Дюна
Шрифт:
— Кто вы, что как воры напали на нас в темноте?
Затененное капюшоном лицо сразу же напряглось, но затем постепенно расслабилось. Это говорило о многом — человек в бурнусе хорошо владел собой.
Поль чуть отодвинулся от матери, чтобы обеспечить себе свободу перемещения и заставить нападающих разделиться.
В ответ на движение Поля человек слегка повернул голову, подставив часть лица лунному свету. Джессика увидела острый нос, сверкнувший глаз — темный, совершенно темный,
— Детеныш вроде похож, — произнес он. — Если вы спасаетесь от Харконненов, то, возможно, вас примут здесь как друзей. Что скажешь, мальчик?
Самые разные версии пронеслись в мозгу Поля: Правда? Ловушка? Решать нужно было немедленно.
— Чего ради вы будете принимать тех, кто спасается от Харконненов?
— А, ребенок, который говорит и думает как мужчина. Ну что ж, мой юный вали, я тот, кто не платит долга воды Харконненам. Потому-то я и могу принимать тех, кого они преследуют.
Он знает, кто мы. По его тону понятно, что он чего-то недоговаривает.
— Я — Стилгар, вольнаиб. Может, теперь ты перестанешь таиться, мальчик?
Да, тот самый голос, подумал Поль. И он вспомнил военный совет и человека, пришедшего за телом убитого Харконненами друга.
— Я знаю тебя, Стилгар. Я был вместе с отцом на совете, когда ты пришел за водой одного из своих. Ты ушел тогда с одним из наших людей, Дунканом Айдахо, — обмен друзьями.
— Ваш Айдахо нас бросил. И вернулся к своему герцогу.
Джессика уловила легкое презрение в голосе Стилгара и приготовилась к нападению.
Из-за. скалы над ними раздался голос:
— Мы попусту тратим здесь время, Стилгар.
— Это сын герцога, — рявкнул в ответ человек в бурнусе. — Это и есть тот самый, кого Лит приказал нам найти.
— Да он же еще молокосос…
— Герцог был настоящим мужчиной, а этот мальчик знает, как пользоваться пружинным билом. Он не побоялся перейти дорогу шай-хулуду.
Джессика поняла, что ей в разговоре не придается никакого значения. Похоже, ей приговор уже вынесен.
— У нас нет времени проводить испытание, — запротестовал голос сверху.
— А вдруг он окажется Лизан аль-Гаибом? — резко возразил Стилгар.
Он ждет исполнения предсказания! догадалась Джессика.
— А женщина? — продолжал настаивать голос.
Джессика снова изготовилась к защите. В невидимом голосе звучала смерть.
— Женщина тоже, — отрезал Стилгар. — И ее вода.
— Тебе известен закон. Тот, кто не умеет жить в пустыне…
— Успокойся. Времена переменились.
— Это что, тоже Лит приказал?
— Ты слышал
Чилага! Теперь Джессика все поняла: на языке ильма и фикха чилага значит летучая мышь, маленькое крылатое млекопитающее. Голос чилаги — так вот как они получили приказ отыскать Поля и ее!
— Я просто напоминаю тебе про твой долг, друг Стилгар, — прозвучал голос сверху.
— Мой долг — заботиться, чтобы наш род был сильным. Это мой единственный долг. И я не нуждаюсь в том, чтобы кто-нибудь мне о нем напоминал. Меня интересует этот мальчик-мужчина. Смотри, какой он мясистый! Он жил там, где много воды. Он жил далеко отсюда, под другим солнцем. У него нет глаз айбада. И тем не менее он ни словами, ни делами не похож на слабосильных людей из долин. Ни он, ни его отец. Как такое возможно?
— Мы не можем стоять и препираться здесь целую ночь. Если патруль…
— Я не хочу повторять тебе еще раз, Джамис, чтобы ты успокоился, — отрезал Стилгар.
Человек наверху замолчал, но Джессика слышала, как он двинулся вперед, перепрыгнул через расщелину и начал осторожно спускаться в долину слева от них.
— Голос чилаги сказал, что нам было бы полезно спасти вас обоих. Я вижу, что этот мальчик-мужчина может нам пригодиться: он молод и в состоянии выучиться. Но что нам в тебе, женщина? — Стилгар в упор посмотрел на Джессику.
Я классифицировала его голос и тип. Теперь я Могла бы управлять им с помощью Голоса, но… он сильный человек — возможно, для нас лучше не притуплять его разум, а предоставить ему полную свободу действий. Ладно, там будет видно…
— Я — мать этого мальчика. Его сила, которой вы так восхищаетесь, в какой-то мере результат моей выучки.
— Сила женщины может быть безгранична, — ответил Стилгар. — Это, несомненно, справедливо для Преподобной Матери. Ты не Преподобная Мать?
Джессика мгновенно обдумывала соблазнительные выгоды своего ответа, но потом честно призналась:
— Нет.
— Ты обучена правилам жизни в пустыне?
— Нет, но многие считают мою выучку весьма ценной.
— У нас свои представления о ценности.
— Каждый человек вправе иметь собственное мнение.
— Хорошо, что ты это понимаешь. Видишь ли, женщина, мы не можем сейчас терять время, чтобы проверить тебя. Нам не хотелось бы подставлять себя под удар из-за твоей тени. Я возьму мальчика-мужчину, твоего сына, и обеспечу ему неприкосновенность и покровительство в своем сиче. Но ты, женщина… не подумай, что я имею что-то против тебя лично — но существует закон, Ист-исла, и он превыше всего. Понятно?
Поль вышел на полшага вперед: