Гензель - 3
Шрифт:
Ласковые выпады настолько ошеломляют меня, но это также настолько эротично, что я не могу сдержать крик.
Пальцами он трахает мою киску, наращивая темп, пока его язык ласкает звездочку ануса. Он добавляет еще один палец, и я начинаю дублировать его движения, насаживаясь на его ласкающие пальцы и язык. Я выгибаю спину, позволяя погружать язык и трахать им мою попу, мои руки слабеют под его ласками, и я прижимаюсь щекой к подушке.
— Я не хочу слышать ни слова протеста, Гретель. Ты пришла ко мне сама, зная все, к чему это тебя обязывает; ты принадлежишь мне, и я
Он толкается глубже пальцами в киску. Я вскрикиваю и начинаю задыхаться от нахлынувших ощущений, постанывая, когда он поддразнивает кончиком языка скрытую и запретную часть меня.
— Гензель!
— Гретель, — бормочет он.
Гензель хватает меня за колено и снова переворачивает на спину. Он раздвигает мои ноги еще шире и усаживается между ними, его член настолько большой, что почти касается, подразнивая, мое влагалище головкой. Я бесстыдно приподнимаю бедра и толкаюсь напротив его пальцев, чтобы он и дальше продолжал вонзаться в меня.
Его горячий рот захватывает сосок, покусывая вершинку, он погружает меня в сладкий жар, пока его пальцы двигаются во мне. Большим пальцем он проводит от сердцевины киски до пульсирующего клитора, распределяя мое влажное, вязкое желание.
— Да, — хнычу я, хватая его за волосы и подтягивая ближе.
Он рывком сбрасывает мою руку и прижимает к кровати.
— Будет так, как я хочу! — рычит он.
Его пальцы толкаются еще пару раз, затем он вытаскивает их и подтягивает к себе простынь. Его член стоит по стойке смирно, яички напряжены, когда он скручивает простынь на манер веревки, тянется и завязывает один конец вокруг столбика кровати, потом крепко стягивает мои запястья.
Очень крепко.
Я задыхаюсь, когда материал крепко вонзается в мои запястья.
— Я не могу двигать ими! — издаю я писк.
— В этом весь смысл, — говорит он низким, бархатным голосом. Он располагается над моей грудью, упираясь коленями с двух сторон о матрас. И даже когда я подтвердила, что вся власть в его руках, я все равно ощущаю его напряженность. Он подносит член к моему рту, и я приоткрываю губы, потому что хочу его, хочу почувствовать его вкус.
С протяжным хриплым стоном он скользит бархатистой, круглой головкой между моими губами и толкается, не раздумывая ни секунды, глубоко, до самого горла.
В первую секунду я закашливаюсь. Его член внушительных размеров. Хотя я сглатываю, чтобы приспособиться к его длине, у меня такое ощущение, что я не могу принять его полностью. Его головка большая и разбухшая. Я тяжело сглатываю, когда он выходит из моего рта и издает гортанный стон, отчего мне хочется взять его в рот еще раз.
Он толкается снова, и я растягиваю губы в попытке принять его член до основания, пока мой язык кружит по бархатной коже, поглаживая и лаская его. Он начинает двигать бедрами, подаваясь все глубже и глубже, выскальзывая и проникая в жаркую глубину рта вновь.
Я сильно посасываю, втягивая щеки, заставляя подрагивать его член у меня во рту, от этих насыщенных ласк я чувствую, как дрожат его ноги и он выдыхает:
— Леа...
Большими ладонями он хватает
Я понимаю, что все дело в ритме; нужно немного привыкнуть к ощущениям. Широко открыв рот, я заглатываю его член, размеренно дышу. Я мысленно напеваю мелодию. Все становится проще, когда я подстраиваюсь под его ритм. Это великолепно, потому что ни за что на свете я бы не остановилась. Он подается бедрами назад, высказывая членом изо рта.
— Леа... — я чувствую, как он часто и глубоко дышит. Он снова начинает толкаться — быстрее, глубже, я сильно посасываю его, втягивая щеки, немного сдавливая его их внутренней стороной, ласкаю языком, затем останавливаюсь, сглатываю скопившуюся слюну, стекающую по горлу, смачиваю его длину.
Он жестко толкается в горло быстрыми толчками, крепко удерживая меня за волосы и голову, я подаюсь немного вперед, что позволяет ему толкнуться еще глубже, в самое горло. Я чувствую теплое прикосновение к моей щеке, это яички. От этих ощущений, моя киска пульсирует от изысканной боли. У меня возникает дикое желание прикоснуться к нему. Он как будто слышит мои мысли, пододвигается ближе, когда он толкается с новой силой, я могу чувствовать тепло его яичек на моем подбородке.
— О, Боже, — всхлипывая, бормочу я у его члена. Я настолько влажная. Я теку, мне нужно кончить. Я хочу ощутить его член или пальцы, глубоко в моей изнывающей от желания ласк, киске.
Он громко стонет и начинает вколачиваться с каждым следующим толчком быстрее.
— Леа, — хрипит он. — Да, детка, соси меня вот так… Вот так, крошка.
Мне кажется, я делаю все правильно, потому что в следующее мгновение я чувствую первые капли его удовольствия. Его член увеличивается от предстоящего оргазма, дыхание становится рванным, и он изливается в мое горло.
Я судорожно продолжаю принимать все, что он мне дает, пока он не изливается до последней капли. Он расслабленно замирает, прижавшись ко мне. Его рука все еще крепко держит за волосы мою голову. В эту сумасшедшую минуту чистого экстаза, он полностью открылся и расслабился, почти опустился на мое лицо, его член все еще у меня глубоко в горле. Я чувствую его вкус на своем языке, постанываю через нос, руки крепко стянуты над головой тканью простыни, пики сосков дерзко смотрят вверх, обласканные прохладным воздухом комнаты. Идеально.
Чертовски, мать вашу, идеально.
Затем он отстраняется, выскальзывая из моего рта, опускается к моим бедрам, раздвигая их, и располагается между ними, легко раздвинув пальцами мои влажные складочки. Мягко и бархатисто проводит языком линию, чувствуя, насколько я влажная и горячая, от внутренних лепестков до пульсирующего клитора. Следующее, что я понимаю, это мой крик от удовольствия.
Его длинные, сильные, умелые пальцы глубоко в моей горячей дырочке. Один палец аккуратно прижимается к тугим мышцам попки, затем он легко толкается, преодолевая сопротивление. Это чувствуется… немного иначе, чем в киске. Более наполнено, немного пугающе, но мне нравится, потому что на этом его ласки не заканчиваются.