Эхо разрушенных судеб...
Шрифт:
Коля нервно сглотнул. Он не ожидал, что всё так получится. Думал, что она втянется в процесс и ей понравится, но сейчас понял, что всё пошло не по плану. И ему стало по-настоящему страшно.
– Я не брошу тебя, - тихо сказал он и присел на корточки, любуясь её худенькой спиной. – Я давно люблю тебя. Я всё исправлю и женюсь на тебе, если надо…
– Пошёл вон, - сквозь всхлип прошипела девушка. – Я ненавижу тебя. Ненавижу! Видеть не хочу. Меня выворачивает от одного твоего вида. Уйди!
Её голос сорвался в хриплый крик, и Коля, поднявшись, отступил. Ладно, кажется, что сейчас не время для таких разговоров. Пускай немного придёт
Он сделал шаг в сторону, но потом остановился.
– И это… Маш, ты лучше никому не рассказывай об этом. Какой смысл? Я ведь всё равно женюсь на тебе, а эти сплетни, они ни к чему, - он перевёл дыхание, подбирая слова. – Особенно бате своему. Он у тебя хоть и спокойный, но когда взбесится, просто чокнутый. Ещё убьёт меня. А ты ведь знаешь, кто мой отец, и он убьёт твоего, если тот хоть пальцем меня тронет. И я не преувеличиваю. У него связи…
Больше сказать было нечего, и он просто ушёл, давая ей время немного успокоиться. Но чувство вины продолжало точить изнутри.
– Пойдём, малой, - тихо бросил он Владу, который продолжал сидеть на том же месте, глядя в противоположную сторону.
Пацан поднялся, и они зашагали по тропинке, по которой недавно ушла Вика.
– Кому расскажешь, что тут было – убью, - пригрозил ему Коля, сунув кулак под нос. – Она теперь моя невеста, нечего трепаться о ней.
Котов бросил на него удивлённый взгляд.
– Я немного перегнул, набросившись на неё. Но тут сама виновата, слишком долго хвостом передо мной крутила, вот я и сорвался. Да и херня с Мурзой тоже знатно выморозила. Будем считать, что я немного наказал её. Просто главное – вовремя всё исправить. Женюсь, и всё забудется: и Мурза, и этот первый раз.
В голове подростка очень легко подменить понятия. Главное – вовремя вложить туда свою точку зрения, обозначив её правильной, и вот уже пацан не смотрит на него испуганно и настороженно, а соглашается с ним. И от этого на душе легче, ведь Коля и сам начинает верить, что поступил правильно. Немного грубовато, да. Но потом можно всё исправить. Ведь это же ради любви.
…Наше время…
– Пускай заткнётся, - сдавленно попросил Егор, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.
Николай замолчал.
Романчук сделал шаг в сторону, но потом резко метнулся к нему, схватив за ворот футболки.
– Я же сейчас убью тебя, мразь, - мрачно пообещал он, несколько раз тряхнув урода с такой силой, что его голова мотнулась, как у тряпичной куклы.
– Убью, понимаешь?! Какая на хрен любовь, урод?!
Сейчас он реально был способен на убийство. И плевать на все последствия. Только пускай эта тварь сдохнет, чтобы сам Егор больше не думал о том, что мразь, изнасиловавшая сестру, ходит по этой земле и спокойно живёт дальше. А она лежит в холодной безымянной могиле, загнанная туда его больной прогнившей любовью.
Слава что-то крикнул, но Егор его не услышал. В голове всё бились слова Коли. Это теперь годами будет ему сниться.
****
В эту секунду Николай по-настоящему боялся Егора. В его глазах было что-то такое, что заставляло цепенеть от ужаса. Даже во время драки или угроз пристрелить было не так страшно,
Егор продолжал его трясти, но Николай даже не пытался его остановить, боялся спровоцировать ещё сильнее.
– Отойди от него! – повысил голос Славка, по-прежнему стоящий с ружьём на крыльце.
Даже у него под прицелом было не так страшно, хотя Коля многие годы скрывал от него то, что произошло с Машкой. Но если быть до конца честным, то он никогда не считал, что у Мурзы были серьёзные намерения относительно неё. Ведь он ни разу не заговаривал о ней с тех пор, как она пропала, а ведь они были лучшими друзьями. Поэтому Коля знатно прихренел, когда Славка вышел с ружьём и потребовал всё рассказать. Он-то сначала подумал, что он хочет защитить его от Егора.
– Немедленно отпусти! – снова прикрикнул Слава. – Иначе я выстрелю, Егор. Знаешь же, что мне терять нечего.
Егор перестал его трясти и с ненавистью отшвырнул от себя. Коля кое-как удержался на ногах и облегчённо выдохнул.
– Рассказывай дальше! – приказал Слава, переводя ствол в его сторону.
Николай нервно сглотнул, переведя глаза на два чёрных отверстия, и открыл рот, чтобы рассказать о том, что было дальше, но резкий громкий окрик заставил его замолчать:
– Ни слова не говори больше! Молчи! А вы, суки, оставьте в покое моего брата!
****
Егор обернулся, уставившись на новые действующие лица на арене этого сумасшедшего цирка, и почувствовал, как внутри всё похолодело. Он думал, что страшно ему было, когда Слава с ружьём вышел? Херня. Дичайший ужас, что сейчас выкрутил все внутренности, вот что можно назвать настоящим страхом. Сука, даже при самом благоприятном исходе сегодняшнего дня этот момент будет сниться ему до конца жизни. Ведь только он виноват в этом. Он и его больной эгоизм. В последнее время к мыслям, которые часто крутятся у человека в голове, стало модно использовать термин «моя Римская империя». Так вот его «Римской империей» навсегда станет девушка, которую держал злющий мужик в форме, прижимая её к своему правому боку, прямо в том месте, где была кобура с пистолетом.
Твою мать…
****
За пять минут до…
Аня несколько раз набрала Илью с телефона Егора, но он не ответил. Если честно, ей не хотелось уезжать. Мучиться и сходить с ума от неизвестности дома намного хуже. Но она планировала вызвать сюда Хитрюка и уговорить его остаться для подстраховки. На сердце было неспокойно, ведь она прекрасно понимала, что дело не ограничится простым разговором.
Телефон, который она до сих пор держала в руке, зазвонил. Слава богу – Илья.