Фарс-мажор 2
Шрифт:
– Скоро увидите.
– И как скоро? – уточнил я.
– Через девять месяцев, – приняла вызов Любовь Слиска.
Алексей Мордашов сказал, что для бизнеса сейчас «очень важная задача—добро творить».
– Простите, я говорю высокие слова, – вздохнул он.
– Ну, после встречи с президентом… – начал я.
– Да-да, – согласился он, – какие же еще слова можно говорить после встречи с президентом!
– Ох, не пожалеть бы вам только потом, что Хиддинка взяли, – сказал я
– Да Петр I флот бы в жизни не построил, если бы пару голландцев в Россию не привез! – возразил господин Мутко.
Главный тренер сборной России по художественной гимнастике Ирина Винер предложила, чтобы «обеспеченные люди, которые отдают своих детей в спортивные секции, платили бы и за своих детей, и за тех, чьи родители не могут себе этого позволить». У себя в художественной гимнастике Ирина Винер уже активно практикует этот подход.
– Мы родителям прямо говорим: «Хотите ехать на сборы – платите за своих ребят и еще вот за этого ребенка тоже…». И вы знаете, у родителей ребят это вызывает понимание, – с недоумением произнесла Ирина Винер.
Выйдя к журналистам, 83-летний Генри Киссинджер приветливо на них посмотрел и сказал:
– Вы не возражаете, если я присяду в это кресло?
– Конечно, нет! – со всех сторон сочувственно закричали ему телеоператоры. – Но лучше, если вы постоите! Баланс-то уже выставили!
Вице-премьера Дмитрия Медведева в очередной раз спросили о реализации национальных проектов.
– Проекты? – переспросил Дмитрий Медведев и рассеянно посмотрел на журналистов. – Вся наша жизнь – один большой проект. И делится на несколько более маленьких проектов.
Он вздохнул. Мне вдруг стало остро жаль Дмитрия Медведева. Я сначала даже не понял, отчего меня прямо пронзило это чувство. Потом я понял: потому что, конечно, жалко человека, который даже свою собственную жизнь превратил в проект.
Вице-премьеру Дмитрию Медведеву задали вопрос, за кого он будет болеть на чемпионате мира по футболу 2006 года.
Наконец он получил вопрос, который застал его врасплох. И он не стеснялся этого. Наоборот, было такое впечатление, что он даже гордится этим – словно давая понять, что только такой вопрос и может застать его врасплох.
– Я, знаете, – сказал он, помявшись, – думал об этом буквально сегодня утром. И знаете, что хочу сказать…
В это время господин Медведев, кажется, что-то еще обдумывал. И обдумал.
– Нет, не за сборную Бразилии! Мне не очень нравится латиноамериканский стиль футбола. Так что сами делайте выводы!
Ну вот, есть чем теперь заняться в свободное от гаданий на кофейной гуще время.
Я, впрочем, решил попробовать прямо теперь:
– За англичан, видимо?
Господин Медведев одобрительно посмотрел на меня:
– Ну да! Или за немцев.
– Да не думайте вы об этом, – сказал я, – все равно игры будут в рабочее время, и
– А я запишу на видео, – не согласился он. – А потом посмотрю.
– А все равно уже счет скажут по радио и по ТВ.
– А я уши заткну, – предупредил он.
Даниил Гранин стоял у микрофона, глядел на памятник Анатолию Собчаку и говорил, кажется, только с бывшим мэром Санкт-Петербурга.
Потом он повернулся к людям, которые стояли около памятника, и сказал им, тяжело пожав плечами:
– Оказывается, мы любили его.
– Валерий Павлович, – обратился к губернатору Ленинградской области Валерию Сердюкову господин Путин, – самая лучшая профилактика – это физкультура и спорт. Почему вы этим не занимаетесь? Жаднеете? Вы посмотрите, как в Московской области, в некоторых других регионах активно идет работа!
– Владимир Владимирович, – взмолился губернатор, – я помню, я помню разговор наш по телефону и задание ваше! Мы его глубоко проанализировали! Действительно, немножко, может быть, в последние годы не строили крупных спортивных комплексов. Но в то же время у нас во всех школах без исключения есть спортивные залы, спортивные площадки! У нас 35 бассейнов построено! В прошлом году мы ввели новый бассейн в Киришах, в котором прошел чемпионат Европы по водному поло…
– Это же, батенька, не вы строили, – вздохнул господин Путин.
– Вместе строили, – не согласился губернатор.
– А вот врозь вы что построили? – мрачно спросил господин Путин.
– Что касается производственных вопросов, то докладываю, что на Кубани период жатвы – на полях и на пляже, – доложил губернатор Краснодарского края Александр Ткачев.
– А на пляжах что жнут сейчас? – пробормотал господин Путин, хотя это тоже было, по-моему, понятно.
Гендиректор НПО имени Лавочкина Георгий Полищук рассказал Владимиру Путину о грандиозных планах НПО. Так, один планетоход у Геннадия Полищука полетит к Фобосу, спутнику Марса, уже чуть ли не в следующем году.
– Сядет, возьмет грунт… – c наслаждением рассказывал господин Полищук. – Потом половина его останется на Фобосе на постоянной основе, а другая половина (очевидно, лучшая. – А. К.) вернется домой. А вот планетоход, который в 2011 году уйдет на Марс!
– На Марс или на Луну? – с подозрением переспросил господин Путин.
– И на Луну, и на Марс, – ответил господин Полищук. То есть планетоход пойдет со всеми остановками.
– Конечно, оппозицию сажают на пятый ряд! – закричал господин Жириновский. – А почему на пятый?! А некоторые заместители председателя Госдумы из третьего перелезают в первый ряд, я сам видел! Как не стыдно?!
Я огляделся и не увидел в первом ряду никого, кроме первого вице-спикера Госдумы Артура Чилингарова. Мне было трудно судить о том, как он туда попал.