Цветочные часы
Шрифт:
– Ферни? – живо заинтересовалась Натали. – Вы говорите о горном курорте в Канаде? – И, заметив утвердительный кивок, добавила: – Ну да, естественно. Вы же канадец.
– Да, о нем. Захотелось прокатиться по необжитым местам. – Его голос звучал нарочито небрежно, как будто Поль хотел показать, что не придает этому никакого значения и не рисуется перед дамой. Впрочем, он мог подумать и о том, что женщина может ничего не знать о таких заповедных, священных для горнолыжника местах, не предназначенных для слабых, привыкших к комфорту людей.
– Так вы, Поль, горнолыжник? И катались с гор в Ферни? Я немало слышала о сложности местных трасс. –
Конечно, его можно понять, подумала Натали. Мужчины весьма тщеславны. Всегда приятно выглядеть героем в глазах красивой женщины, особенно той, которая, похоже, ему очень нравится. Да еще разбирается в такой мужской теме. Хотя, с другой стороны, он же должен учитывать, что говорит со швейцаркой. И обязан предполагать, что здесь растут особые люди, которых родители ставят на лыжи сразу же, как только они освобождаются от пеленок. Тут же она услышала его вопрос.
– А вы тоже увлекаетесь горными лыжами, Натали?
– Естественно. Странный для швейцарца, но типичный для иностранца вопрос, – пожала плечами Натали, – Это все равно, что спросить у человека, умеет ли он ходить.
– И со скольких лет вы научились ходить? Я имею в виду, не на ногах, а на лыжах?
– Сколько себя помню, всегда умела это делать. Родители говорят, что первый раз поставили меня на лыжи, когда мне было четыре года. Но вообще то, конечно, горными лыжами серьезно начала заниматься гораздо позднее, когда по-настоящему освоила и полюбила этот вид спорта. Занималась попутно альпинизмом, бобслеем, коньками, бегом на лыжах по равнине. Но меня это не увлекло.
– А где уже успели побывать? Я имею в виду горные трассы.
– В Швейцарии или за границей?
– Вообще, в целом. А что, за границей тоже бывали? Я то думал, что швейцарцам своих гор хватает, – слегка поддел ее Поль. Было заметно, как он постепенно восстанавливает самообладание, по мере того, как предательская краска смущения сползала с его лица. Он все больше обретал самоуверенность, видимо, подогреваемую заметным интересом дамы. Он продолжил излагать свое кредо: – Если бы я постоянно жил в вашей стране, то стал бы ультра-патриотом своих гор. Зачем еще куда-то ездить. От добра добра не ищут. Насколько я знаю, здесь достаточно заснеженных вершин. Несколько десятков. На всю жизнь хватит.
– Ну вы же знаете, что человека всегда притягивает новизна ощущений. У меня была мечта побывать на всех основных вершинах Альп. Не только в Швейцарии, но и в Италии, Франции, Австрии.
– Была? А теперь уже больше нет? Или уже осуществилась?
– Мне нравится ваш юмор и вера в мои силы, Поль. Боюсь, я еще слишком молода, чтобы успеть все это сделать, – засмеялась Натали. – Пока только в Италии успела побывать, да и то давно. Была там вместе с братом, когда еще училась в школе. Там более простые доломитовые горы, хотя, при желании, можно найти и достаточно сложные трассы. Но меня в последнее время привлекают нераскатанные, дикие места. В Швейцарии горы слишком ухоженные. Хотела зимой поехать во Францию, но не получилось. Думаю, что смогу сделать это в конце года. А может, и в Австрию подамся. Там будет видно.
– А когда обычно швейцарцы в горы отправляются?
– Обычно сезон катания с гор длится с ноября по март. Хотя, конечно, многое зависит от высоты горы и погодных условий. Если высота больше трех тысяч метров, то практически весь год можно кататься.
– Похоже, что мне просто повезло. Встретился не только с красивой девушкой, но и с опытной горнолыжницей. Я и сам давно уже хотел попасть в Альпы. И вот наконец сбылось. Главная проблема для меня в том, что я здесь новичок. Не знаю местных условий. Так что мне нужен опытный советник и гид.
После этого намека Поль немного помолчал, выжидательно вглядываясь в глаза собеседницы, явно пытаясь уловить ее реакцию после «пробного шара».
Натали не знала, как поступить в этой ситуации. Разговор развивался очень быстро, но давать серьезные обещания человеку, с которым практически только познакомилась, было бы неразумно. Конечно, если не ориентироваться на интуицию. А интуиция подсказывала, что ему можно доверять. Она чувствовала какую-то мощную притягательную силу, исходящую от него, и боялась… Боялась стать жертвой самообмана. Нет, рисковать не стоит, решила она. Да и лыжный сезон еще рано начинать. Времени для раздумий будет более чем достаточно. Вначале надо присмотреться к человеку. Так что пойдем не спеша, традиционным путем. Для начала сделаем вид, что не поняли намека.
– Ну это несложно. Опытного гида у нас нетрудно найти. Всегда можно нанять хорошего проводника прямо на месте. Для многих горцев это стало основной профессией. Конечно, это недешево, но себя оправдывает.
– Я имею в виду не только в горах, но и здесь, в Женеве. Я здесь уже несколько месяцев, но до сих пор был крайне перегружен работой. А сейчас наметился небольшой перерыв, и я хотел бы наверстать упущенное. Мне было бы приятно, если бы вы смогли… – Поль немного замялся, подбирая слова, и тогда она сама пришла ему на помощь.
На такой более «мягкий» вариант развития знакомства вполне можно было согласиться. Особенно если самой этого очень хочется. Почему-то вдруг вспомнилось ее первое серьезное «романтическое свидание», еще в школьные годы, как раз на том месте, которое она решила предложить. Только тогда его высказал ее юный кавалер.
– Знаете, у нас, в Женеве, принято встречаться у цветочных часов. Вы слышали о них? Одно из самых уникальных достопримечательностей города. Других таких нет. Так что место встречи не перепутаете.
– Да, конечно. Не только слышал, но и видел, но только из окна машины. Проезжал мимо них пару раз. А вот рассмотреть их поближе, постояв рядом, как-то не получалось.
– Ну что ж. Тогда у вас будет прекрасная возможность сделать это вместе со мной. Так и быть. Думаю, что смогу выделить вам несколько часов в эту субботу. Ну, скажем, в два часа пополудни. Вас это устроит?
– Вполне. Меня все устраивает, Натали, когда вы рядом.
В этот момент рядом с ними раздалось осторожное покашливание. Оба собеседника оглянулись и только сейчас, с некоторой растерянностью, заметили, что остались практически одни в этом зале, если не считать официантов, которые торопливо убирали остатки празднества. Один из них как раз и стоял возле их столика, терпеливо ожидая, когда на него обратят внимание. Заметив, что его тактика сработала, молодой человек в черных брюках, белой рубашке с галстуком-бабочкой и золотой серьгой в левом ухе с достоинством, слегка нараспев произнес: