Чтение онлайн

Из-за отвратительного дневного света я зажмурилась, и неожиданно вспомнила зеленоглазого незнакомца. Несмотря на то, что лежала на мягких простынях и удобном матрасе, я не могла избавиться от ощущения его жестких рук на своей горячей коже. Кажется, это происходило в машине.

Впрочем, неважно. Я, наверное, подарила этому парню горячую ночку и все, чего хотелось сейчас — это смыть со своей кожи остатки памяти. Это был просто очередной приятно проведенный вечер для какого-то случайного парня, а я ни о чем не сожалею, потому что ничего не помню.

Потягиваясь, я перевернулась на живот. Бог ты мой, какая

же удобная кровать. Простыни были роскошные, шелковые полагаю. Однако утверждать не взялась бы, так как никогда не имела предметов роскоши, кроме четырех сотен разных тряпок не лучшего качества из «Уолмарта» и недорогого матраса из «Гудвилла».

Интерьер комнаты был выполнен в черных и белых цветах, с расставленной со вкусом современной мебелью. Каждый из четырех углов освещался, а в центре большой стены находилась пара закрытых черных смежных дверей. Приподнявшись, я отметила, что меня пошатывает и тут же ощутила желание выпить хоть глоточек, чтобы опохмелиться.

Я начала искать свои штаны, но их нигде не было. Сумочка тоже пропала вместе с деньгами, телефоном, а самое главное, с моей флягой. Без нее я никогда не покидала дом, и от разочарования из-за ее отсутствия под рукой у меня еще сильнее разболелась голова. Черт. Куда же я подевала все свои вещи?

Заставив себя, наконец, подняться с матраса, я спустила ноги с кровати и осмотрелась вокруг. В доме было тепло и мне стало интересно, неужели парень включил отопление. На подобной роскоши я большинство дней экономила, хоть и любила разгуливать в одних трусиках и футболке при хорошем освещении и не дрожа от холода.

Как бы мне ни нравилась комфортная спальня, я все же решила разыскать парня, который, судя по всему, являлся владельцем этого места. Хотелось найти свою флягу и попросить подвезти меня домой. Я не могла точно сказать, где сейчас нахожусь, но должно быть довольно далеко от трущоб, в которых располагалось мое жилье. Судя по явному благосостоянию человека, которому все это принадлежит, я сделала вывод, что нахожусь не менее чем в десяти милях от своего дома, а это слишком большое расстояние для такой уже привычной для меня прогулки позора 6.

Пытаясь выбраться из этой невероятной комнаты, я прошлепала босиком по полу и попробовала открыть первую дверь. Она оказалась заперта. Еще не до конца проснувшись, я не сразу осознала факт, что застряла в запертой комнате.

Я заколотила по дереву, после чего стала прислушиваться, но ответа не последовало. Ну и ладно. Пожала плечами и проверила другую дверь. Та открылась без усилий. Однако вместо выхода я нашла ванную комнату. Должна признать, безусловно, чертовски красивую, как с обложки одного из журналов с экстравагантными загородными домами. В углу стояла большая ванна в окружении свечей, с изысканным банным мылом и пеной для ванны. В другой части комнаты располагались двухместная душевая кабинка с различными насадками для душа и унитаз.

Прямо передо мной располагалась стена из зеркал от пола до самого потолка. Глядя на отражение, я нахмурилась от того, какой у меня потрепанный вид. Волосы торчали в разные стороны, макияж размазался по лицу и чернила просочились через бинт, закрывающий новое произведение искусства на моей ноге. Я забеспокоилась, что вчера ночью алкоголь сильно разжижил мою кровь, поэтому сняла

повязку, чтобы проверить. К счастью, изображение не размазалось, но нуждалось в хорошей чистке. Осмотревшись, я заметила на тумбе с раковиной тюбик специальной мази.

Я могла бы списать это на простое совпадение, но если жизнь меня чему-то и научила, так это тому, что их не бывает. Совсем. Всему происходящему найдется своя причина. Верила ли я в бога? Не уверена, но при этом была твердо убеждена, что имеется какая-то высшая сила, которая определяет нашу судьбу. Я поняла это после попытки повеситься. Помню, как мир вокруг начал темнеть, когда я повисла на небольшой стропильной балке в доме бабушки. Тогда я решила, что пришел мой конец. Черт, даже молилась, чтобы так оно и было. Но в итоге я проснулась на больничной койке. Под присмотром из-за самоубийства. Разве не смешно это слышать тому, кто почти лишил себя жизни? Под присмотром из-за самоубийства? Скорее из-за неудавшегося самоубийства. Однако не следовало сейчас об этом думать. Оказаться запертой в незнакомом месте уже само по себе довольно плохо, но застрять в незнакомом месте, при этом раздумывая о совершенных ошибках в жизни — это уже совсем другая история, и ни к чему хорошему это не привело бы.

Чтобы избавиться от навязчивых мыслей я тряхнула головой и сразу же ощутила приступ тошноты. Отсутствие алкоголя в организме плохо влияло на мой организм. Я знала, что немного погодя меня начнет трясти, и если хозяин не оставил здесь волшебную бутылочку виски, состояние постепенно будет ухудшаться.

И пусть всегда отказывалась верить в то, что превратилась в алкоголичку, но ломка, которая начиналась, если я не имела возможности выпить, говорила об обратном. В любом случае я в проигрыше. Либо приму факт, что не могу жить без спиртного, начав мучиться от горького осознания собственной зависимости, либо стану отрицать это и закончу на дне, молясь, чтобы очередная ломка наконец-то убила меня.

Мне следовало дать отпор приближающемуся приступу гребаной ломки из-за отсутствия алкоголя, поэтому я включила душ, чтобы быстро ополоснуться. Хотя идея с ванной казалась чертовски заманчивой, ведь я могла бы и целый день в ней проваляться.

Принимая душ, я переключилась на то, что казалось не менее важным. Хотелось узнать, который час. Я понимала, что пора вернуться домой и готовиться к выпускным экзаменам, чтобы совершить хотя бы одно достижение в своей жизни. Прошлый семестр был просто отвратительным, но я надеялась, что смогу разобраться с этим дерьмом и наконец-то преуспеть в учебе хотя бы на выпускном курсе.

Искупавшись и смыв с волос зловоние баров, я испытала благодарность тому, кто жил в этом доме, за набор всяких девчачьих штучек. При мысли, что они могут принадлежать жене этого парня или его девушке, я рассмеялась. Чертовски неловкий момент, когда приходится благодарить сучку за то, что попользовалась ее туалетными принадлежностями, а на следующее утро она начинает орать на тебя.

Я взяла пушистое черное полотенце, висевшее снаружи просторной душевой кабины, и вытерлась им. Прикосновение мягкого материала к коже вернуло меня в детство, в один из немногих случаев, когда меня купала мама. Я покачала головой, пытаясь избавиться от мыслей о ней. Воспоминания об этой суке ни к чему хорошему обычно не приводили.