Чтение онлайн

Наконец он взял себя в руки и провёл руками по лицу, размазывая слёзы по грязным щекам. Он посмотрел на меня из-под копны сальных светлых волос, настороженно и робко.

— Меня зовут Ник, — сказал он.

Я покачала головой, зажала его губы и попыталась ободряюще улыбнуться. Он кивнул, улыбаясь в ответ, хотя я держала его рот закрытым. Это была самая милая, самая обнадёживающая маленькая улыбка, и я была полна решимости заслужить её. Я приблизила своё лицо к его грязному уху.

— Ты можешь идти? Нам нужно вытащить тебя отсюда.

Он кивнул, и я подняла

его на ноги, держа за руку, пока он не успокоился. Я указала на коридор, который вёл в подвал. Вместе мы медленно прошли мимо лестницы, через несколько лучей света, пробивающихся сквозь щели в досках, открывая взору клубящуюся пыль в прихожей.

Пол над нашими головами заскрипел. Ник задрожал, прижавшись ко мне. Я взяла его за руку, крепко сжала и потащила в коридор. Мы на цыпочках прошли мимо кухни. Мимо гостиной. Сверху донёсся грохот, за которым последовала серия ворчаний. Кто-то проснулся. Последовала ещё одна волна рычаний и кашля.

— А что они там делают? — прошептал Ник мне на ухо.

Я была почти уверена, что Мазикины разговаривают друг с другом, но я боялась, что это его напугает, поэтому пожала плечами и потащила его к двери подвала. Потолок начал стонать и скрипеть. Кто-то двигался. Быстро. Они нас услышали.

Мы как раз достигли шатких ступенек подвала, когда Ник вскрикнул:

— О, Боже!

Его паника почти заглушила звук тяжёлых шагов поблизости. Грубое ругательство из гостиной подсказало мне, что у нас осталось всего несколько секунд до того, как нас поймают. Прежде чем я успела поставить его перед собой, чтобы защитить, Ник сильно толкнул меня, пытаясь проскочить мимо. Я рухнула вниз по ступенькам, потеряв равновесие и контроль, разбив локоть и колено. Я головой ударилась о перила и приземлилась животом на холодный цементный пол. Ник был прямо за моей спиной, поэтому я оттолкнулась и бросилась к двери в подвал.

Она распахнулась настежь. На свету вырисовывался силуэт какой-то фигуры, и я сразу узнала её.

— Малачи, — выдохнула я.

Следующие несколько секунд раскололись на отдельные звуки и образы, мгновение разрывалось по швам. Малачи прищурил свои темные глаза. От грохота, раздавшегося с верхней ступеньки лестницы, у меня ёкнуло сердце. Кончики пальцев Ника коснулись моей спины, когда мы побежали к моему лейтенанту.

Ножи Малачи сверкнули, когда он вытащил их из-под рубашки. Его лицо было свирепым, он вскинул руки и отправил клинки в полёт. Ножи пронеслись мимо меня, подняв несколько прядей моих волос и сверкнув в нескольких дюймах от моих висков.

Они попали в цель с твёрдым стуком металла, проникающего сквозь плоть.

Я резко обернулась и увидела, как Ник падает назад, а клинки Малачи по самую рукоять вошли ему в грудь. Ник встретился со мной взглядом — умоляющий, вопрошающий. Его пальцы широко раскрылись, потянувшись ко мне, когда он опустился на пол. Его рот открылся, но он не издал ни звука. 

К тому времени, как Ник рухнул на пол, по его остекленевшим глазам смело

можно было сказать, что его душа уже направлялась к следующей остановке... где бы она ни была. Я смотрела в его глаза, желая, чтобы он вернулся, чтобы всё было хорошо. Я обещала ему, что с ним всё будет в порядке. Не думая об опасности, я склонилась к нему, неверие сделало меня глупой и медлительной.

Малачи бросился вперёд и выдернул ножи из тела Ника как раз вовремя, чтобы похоронить их в животе приближающегося Мазикина — парня, за которым я следила до этого дома. Со стоном Мазикин упал на землю и свернулся калачиком. Малачи вложил окровавленное оружие в ножны, схватил меня за руку и оттащил от Ника.

— Иди. Генри стоит у входа с машиной.

Мои глаза всё ещё были прикованы к Нику.

— Но он же был...

— Иди! — закричал Малачи мне в лицо, развернул меня и подтолкнул к двери.

Глаза щипало, сердце изнывало от боли, и я, спотыкаясь, вышла из дома.

— Мы должны...

— Мы должны уходить отсюда, — сказал Малачи, таща меня к проезжей части.

Я заставила себя не оглядываться, когда мы забрались на заднее сиденье серого седана. Генри тут же рванул с места, умело ведя машину по лабиринту захудалых кварталов.

— Это было гнездо, — сказала я между вдохами.

— И ты пошла туда, не подождав меня. Нас, — жёстко сказал Малачи. — Ты не следовала своему собственному протоколу.

— Мазикины наверняка узнают, что там кто-то побывал, — сказал Генри. – Вероятно, они покинут его.

— Мы можем вернуться вечером и сжечь гнездо, — ответил Малачи, осматривая меня. — Дневное нападение сейчас неразумно, учитывая, что один наш Страж отсутствует, а капитан ранен.

Раны от падения с лестницы пронзили осколками боли руку и ногу. В голове застучало. Я обхватила голову ладонями, жалея, что не могу стереть из памяти лицо Ника.

— Мы должны быть более осторожны, — пробормотала я, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Мы? — рявкнул Малачи.

Он притянул меня к себе, явно не заботясь о том, заметил ли Генри, что мы наши отношения заходили немного дальше, чем как у капитана и лейтенанта. Он приподнял мой подбородок и заставил посмотреть на него.

— Насколько сильно ранена?

— Я упала с лестницы. Со мной всё будет в порядке.

Честно говоря, я не была уверена, но сейчас это не имело значения.

— Тебе не стоило идти туда одной, — его слова с трудом пробивались сквозь стиснутые зубы. — Это было безрассудно с твоей стороны.

Крошечный шёпот гнева свернулся у меня в животе, но я старалась говорить спокойно:

— Я тебе написала, а потом позвонила.

Он помрачнел.

— Я не слышал звонка. В приюте было слишком шумно. Тиган почувствовала, как её телефон завибрировал в кармане, и она предупредила меня. Это была моя ошибка. Но это не оправдывает тебя.

Я сглотнула, но избавиться от комка в горле не смогла.

— Там был ребёнок, Малачи. Они причиняли ему боль.

Малачи покачал головой.

— Они не обижают своих новобранцев. Только если не...