Чтение онлайн

– Йилмаз, дружище, ты что? Банк грабанул?

– Нет. Это не мои деньги, это Ержана деньги.

– Да? А у тебя они откуда? – Витя приподнял сумку и присвистнул. – Килограмм двадцать, не меньше!

В историю Йилмаза невозможно было поверить. Всё было так просто и нагло, что Витя откровенно восхитился авантюризмом покойного владельца агентства по продаже недвижимости. Ержан вывозил наличную валюту из страны чемоданами и прямиком через главный аэропорт страны. Пограничный и таможенный контроль он

посылал в одно известное всем место, не желая делиться деньгами своих клиентов с жадными до изумления госслужащими.

– Я два раза деньги перевозил. Ваши пограничники нас не досматривают. Ваши экипажи досматривают, а нас – нет.

– А в Анталье как? Хоть какой-то досмотр должен же быть?

– А там в аэропорту мой брат работает. Не проблема.

За каждую перевозку Йилмаз получал по пять тысяч евро. Заработок был хороший и почти без риска, что лётчика устраивало абсолютно. Витька выслушал оправдательное блеянье турка и расхохотался.

– Слушай, Йилмаз, я понимаю – это деньги. Обалденно большие деньги – три полновесных лимона евро, но скажи мне дружище, а на хрена они тебе ЗДЕСЬ? А?!

Народ на палубе откровенно веселился, со всех сторон сыпались предложения о том, как эти деньги можно использовать. От, понятное дело, туалетной темы, до, естественно, растопки для костров.

– Да пошёл ты!

Эту фразу на русском турок освоил очень хорошо. Впрочем, произнёс он её с улыбкой в тридцать два зуба, и облегчённо вытирая со лба пот, чем вызвал новый взрыв хохота. Народ смеялся от души, сбрасывая нервное напряжение последних часов. Улыбался ничего не понимающий Кхап, улыбался Лак, светились улыбками лица гребцов.

– Я так думаю, что за самолёт с меня спросят. И, может быть, мне уже не летать. А деньги мне бы пригодились. Нам всем пригодились бы.

– Что?!

Витьке показалось, что он ослышался.

– Что? Кто спросит?

Смех, как по команде стих.

– Следователи. Когда мы домой попадём.

Турецкий пилот посмотрел прямо в Витькину душу, отчего у Егорова вдруг пересохло во рту, и задрожали поджилки.

– А ты знаешь… как…

– Нет, но раз мы смогли попасть сюда, то, почему бы нам отсюда не выбраться?

Витя закашлялся. Дискуссии о том, где они находятся, на острове шли постоянно, но кроме драк, слёз и ругани ничего путного они не приносили. И вот перед ним сидит человек, который строит планы на будущее. На будущее там – ДОМА.

– Виктор. Если ты не веришь, что мы сможем найти путь назад, то почему ты носишь свой паспорт и бумажник с собой? Зачем тебе водительские права и кредитные карты?

'Странные они, эти чужаки. То громогласно хохочут, что для воспитанных людей непозволительно, то плачут, то молчат…'

Лак слушал тишину. Все восемь чужих сидели на палубе, словно простые матросы и

молчали. Женщины чужаков тихо и безутешно плакали, а мужчины хрустели пальцами и грызли ногти на руках.

'Фу!'

Наконец самый большой чужак, Вит, повернул к нему свою страшную светлую голову.

– Лак, ты что-нибудь знаешь о другом мире?

– Да, фаанг. Знаю.

'Как он меня назвал? Фа-анг? Или…'

– Фаанг? – Витька ткнул в себя пальцем.

– Фа-анг.

Лак говорил певуче, легко, почти что нежно, но Витькино ухо чётко уловило между двумя 'а' еле заметное 'р'.

Егоров вспотел.

'Фаранг? Это же… это же…'

Этой зимой, отдыхая с Ирочкой в Таиланде, он убил целый день катаясь с агентом по недвижимости по Паттайе и осматривая квартиры на продажу. Агентство, находившееся прямо напротив его гостиницы называлось 'Фаранг'. Так, как объяснил ему гид, тайцы называли всех чужаков-иностранцев.

– Я – фаранг?

– Да.

Простые слова на английском у Лака получались очень хорошо.

– Ты – фаранг. Чужой. Не человек. Не как мы. Другой ты.

Чувствуя, что он ухватился за ниточку, которая поможет ему распутать эту загадку, Витька облизал солёные губы и поднапряг память.

– Савади-крап, Лак. Я – человек. Такой же, как и ты. Рассказывай.

Смотреть на отвисшие челюсти капитана и его первого помощника было одно удовольствие.

– Знаешь, милый, а я ведь землю под строительство купила перед самым отлётом. Думала дом построить. Родителей перевезти. И Антону так было бы лучше. Может, Йилмаз прав и дорогу домой можно найти?

– Хм. Да. Свежий воздух… А у меня трёхкомнатная. В центре. Я – городской житель. Мне на природе плохо. – Витька помолчал. – Насчёт дороги домой – не уверен. Одни слухи, домыслы и старинные преданья.

Катя печально вздохнула и прильнула всем телом. Сидеть ночью на палубе, свесив ноги за борт, смотреть на звёзды и обнимать любимую женщину, было, всё-таки, чертовски здорово. Витя на мгновение задумался.

'А если бы?'

Если бы они не 'залетели' хрен знает куда, что бы тогда с ним сейчас происходило? Офис? 'Чайки' в дорогих ресторанах? Пиво ночи напролёт, а по утрам – головная боль и тошнотворное нежелание идти на работу?

'Брррр!'

– Что, милый?

Катя почувствовала, как он мысленно вздрогнул. Витя развернул плечи, приосанился и помотал головой.

– Всё хорошо. Всё у нас будет хо-ро-шо. Смотри, Синяя всходит…

Большая луна этого мира выскочила из-за тёмных гор, лежащих на горизонте, как всегда стремительно, залив всё вокруг нереальным голубоватым светом. Привыкнуть к нему было сложно – люди при таком освещении казались ожившими мертвецами.

Катя немного нервно хихикнула, зябко поведя плечиком.