Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Стрелки часов тикали. Пробил новый час. Как долго они говорят, но ведь им надо решить, как распорядиться собственной жизнью. Рилли быстро поднялась наверх, чтобы проверить, как чувствуют себя мать и Регина. Когда она спустилась, дверь в гостиную была все еще закрыта. Однако тишина в доме начала беспокоить Рилли. Она боялась прервать чужую беседу, но была не в силах справиться с волнением. Может, они снова обрели друг друга и ее приход вызовет только замешательство? Вскоре, однако, оставив хорошие манеры, Рилли решила все-таки узнать, в чем дело. Она вежливо постучала в дверь, ответа не последовало. Она открыла дверь и вошла.

Незажженные свечи… Рождественская елка отбрасывала тень, занавески колыхались на ветру, французские окна, ведущие в сад, были открыты и вели в темноту. Комната была пуста.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава

семнадцатая

О люди добрые, внимайте Тем строкам, что написаны для вас! Быстро шляпы свои снимайте! Убийство жуткое случилось в этот час! Кровь пролилась — осталась тайна…

Уличные продавцы газетных листовок ликовали и пели на публике, пытаясь привлечь внимание прохожих, хотя пение в общественных местах было запрещено вот уже много лет, согласно принятым законам о бродяжничестве. Однако в случае, подобном этому, нельзя было не спеть. Издатели, продавцы, сочинители грошовых памфлетов — все эти люди не могли поверить в свою удачу. Они не успевали напечатать нужное количество экземпляров листовок, потому что в сегодняшнем происшествии соединилось то, о чем мечтает любитель «жареных» фактов, и то, что продается с молниеносной быстротой, — случилось убийство представителя знати. Печатные станки Лондона работали без перерыва всю ночь. Тысячи листовок появились наутро с одним и тем же крупно выделенным заголовком: «Убит аристократ». Они моментально разошлись по всей стране. Выудив информацию из уважаемых газет, издатели дешевых листовок попытались раздуть драму до невероятных размеров. Статейки без авторства из серии «Жуткие убийства», которые так любила Регина, обычно имели заголовок: «История шокирующего убийства из первых уст». В статье говорилось: «Убийство лорда Моргана Эллиса, наследника титула герцога Ланнефида, потрясло страну: пожалуй, это самое громкое преступление за всю историю криминальной хроники Лондона. Тело убитого было обнаружено вчера».

Тело едва остыло, но это не останавливало ни журналистов, ни уличных продавцов. Более серьезные издания тоже выражали негодование, но гораздо меньшим шрифтом: «Сын и наследник герцога Ланнефида найден убитым при невыясненных обстоятельствах на площади Блумсбери».

«Утренний вестник» немедленно разразился критическим обозрением: «Ужасающее убийство представителя аристократии во вполне благополучном районе Сити должно быть немедленно расследовано полицией, которая, к сожалению, в случаях, подобных этому, как правило, проявляет некомпетентность и медлительность. Мы требуем, чтобы на улицах города была обеспечена безопасность, и выражаем горячую надежду на то, что недавнее реформирование детективного отдела полицейского управления позволит профессионалам быстро и эффективно разрешить этот вопиющий случай, который наполняет ужасом сердца всех неравнодушных людей».

Генеалогия Ланнефидов по валлийской линии обсуждалась едва ли не в каждом доме за завтраком: конечно, об этом говорили в Мэйфере, но с гораздо большим интересом отнеслись к этому вопросу в других районах столицы: в Клепхеме, в Уайтчепеле и даже в трущобах Сент-Джиллса. Людей интересовало и то, являлись ли лорд и леди Эллис известными меценатами. (В последнее время леди и джентльмены активно занимались благотворительной деятельностью, словно желая откреститься от своих часто не совсем безупречных с точки зрения репутации предков.) Никто не мог ответить и на вопрос, были ли в этом роду миссионеры. Или, возможно, они оплатили благородный труд одного из них? Информация, иногда, впрочем, граничащая с дезинформацией, выходила из-под каждого печатного станка в Лондоне. Неоспоримые же факты сводились к следующему: убитого звали Морган, лорд Эллис, 55 лет, он был наследником герцога Ланнефида; вдова покойного, леди Розамунд Эллис, дочь герцога Арботема, приходилась кузиной ее величеству королеве. Одна из дочерей покойного всего несколько недель назад стала герцогиней Трент.

