Чтение онлайн

С заклятьями было трудней Я не знал местного языка, а ведь далеко не все здесь владели земными. Пришлось попотеть, заучивая труднопроизносимую абракадабру, означающую нечто вроде: "Ты будешь подчиняться моим приказам Все, что я скажу, – для тебя закон. Ты не будешь совершать никаких действий мне во вред". И т.д. и т.п. Формулировка включала и заклятье на верность в словах. Страуклоо считал, что мне это вполне по силам, если уж я не поддался Суанмуу.

Подготовив свое необычное оружие, мы приступили к первой операции. Замок был несолидный, но на большее рассчитывать не приходилось. Перехватив какого-то парня из местных люсу, мы привязали его к дереву.

Страуклоо держал кинжал у горла пленника, таким образом заставляя его смотреть мне в глаза. Я произнес свою формулу, стараясь словно выцарапать взглядом суть заклятья где-то там, в глубине сознания жертвы. Морально-этические возражения? Были, при том довольно сильные. Я знал, что поступаю, мягко говоря, негуманно. По в глубине души ухитрился придумать себе оправдание: когда все кончится – всех расколдую.

Дальше пошло проще. Заклятье подействовало, и наш подопечный привел в ловушку еще двоих. Дальше – больше. Скоро и часовые стали наши. Потом появилось оружие…

К хозяину замка мы вошли в окружении доблестной гвардии, состоящей из его собственных воинов. Во избежание неприятностей я заклял и этого невезучего феодала Язык оказался самым сильным оружием И поработал я им на славу. Армия, состоящая к началу операции из двух бродяг, увеличилась до полусотни человек, обладающих базой, запасами оружия и продовольствия Кинематографическая легкость происходящего ошеломила меня. Я уже планировал операцию по захвату передатчика, но Страуклоо охладил мой пыл.

– Далеко не самый лучший способ самоубийства, – ответил он на мои предложения, – оставь стратегию и большую часть тактики мне. Я знаю эту планету, я знаю, как на ней воевать.

С этим трудно было поспорить Собрав всю команду в зале, я объявил что все приказы Страуклоо – это мои приказы. Фразу на местном языке опять пришлось зазубривать.

Потом, прихватив с собой радиста, мы со Страуклоо отправились на радиостанцию. Мой генерал связался с Суанмуу и сообщил, что с тремя десятками людей сбежал после разгрома своего замка, а сейчас внезапным ударом захватил усадьбу… (не понял имени) вместе со всем добром.

– Молодец, – похвалил Суанмуу, – пленные есть? Ты же знаешь, мне нужны пленные.

– Нет. В моем положении пленные – роскошь. Покойников много. Нужны?

Суанмуу посмеялся. Затем они обменялись заверениями в верности и дружбе и прервали связь. Разговор шел на английском.

– Послушай, Страуклоо, – обратился я, – мне непонятно, почему вы говорите между собой на языке другой планеты?

И много ли версеннцев говорит на земных языках?

– Земля очень важна для нас. Она – единственный поставщик оружия, один из немногих поставщиков техники. Земля слишком сильна и опасна для нас, поэтому она – единственная из диких планет, где мы действуем тайно. Для этого требуется знание ваших языков, а они невероятно сложны, требуют постоянных упражнений. Кроме того, знание земного языка – свидетельство принадлежности к аристократии. Пятая или шестая часть люсу…

– Постой, – перебил я, – а как же Киитумел? Я так и не смог с ним договориться.

– Языки не совпали. У него много деловых операций в Азии. Он владеет китайским, японским и еще парой каких-то языков. Суанмуу владеет тремя, – Страуклоо тяжело вздохнул, – оба они очень хитрые бестии.

– Ничего, перехитрим, – успокоил я его, – у нас просто нет другого выхода.

Я знал, что это не совсем так. Страуклоо, неожиданно убрав меня, вполне мог остановиться на достигнутом. Выхода не было только у меня.

