачала головой.
— Я не устраивала никаких спектаклей. Просто свалилась со стула, пытаясь отвернуться от бармена, который пялился мне в вырез.
— Неудивительно, — ухмыльнулся Арни.
— Что? — Встав, Фейс налила стакан воды.
— А то, что если ты и дальше будешь таскаться по барам в двусмысленных нарядах, то кто-нибудь тебя наверняка попытается подцепить.
Ей бы следовало рассердиться! Она и так сердилась, но в какой-то момент вдруг стало лестно от его слов. И смешно.
— Ты бы попытался? — Фейс взглянула на своего мучителя.
Вид у него был совершенно ошарашенный — как будто она предложила ему раздеться и заняться делом прямо тут, на столе. А что, в этой мысли была своя грубая прелесть…
— Нет, — холодно отозвался он. — Не имею такой привычки.
Фейс стиснула руки на коленях.
—
— Вот как? Тогда прошу прощения. — Лицо его напряглось. — Но ты не ответила на мой первый вопрос.
Фейс не знала, что сказать. Когда молчание затянулось, Арни не выдержал. Наклонившись, он резко схватил ее за руку. Его прикосновение словно током пронзило Фейс.
— Не касайся меня! — выкрикнула она.
Арни тотчас выпустил руку, как будто случайно ухватил пригоршню раскаленных углей.
— Так ты мне ответишь? — требовательно повторил он.
Странное дело — повелительный тон и непоколебимая уверенность Арни в том, что он вправе требовать от нее ответа, почему-то перестал раздражать Фейс. Пора ему все выложить.
— Ты знаешь, почему я ушла, — ответила она. — Просто не могла представить себе, что мне придется проститься с тобой. После того как… — Она умолкла, а Арни заерзал на стуле. Он смотрел на нее как на сумасшедшую. — Ну, словом, после случившегося, — докончила она, вызывающе глядя на него.
— О чем ты говоришь? Ничего не случилось. И ты могла бы знать, что, коли уж я притащил сюда тебя и этого несчастного пса, то позабочусь и о том, чтобы доставить вас домой. Если, конечно, прежде не убью тебя. — Последняя фраза была произнесена с нотками мрачного юмора.
— С чего бы это? — Фейс задрала подбородок, бросая вызов. Пусть только попробует до нее дотронуться.
Арни откинулся на стуле.
— Видишь ли, иногда я чувствую, что нужно выбрать одно из двух: или убить тебя, или заняться с тобой любовью не сходя с места.
Ахнув, Фейс опустила глаза. Неужто он всерьез? А ведь совсем не похож на совратителя, а тем более — на влюбленного.
— Прелестно, — проговорила она, — вот не знала, что тебя привлекает грубый секс.
— Не привлекает. — Опершись руками на стол, Арни наклонился. В нем чувствовалась еле сдерживаемая ярость, и Фейс невольно кинула взгляд на дверь. — Могу понять твое нежелание попрощаться со мной, — продолжал он. — Но, может, попытаемся вести себя как взрослые люди? Я отвезу тебя на автовокзал, и ты спокойно уедешь. А я не буду пытаться устраивать церемонию проводов.
Фейс кивнула. Конечно, он прав. Чем скорее они вернутся к своей жизни, тем быстрее кончится этот затянувшийся фарс. Не надо было убегать от него. А если он хотел отомстить ей за прежнее предательство, то ему это отменно удалось. Она чувствовала себя опустошенной, подавленной от сознания, что окончательно потеряла этого человека.
Подошел Лауди и сел, положив голову ей на колени. Милый, добрый зверь, хоть он у нее остался. Наклонившись, чтобы скрыть слезы, Фейс обхватила мощную шею пса и спрятала лицо в его густой шерсти. Даже если она сейчас захлебнется в рыданиях, все равно не покажет Арни, как ей больно.