На Оксфорд-стрит то и дело слышалось: «Кровь пролилась на площади! Жутчайшее убийство! О благородный лорд, павший жертвой! И небо, и земля скорбят о нем!»

Семья убитого была избавлена от необходимости появляться на публике. Слуга, приближенный к семье покойного, подтвердил личность убитого во время вскрытия, которое проводили два хирурга из больницы Гая. Их пригласили в маленькую комнату на верхнем этаже полицейского участка на Бау-стрит. Общественность была вскоре проинформирована через вездесущих газетчиков об обстоятельствах, при которых обнаружили тело убитого: проходивший около полуночи по площади Блумсбери лакей заметил бездыханного лорда. Лицо убитого господина было в шрамах и царапинах, из чего можно было предположить, что перед смертью он пытался защитить себя. Причиной смерти, однако, стали многочисленные ножевые

ранения и последовавшая вследствие этого потеря крови. Сам же лакей был накануне вечером в услужении одного герцога: заподозрить его в нечестных показаниях было трудно. Относительно орудия убийства возникли разногласия: одни утверждали, что лорд был заколот шпагой времен Наполеона, другие склонялись к мысли о том, что несчастный убит грошовым ножом, которые продают в трущобах Сент-Джиллса. Поблизости обнаружили известного в округе бродягу, который спал «как убитый» (так говорилось в одной заметке в «Таймс»). Его нашли в дальнем конце площади за кустами. Сообщалось также, что неподалеку от упомянутого выше человека подобрали не до конца определенное орудие убийства. Конечно, бродягу немедленно сопроводили в участок, хотя бы потому, что бродяжничество само по себе было правонарушением (особенно в районе площади Блумсбери, которая считалась вполне респектабельным местом). В качестве кого задержали этого человека — подозреваемого в убийстве или попрошайки, осталось неясным, однако перспективы несчастного в любом случае казались незавидными.

В огромном доме на площади Гросвенор шторы были плотно закрыты, а большая входная дверь заперта на замок. Назойливых любителей разузнать побольше выпроваживали от входа три констебля. В комнатах царили мрак и тишина: задернутые шторы, закрытые двери, роскошные, хранящие следы богатства темные комнаты, и неожиданный бой часов. В огромной гостиной на первом этаже, пропахшей медикаментами и алкоголем (хотя, возможно, запах алкоголя исходил от вечно открытых склянок с лекарствами), находился низкорослый глава клана, погруженный в ипохондрию, — герцог Ланнефид. Он возлежал на большом диване, на подушках, отчего его маленькая фигурка казалась еще меньше. Его переполняли эмоции: какой скандал, какой стыд, какая потеря, какое неудобное стечение обстоятельств! Семья даже не могла заняться приготовлением к похоронам, поскольку тело лорда Моргана Эллиса все еще находилось в участке, где над ним колдовали хирурги и полисмены.

Позже, когда этот ужасный день подходил к концу, в дом на площади Гросвенор допустили (хотя и неохотно) инспектора полиции и констебля; инспектор представился господином Риверсом из нового детективного департамента полиции Метрополитен, а констебль — господином Форрестом, его помощником. Инспектор держал в руках маленький незаметный сверток, завернутый в газету.

Накануне инспектор, обратившись к своему помощнику, довольно небрежно бросил необычную фразу: «Я всегда ищу горе». Констебль, скорее, ожидал, что его пошлют искать отпечатки пальцев или клочки одежды, а не горе, однако инспектор Риверс имел репутацию гения расследований, а у констеблей пользовался глубоким уважением. Двое полицейских выдержали плохо скрываемое презрение лакеев, пока вели беседы с другими слугами, а их было не менее двадцати. Все показания в основном совпадали: лорд Морган Эллис вышел из дома накануне вечером около семи часов. Если в семье и имелись секреты, то о них не вспоминали. После этого полисменам пришлось выслушать оскорбления от самого герцога, который принял их в гостиной, временно превращенной в лазарет.

— Вы нездоровы, милорд? — вежливо поинтересовался инспектор Риверс, входя в комнату.

