Чтение онлайн

Суанмуу издал какие-то свистяще-щелкающие звуки, и раумосцы начали действовать. Они убрали рацию и потащили меня к центру Арсенала.

Я попробовал вырваться. Бесполезно. Я попробовал оглушить этих кенгуроидов – с тем же успехом. Я пробовал нанести кинжальные удары по выступам и впадинам на черепе, по бурлящей и пузырящейся жидкости. Ничего. Я отчаянно ломал голову, но в нее ничего не приходило. Мной овладел ужас. Несколько недель я шагал от победы к победе, и вдруг нелепая гибель в лапах этих… Я не хотел умирать.

В середине Арсенала каменного пола не было. Покрытая травой

почва полого поднималась к центру. А из вершины холма вырастала матовая светящаяся колонна. Она поднималась до потолка здания, и ее светящиеся отростки, как спицы, расходились во все стороны, выполняя роль то ли несущих конструкций, то ли ламп. У подножья колонны стоял врытый в землю крест.

А если бы весь пол оказался каменным, подумал я, что тогда? Но было совсем не до шуток…

Говорят, что страх увеличивает силы в несколько раз. Я был напуган до предела, и даже раумосцы почувствовали мои усилия. Я трепыхался в их лапах, но кроме трепыхания ничего не выходило.

От страха, от отчаяния, от предчувствия скорой смерти – не знаю от чего, но я закричал. Это был крик, это был вопль, это был вой. Кричал не разум, кричало тело, не желающее умирать. Наверное, я весь превратился в крик. Бесполезный крик, никто не мог услышать его и спасти меня.

Краешком сознания в момент, когда меня уже подтаскивали к кресту, а третий монстр нашаривал в своей сумке гвозди, я обнаружил, что хотя и перевожу дыхание, мой крик висит в воздухе. Колдовские способности столь оригинальным способом проявляли себя в последний раз; я мог управлять звуками не открывая рта. Жаль, что мне никогда не узнать, на что же еще я способен.

Словно забавляясь последний раз в жизни, я мысленно усилил звук. Мой крик разнесся по всему Арсеналу. Я довел громкость чуть ли не до болевого предела. А мои палачи прижали меня к кресту и приготовились забивать гвозди. На вопли им было наплевать.

"Поддаются дрессировки с помощью ультразвука", – вспомнил я слова Суанмуу. А что если…

Я стал повышать частоту звука. Вой превратился в свист, свист растаял в воздухе. Уши заложило, но я "на ощупь" продолжал повышать частоту. Хватка кенгуроидов ослабла, они словно переглянулись (а где у них глаза?) Потом выпустили, буквально выронили меня и принялись тереть лапами головы. Я, скорее всего, употребил бы выражение "принялись чесаться".

Я был жив. Но моя жизнь зависела от чрезвычайно нематериальной вещи. От писка, который мне самому даже не был слышен.

На какое-то время кенгуроиды опять получили возможность контролировать свои действия и кинулись ко мне. Либо ультразвук замолк, либо я сбился с нужной частоты. С большим трудом, когда их мерзкие лапы коснулись меня, я сумел восстановить статус-кво.

Фокус со звуком, существовавшим сам по себе, легко объясним, Если я перемещаю предметы специальным полем, то почему я не могу создать благодаря тому же полю и колебания воздуха? Суанмуу явно не смог додуматься до этого. А я, дикарь, вопящий от страха, нечаянно обнаружил, что и от крика может быть польза.

Медленно пятясь, я приближался к боевым машинам. Мой мозг поддерживал в воздухе

беззвучный парализующий вопль. Только бы не сорваться!

Подойдя к шару я сунул палец в отверстие. Тут же промелькнула мысль: а что, если бы кенгуру засунул в дырочку свой палец и машина пустила бы его? Бедный Версенн. Эти твари показали бы, чего стоит дрессировка с помощью ультразвука.

Оболочка разошлась. Я прекратил щекотать своих незадачливых убийц и влез в шар, а через минуту уже наблюдал, как кенгуроиды бродят вокруг, пытаясь отыскать мой след.

Мои лазеры горели жаждой мщения, но использовать их здесь было нельзя. Ничего, я могу уничтожить врагов другим способом. Огромный шар поднялся в воздух и завис над кенгуроидами. Заработал вибрационный деструктор. Три холмика протоплазмы, оседая, начали растекаться на каменном полу.

Я облетел Арсенал в поисках каких-либо других врагов, но никого не было. В стене Арсенала зияла дыра… Вот, значит, как попали сюда эти мерзкие твари. Стены Арсенала были сделаны из тонких металлических листов. Любой подлетавший близко предмет, как меня предупредили, уничтожался установленными на крыше лазерами. Подойти же и взорвать бомбу было совсем несложно.

Я мог улететь, но не мешало бы посмотреть еще кое-что. Сияющий белый столб в центре.

Опустившись, я вылез из боевой машины и пошел к нему. Ровная, слегка шершавая на ощупь поверхность. Теплая, упруго-мягкая, словно живая. Я обошел вокруг столба, осмотрел землю, из которой он рос. И понял, что я опять не один.

Это был человек той же расы, что и жители Версенна. Высокий мужчина, фигура атлетическая. За его одежду любой постановщик земных фантастических фильмов, наверняка, заплатил бы целое состояние. Мы стояли, изучая друг друга.

– Дикарь! Вот почему датчики трижды сработали, – сказал незнакомец. Говорил он мысленно, слова сами появились в моем мозгу.

– Что тебе здесь надо? – В мысленном голосе незнакомца звучали нотки абсолютной власти.

Я начал было говорить, но напрасно.

– Не понимаю. Говори как я. Можешь? – прозвучал в моем мозгу приказ-вопрос.

Я попытался, но судя по всему, безуспешно. Может, я и способен к телепатическому общению, но нужна же какая-нибудь тренировка!

– Не надо. И так все ясно. Они догадались запустить сюда дикаря. – Строгий взгляд пробежал по Арсеналу, отметив дыру в стене и лужу протоплазмы на полу.

– Я отправлю тебя домой, – сказал незнакомец, – будешь рассказывать своим соплеменникам – не поверят.

Арсенал, подумал я, сюда прибывают с планеты-метрополии. Здесь же должен быть передатчик материи!

– А чтобы ты не помнил механизм…

Действительно, больше я ничего не помнил. Бедная моя голова! Опять по ней.

На работе уже начал забываться скандал из-за неожиданного длительного прогула. Соседи по квартире, к счастью, не забеспокоились, и мне не пришлось объяснять свое отсутствие еще и перед милицией. Родители, живущие в другом городе, пожурили за редкие письма. Вот вроде и все последствия. Сам я постепенно начал уже забывать отдельные детали своих приключений.