Кинжал Челлини
Шрифт:
— Я к Кейси, — сказал я швейцару, охраняющему вход в казино. — Меня зовут Декстер.
— Проходите. Он вас ждет.
Майк принял все меры предосторожности. Швейцар был новый. Он не проявил ко мне ни малейшего интереса.
В столь ранний час казино пустовало. Две темнокожие уборщицы возились в баре; небрежно взглянув на меня, они продолжили свою работу. Толкнув дверь, я заглянул в кабинет. Майк расхаживал по комнате, засунув руки в карманы. В зубах он сжимал потухшую сигару. Он хмуро посмотрел на меня.
— Кто разрешил вам сюда заходить?
— Ты сам, — сказал я, закрывая за собой
Он шагнул ко мне и сжал мою руку.
— Вот это усы! Ты стал похож на даго. Черт возьми, я рад тебя видеть. Садись. Что ты здесь делаешь? Почему ты не в Мексике?
— Я вернулся, чтобы найти убийцу Бретта. Кажется, я знаю, кто он. Послушай, Майк, я ужасно жалею о том, что убежал отсюда. Мое место здесь. Я разыщу убийцу Бретта и получу вознаграждение.
— Ты сошел с ума! Редферн по-прежнему ищет тебя. О’Ридин на все махнул рукой, но Редферн полон энергии. В Сан-Луис-Бич накал силен. Как только ты там появишься, себя немедленно схватят.
— Помоги мне, Майк, и мы разделим премию пополам. Это тридцать тысяч. Что скажешь?
— Я помогу тебе просто так. Мне своих денег хватает.
— Их никому не хватает. Либо ты согласишься взять пятнадцать тысяч, либо я постараюсь обойтись без твоей помощи.
— Мы их еще не получили. О чем ты меня просишь?
— Я уверен, это Горман. Он знал, что я иду к Бретту. Я хочу выяснить, где он находился в момент убийства. Если окажется, что у него нет стопроцентного алиби, — а я в этом уверен, — я пойду к нему и выбью из него признание.
— Будь осторожен. Я слышал, он малый опасный.
— Я с ним справлюсь.
— Ладно.
Он снова зашагал по кабинету.
— Я поручу это дело Лу. Идет?
— Прекрасно.
Майк позвонил Лу, но не застал его на месте.
— Он прячет машину, — вспомнил я.
— Скажите ему, когда он появится, пусть позвонит мне, — произнес Майк в трубку и положил ее.
— Полиция не установила, кому принадлежал револьвер, из которого убили Бретта?
— Это его пушка.
— Бретта?
— Да, именно.
— Странно.
— Почему?
— Странно, что убийце Бретта удалось завладеть им. Похоже, Бретт был знаком с этим человеком. Интересно, знал ли Бретт Гормана? Чувствуешь, куда я клоню? Видно, Бретт держал револьвер под рукой, потому что боялся меня. Он приготовился к нашему свиданию, не доверяя мне. Возможно, револьвер лежал на столе. Если убийца был близким знакомым Бретта, он мог подойти к Линдсею и схватить оружие. Согласен?
— Да.
— Надо установить, был ли Горман знаком с Бреттом. Вряд ли толстяк договаривался о выступлении Веды непосредственно с Линдсеем. Скорее всего он действовал через секретаря.
И тут я вспомнил блондинку, вбежавшую в кабинет Бретта после выстрела.
— Не знаешь, как зовут хорошенькую блондинку, которая обнаружила убитого Бретта?
— Шейла… Шейла… забыл фамилию. Она собиралась стать миссис Бретт.
— Да? Не вспомнишь ее фамилию?
— Я сохранил вырезку из газеты. Сейчас покажу.
Пока он рылся в бумагах, я думал о револьвере. Вряд ли Бретт позволил бы Горману подойти так близко к себе. Это меня смущало. Конечно, Бретт мог потерять бдительность, но вероятность этого была мала. Насчет времени тоже
— Шейла Кендрик, — произнес Майк, протягивая мне вырезку. — Вот как ее зовут.
Я увидел фотографию девушки: в купальном костюме Шейла выглядела неплохо, хотя без него она смотрелась бы еще лучше. Сведения о ней были скудны. Она приехала из Сан-Франциско; собиралась выйти замуж за Бретта. Танцевала в пользовавшемся успехом мюзикле «Я не доверяю чужакам». Дважды побеждала на конкурсах красоты.
В кабинет вошел Лу. Я бросил заметку на стол.
Майк объяснил ему, что от него требуется.
— Установи, есть ли у Гормана алиби; если есть, проверь, насколько оно надежно. Справишься с заданием — получишь пятьсот долларов. — Лу помахал своими ресницами. — Выясни, знал ли он Бретта лично. Это очень важно.
— Не беспокойся, дорогой, — сказал Лу, вдыхая аромат гвоздики. — Пять сотен мне пригодятся. Я справлюсь.
— Лу — просто чудо, — сказал я, когда Фаррел ушел.
— Многие так считают. Он малый не промах.
— До его возвращения мне делать нечего. Не хочу тебе мешать, Майк. Может, я посижу в убежище?
— Оставайся тут. Без моего разрешения сюда никто яе заходит. Чувствуй себя как дома. Ты мне не мешаешь.
Он протянул мне сигару; я предпочел бы что-нибудь поскромней — праздновать было рано.
— Что случилось с твоей девушкой?
Вопрос вертелся у него на языке уже давно. Наконец любопытство победило сдержанность.
— Мы расстались.
— Да? Ты меня удивил. Я думал, вы с ней… — Он не закончил фразу и улыбнулся. — Я стал чересчур болтлив.
— Ничего. Сам знаешь, как это бывает. Мы провели вместе неделю и поняли, что не подходим друг другу.
Я решил не говорить о Максе даже Майку.
— С женщиной наперед не угадаешь. — Он покачал головой. — А выглядела она потрясающе. С такой красоткой и на людях показаться не стыдно. Да, внешность еще ни о чем не говорит. Я знал одну девицу — просто загляденье, зато в постели — бревно, да и только. Другая — ни кожи, ни рожи, как говорится. — Он закатил глаза. — Боже, что она вытворяла!
Я сунул руку в карман, но вместо сигаретницы обнаружил там бумажник Макса. Я совсем забыл о нем, и теперь, слушая рассуждения Майка о женщинах — Кейси оседлал своего конька, — принялся изучать его содержимое. Там лежали пятидолларовая банкнота, письмо от матери, пара автобусных билетов и три порнографические открытки. Я протянул их Майку. На обратной стороне конверта я заметил надпись, сделанную карандашом; она заставила меня вскочить с кресла.