В ответ раздался возмущенный крик. После такого неприятного начала полисменам было обещано, что их выкинут с работы и герцог лично об этом позаботится, если тело лорда Моргана не выдадут немедленно семье, которая, в силу своего знатного положения, не привыкла плясать под дудку каких-то хирургов-шарлатанов. И так далее в том же духе. Инспектор и его помощник стоически выдержали эту атаку, продолжая стоять в дверях. Решив сделать паузу и выпить чего-нибудь освежающего, герцог махнул слуге, который тотчас принес ему виски, а инспектор Риверс, воспользовавшись заминкой, прошел дальше в гостиную. Он спросил, можно ли ему поговорить с другими членами семьи.

— Что, черт побери?! Немедленно убирайтесь вон! — осыпая Риверса проклятиями, прорычал герцог и дал знак слуге налить еще виски.

Он считал себя выше закона, ему не о чем было говорить с обычными людьми, которых по ошибке допустили на порог его временной спальни. Возможно, его возмутительное хамство и было горем, которое требовалось найти, — кто знает?

В комнате установилась тишина. Было очень холодно: огонь в камине, казалось, не согревал, а лишь на мгновение обжигал воздух, пропитанный запахом лекарств. Инспектор и его помощник рассматривали картины на стенах: битвы, замки, изысканный портрет Уильяма IV (как будто новая юная королева не взошла до сих пор на трон). И вдруг они заметили какое-то движение: юноша, светловолосый, небольшого роста, направлялся в дальний угол комнаты, в которой все шторы были плотно задернуты. Добравшись до места, он быстро склонился над шахматной доской, и только маленькая лампа освещала поле игры. Наверное, это и был нынешний наследник герцога Ланнефида, новый лорд Эллис, которого звали Морган. Старик не заметил его появления, а полисмены не стали акцентировать на этом внимания.

Поделиться:
Популярные книги

Освобождение от психологического насилия

Хассен Стивен
Научно-образовательная:
психология
6.25
рейтинг книги
Освобождение от психологического насилия

Последний Паладин. Том 2

Саваровский Роман
2. Путь Паладина
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.25
рейтинг книги
Последний Паладин. Том 2

Человеческое познание его сферы и границы

Рассел Бертран Артур Уильям
Научно-образовательная:
философия
6.25
рейтинг книги
Человеческое познание его сферы и границы

Том 5

Сталин Иосиф Виссарионович
5. Полное собрание сочинений
Научно-образовательная:
политика
4.00
рейтинг книги
Том 5

Ермолов

Гордин Яков Аркадьевич
1373. Жизнь замечательных людей
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
Ермолов

Курс 1. Декабрь

Фокс Гарри
4. Маркатис
Фантастика:
аниме
фэнтези
сказочная фантастика
5.00
рейтинг книги
Курс 1. Декабрь

Бастард Императора

Орлов Андрей Юрьевич
1. Бастард Императора
Фантастика:
фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Бастард Императора

Кто изобрел современную физику? От маятника Галилея до квантовой гравитации

Горелик Геннадий
Научно-образовательная:
история
физика
6.25
рейтинг книги
Кто изобрел современную физику? От маятника Галилея до квантовой гравитации

Метатель. Книга 2

Тарасов Ник
2. Метатель
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
рпг
фэнтези
фантастика: прочее
постапокалипсис
5.00
рейтинг книги
Метатель. Книга 2

Древнерусская литература. Библиотека русской классики. Том 1

Коллектив авторов
Старинная литература:
древнерусская литература
5.00
рейтинг книги
Древнерусская литература. Библиотека русской классики. Том 1

3ds Max 2008. Секреты мастерства

Верстак Владимир
Компьютеры и Интернет:
программное обеспечение
5.00
рейтинг книги
3ds Max 2008. Секреты мастерства

Технарь

Муравьёв Константин Николаевич
1. Технарь
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
7.13
рейтинг книги
Технарь

Егерь. Системный зверолов

Скиба Николай
1. Зверолов
Фантастика:
рпг
уся
фэнтези
фантастика: прочее
попаданцы
6.50
рейтинг книги
Егерь. Системный зверолов

Последний Паладин. Том 10

Саваровский Роман
10. Путь Паладина
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.40
рейтинг книги
Последний Паладин. Том 10