Чтение онлайн

В поезде то и дело происходили пытки и истязания арестованных рабочих, а также и солдат из числа запасных, возвращавшихся с Дальнего Востока. Поезд Меллер-Закомельского двигался к Чите, соблюдая все меры предосторожности: каратели боялись взрыва эшелона ночью или открытого нападения вооруженных рабочих дружин.

И. В. Бабушкин, В. С. Курнатовский, А. А. Костюшко-Валюжанич и их ближайшие товарищи по руководству комитетом стояли перед трудным вопросом: что предпринять для отражения натиска царских карательных войск? В это время из Иркутска пришли тревожные вести: полиция и военные власти нанесли сильный удар Иркутскому комитету РСДРП. Объясняется это в значительной степени тем, что «Иркутский комитет РСДРП,

находившийся в этот момент под сильным влиянием меньшевиков (в состав Военно-стачечного комитета был выдвинут от социал-демократов лидер местных меньшевиков Мандельберг), не смог овладеть движением, руководство которым по существу оказалось в руках эсеров и либералов типа адвоката кн. Андронникова. В результате военным властям удалось предотвратить намечавшийся захват артиллерийского склада… вызвать три роты Иркутского полка и с их помощью приступить к ликвидации «мятежа».

В то же время жандармские и полицейские власти, усиленно следя за революционерами, выжидали удобного момента, чтобы нанести решительный удар главной руководящей силе иркутского революционного движения— комитету социал-демократов. В ночь на 1 января 1906 года полиции удалось привести свой замысел в исполнение: в Иркутске были произведены многочисленные аресты и все члены комитета захвачены жандармами. Создалась угроза быстрого затухания рабочего вооруженного восстания. Необходимо было срочно помочь иркутским рабочим, обеспечив их оружием. Захват Иркутска царскими карателями грозил прежде всего Чите. Бабушкин и его товарищи по Читинскому социал-демократическому комитету знали, какое значение в своих планах подавления вооруженного восстания в Забайкалье придает правительство именно Чите, с ее большими железнодорожными мастерскими, значительным количеством фабрично-заводского населения, революционно настроенной частью местного гарнизона. Поэтому Бабушкин, Курнатовский и Костюшко-Валюжанич разработали план вооруженного сопротивления приближавшимся к Чите силам контрреволюции. Согласно этому плану Костюшко-Валюжанич должен был остаться в Чите для организации борьбы рабочих с войсками Ренненкампфа. Бабушкин и Курнатовский должны были в Иркутске либо в Черемховском угольном районе организовать отпор карательному отряду Меллер-Закомельского, чтобы не пропустить его в Читу. Однако этот план страдал «существенными недочетами, объясняемыми в значительной степени той поспешностью, с которой приходилось его выполнять.

Одним из важных способов борьбы с карателями намечался взрыв их поездов, но подготовка взрывов (техническое оснащение подрывных отрядов, обучение минеров-подрывников) проведена была неудовлетворительно. Читинский комитет не успел сформировать вспомогательные боевые летучие дружины из числа наиболее выдержанных революционных рабочих для нападения на карательные поезда (например, ночью на разъездах, где каратели обычно стояли, избегая больших станций.) совместно с дружинами подрывников. Комитету не удалось окончательно привлечь на свою; сторону наиболее революционный, распропагандированный отряд местного гарнизона — 3-й резервный железнодорожный батальон, с тем чтобы при его непосредственной поддержке включить в восстание весь читинский гарнизон и прежде всего арестовать высшее офицерство.

Читинские большевики добились значительных успехов в подготовке вооруженного восстания (создание рабочих дружин, захват большого количества оружия, захват Забайкальской железной дороги). Но Читинский комитет не смог практически обеспечить организацию и необходимые материально-технические условия для расширения и полной победы восстания.

Члены комитета, большевики, приложили все свои силы для того, чтобы организовать массы, объединить рабочих, направить их революционные выступления на путь открытого вооруженного восстания.

Бабушкин воспользовался в этих

целях происходившим в начале января 1906 года в Чите вторым профсоюзным съездом железнодорожников: через делегатов этого съезда он старался повлиять на остальную массу рабочих, объединенных уже в профсоюзы. В конце 1905 года в Чите и в других крупных городах Забайкалья, а также и на окрестных станциях профессиональное движение приняло широкий размах. Наряду с организацией в союзы ведущих профессий (рабочих железнодорожных мастерских и депо) быстро вырастали ячейки профессиональных объединений паровозных бригад, истопников, кондукторов, телеграфистов. По примеру железнодорожников в профессиональные союзы вступали служащие торговых учреждений и предприятий, типографские рабочие, учителя начальных школ и другие категории трудящихся.

Большое значение для дальнейшего роста этого движения не только в Забайкалье, но и во всей Сибири имел выработанный на первом съезде железнодорожников (в начале августа 1905 г.) устав профессионального союза железнодорожных рабочих. Второй съезд железнодорожников (январь 1906 г.) отметил, что «профессиональный рабочий союз сложился благодаря деятельности социал-демократии».

Съезд, заседавший в самые напряженные, боевые дни подготовки читинского пролетариата к отпору царским карателям, состоял из тридцати семи делегатов К Работой этого съезда руководили И. В. Бабушкин и В. К. Курнатовский как представители комитета РСДРП.

Съезд работал с 3 по 6 января 1906 года. Он принял резолюцию об отношении к РСДРП: «Принимая во внимание, что профессиональная борьба является одной частью борьбы пролетариата, что профессиональным союзам приходится выступать политически, хотя бы, например, при установлении законодательным путем 8-часового рабочего дня, что профессиональный союз сложился благодаря деятельности социал-демократии, — съезд… заявляет, что при политических выступлениях он будет идти под знаменем РСДРП, как единственной выразительницы интересов рабочего класса».

Заседания съезда широко освещались в «Забайкальском рабочем».

Во время работы съезда Иван Васильевич обсуждал с делегатами конкретные пути вооруженного выступления и способы поддержки его революционными железнодорожниками Читы.

Делегаты уезжали из Читы с запасом оружия. Бабушкин принял все меры, чтобы на станции Хилок, Могзон, Мысовую и другие были отправлены с ними винтовки и револьверы с достаточным количеством патронов. Читинский комитет немедленно по окончаний съезда направил Бабушкина в Иркутск.

Иван Васильевич провел несколько дней в непрерывной работе: он грузил оружие, договаривался с железнодорожниками об отправке поезда, узнавал у телеграфистов последние сведения о движении карателей. Спустя неделю после съезда Иван Васильевич поздним вечером пришел на запасные пути станции Чита-товарная. Вместе с ним были рабочие и телеграфисты Бялый, Савин, Клюшников, Ермолаев и еще один товарищ. — Все? Едем! — коротко и тихо сказал Иван Васильевич, осматривая подошедших друзей, подтянулся на руках и проворно вскочил в вагон-теплушку. За ним влезли его товарищи, и дверь закрылась.

Через два часа глухой морозной ночью поезд, без огней, осторожно двинулся на запад.

Опустив почти до земли густо усыпанные снегом ветви, стоят деревья.

Зима, суровая сибирская зима в разгаре.

Кажется, все живое стремится укрыться от лютого мороза. Лишь на узкой ленточке железной дороги, тускло чернеющей рельсами среди ослепительного снега, вьется дым: поезд, почти не останавливаясь на разъездах и мелких станциях, стремительно летит на запад, к замерзшему Байкалу. За Байкалом Иркутск — большой промышленный город, из которого по телеграфной линии несутся тревожные вести…