Подготовка к следующей операции заняла половину дня. Вечером мы вылетели и летели ночь, утро и еще одну ночь. Притом летели не по прямой.

Я пытался выяснить, куда мы держим путь, но Страуклоо от каждого вопроса только крепче сжимал губы.

– Если ты мне не доверяешь, – не связывайся, – наконец отрезал он. – Раз я так делаю, значит, надо.

От вынужденного безделья я занялся любимым делом: начал задавать самому себе вопросы. Население планеты составляло около 300 миллионов человек. Негусто при площади суши в четыре раза меньше, чем у Земли. Но возникают кое-какие сложности. Каков же импорт у этой огромной страны (считая по-земному), полностью лишенной промышленности? Сколько миллионов версеннцев обитают на Земле, производя закупки? Как они ухитряются, не вызывая подозрений (даже у обычных статистиков), размещать на земных рынках миллионы тонн пшеницы, арахиса, кофе, мяса? А вольфрам, никель, молибден, литий, медь, уран? Есть, конечно, другие дикие планеты… Но что представляют из себя перевалочные пункты: передатчики материи? Их всего восемь, значит, рядом с ними должно быть нечто, превосходящее крупнейшие земные порты: Амстердам, Одессу, Гонконг. Я с возрастающим уважением подумал о Суанмуу и прочих лордах. Да они же крупные организаторы! И каковы масштабы!

К концу второй ночи мы подлетели к замку и я понял, что дневного сна на этот раз не будет. А может быть, и ночного не будет. Уж больно устрашающе выглядел замок.

– Почему ты выбрал такое время? – спросил я Страуклоо, – Люди измотаны, хотят спать.

– Зеркало – единственная причина, – ответил мой генерал, – по той же причине я молчал. В этом замке – Зеркало, без которого нам не на что рассчитывать. Оно не слышит лишь то что не произносилось. Мы злесь в такую рань потому, что первым делим поутру хозяин советуется с ним. И тогда мы влипнем. Первый вопрос, повторяемый еще десяток раз в течение дня: "Что мне сейчас угрожает?"

– Не надежней ли сажать на ночь дежурного?

– Нет, – усмехнулся Страуклоо, – дежурный выяснит, как самому стать господином. А убивать после каждой ночи по дежурному – не напасешься.

Слово "замок" – свидетельство мышления. Здесь оно не годилось. Крепость, форт – может быть. Подходящее жилище для рода средней руки, наживающегося на знании и продаже чужих секретов. Мощные бетонные стены, мощная артиллерия всех калибров, в том числе и зенитная.

Над всем этим на высоте около сотни метров, треугольником, чтобы сектор обзора не превышал 120°, висели три летательных аппарата. Нам очень повезло, что у наблюдателей не было приборов ночного видения, и темнота позволила подобраться на минимальное расстояние. Со стороны местного лорда это было непростительной ошибкой.

Я – "могучий колдун". Особенно ясно это стало, когда я оглушил одновременно трех пилотов. Почти сразу же стартовали три наши машины. В каждой сидело по два человека. Через пару минут мы располагали тремя пленными и тремя своими людьми, висящими над замком в нагруженных гранатами флаерах (так называл эти аппаратики Страуклоо). Еще десять минут, и трижды произнесенное заклятье превратило пленных в верных союзников. Они должны были стать нашими проводниками. Удивительно, но никто из них не знал, где находится Зеркало

На следующем этапе операции мы захватили спящих артиллеристов ночной смены. Я заклял еще человек пять. Приходилось торопиться. В замке жило около пяти тысяч человек, из них больше половины – воины. Один выстрел, один крик – и мы пропали. Страуклоо послал два отряда к складам с оружием, они должны были снять часовых и занять эти склады. Вели отряды местные "новобранцы". Конечно, лучше всего снимать часовых мог я, но моя задача была более важной. Я "вербовал" себе сторонников среди караульной службы. Язык начал уставать.