Драйверы
Шрифт:
— Оттуда же, сверху, — сказал полковник. — Откуда же еще у меня может быть информация? Что-то вояки мудрят в Мурманске…
— Не думаете, товарищ полковник, что это, — Симаков взял со стола цветные фотографии изуродованного трупа Радзевича, — как-нибудь с вояками связано?
— Нет, — полковник покачал головой. — Военные т а к не убивают. Да и кассеты сюда, на Литейный, подкидывать не будут. Это, скорее, бандиты и похоже «черные», Коля. Их почерк… Ты ведь в Афгане тоже был — должен помнить.
— Я помню, — сказал Симаков. — Хотя сейчас и наши братья-славяне озверели до
— Я же сказал… — повысил голос шеф.
— Нет, не задерживать ее, а по возможности проследить. Хорошие концы упускаем, товарищ полковник. То, что все это в один узелок связано, — лично у меня нет сомнений. Радзевич, водка, машина эта… В сущности, у нас сейчас кроме задержанных по делу — если и их прокуратура еще не выпустила — и подходов к этому, — он кивнул на пачку снимков, — нет. Только машина с водкой и осталась.
— Ты прав, Николай, но это приказ, — полковник закурил еще одну сигарету. Он курил очень много, поэтому гардины на окнах, ковер, мебель и сам воздух в его кабинете, несмотря на постоянно работающий кодиционер, были пропитаны запахом табака. — Машину, конечно, проследить неплохо, тем более, что теперь, благодаря начальству, мы более-менее знаем, где она… Ладно. Сейчас поднимемся к комиссару и все ему доложим. Вояки — вояками, но у нас свои дела тоже есть. Комиссар мне сказал, что ни в людях ни в технике ограничений тебе не будет. Так что, если он даст добро — мы машинку эту обязательно засечем и проследим. Пошли к начальству.
Комиссар дал добро, и меньше чем через час после разговора майора Симакова с шефом на мурманскую дорогу возле ответвления на город Кандалакшу был выставлен передвижной милицейский пост: «Жигуль»-пятерка с мигалками на крыше, а в нем экипаж — трое милиционеров, вооруженных автоматами.
Милиционеры посменно должны были в течении суток наблюдать за движением в сторону Петербурга. Каждая смена — по двенадцать часов… В задачу «особой передвижной милицейской группы», как они назывались с момента заступления на дежурство, входило отслеживание и сопровождение — аж до Сегежи! — некоего «КамАЗа»-контейнеровоза, госномер такой-то. Предполагалось, что за Сегежей на трассе этот «КамАЗ» будет подхвачен другой группой.
Ребят, что называется, подняли по тревоге — операция! Начальник Управления внутренних дел Кандалакши по просьбе одного из питерских руководителей ГУВД лично проинструктировал экипажи машин! На скорую руку похватали в буфете печенья, колбасы, воды-минералки — и вперед. Что за спешка, и вообще — что за операция, никто из группы не знал — им были даны лишь самые простые инструкции. Впрочем, в милиции так часто бывает…
Глава тридцать четвертая
Мы все ехали и ехали… И ни о чем таком не подозревали. Ехали спокойно и без особых заморочек, если не считать чеченцев с продажным ментом у Олонца, неудачно пытавшихся отнять у бойкого Ахмета три тысячи.
А Аннушка-то, оказывается, уже разлила свое подсолнечное масло…
Господи, да разве могло придти в мою дурную голову, когда
Не успел экипаж милицейской «пятерки» выкурить по сигарете, как мимо и промчался этот самый «КамАЗ» с синим контейнером на плечевой платформе. «Жигуль», взревев форсированным местными умельцами мотором, пустился вслед… Между милиционерами и преследуемой — или сопровождаемой? — машиной шло еще два автомобиля. Какие-то джипы. Водитель милицейской «пятерки» не стал их обгонять, поскольку у группы были четкие указания — «не светиться». Так и шли:
«КамАЗ» — впереди, милицейский «Жигуль» примерно в трехстах метрах — позади. Потерять на таком расстоянии на трассе машину невозможно — дорога не городская улица, а увидеть их у себя за спиной в темноте водитель «КамАЗа» вряд ли сможет, поскольку мигалок они, естественно, не включали.
В большом джипе «рэндж-ровер» ехали четверо. Они по приказу из Питера пасли «КамАЗ» с контейнером, и работа для них не представлялась трудной.
Удачно взяв объект под наблюдение почти у места погрузки, они то уходили немного вперед, то отставали — на трассе, куда он денется? Но когда к их объекту внаглую прицепился какой-то маленький шустрый «сузуки-самурай» с двумя бритоголовыми качками, они несколько заволновались.
На крыше «самурая» торчала пара укавэшных антенн, поэтому один из пассажиров «ровера» на всякий случай сканером прошелся по УКВ-диапазону и почти сразу же на коммерческой частоте наткнулся на переговоры…
— …остановите их в удобном месте. Потом где-нибудь в стороне от дороги их машину оставьте. У таджика «капусту» заберите. Обязательно. Все обыщите… У него должно быть около тридцати «тонн» «зелени». Поняли? Если не найдете — потрясите его как следует, но если «капусты» не будет — ответите…
— Понял, Костя, понял… Если она у них — найдем. А потом что?
— Мне вас учить?
— Понял, понял… Ну, тогда все. До встречи.
Переговоры из специального широкодиапазонного сканерного приемника слышались настолько отчетливо, что, казалось, их могут услышать и в идущем в ста метрах впереди «самурае».
Пассажиры «ровера» тоже включили радиостанцию, по защищенной частоте быстро связались со своим начальством и четко обрисовали сложившуюся на дороге непростую ситуацию. Тут же от начальства поступила команда: немедленно убрать «самурай». Любыми доступными средствами.
В большом джипе «доступных средств» было с избытком…
Водитель «ровера» глянул в зеркало заднего вида — позади, метрах в трехстах или чуть дальше, неярко светили фары какого-то то ли «Москвича», то ли «Жигуля». В общем — не помеха. «Ровер» прибавил скорость и приблизился к маленькому «самураю» почти на тридцать метров. Затем одним нажатием кнопки на приборном щитке водитель открыл в крыше машины люк…