Чтение онлайн

— Прости меня, — сказал он, — что напугал.

— Ты не ...

— Не лги мне, Лила. Я слышал тебя. Я чувствовал тебя. И... — он закрыл глаза и провёл рукой по своим коротким волосам. — Я и сам испугался. Иногда то, что я чувствую к тебе, так... велико. Я не привык к этому. За последние семьдесят лет я очень хорошо научился вообще ничего не чувствовать.

— Я не верю в это, — прохрипела я. — Ты любил Такеши. И Анну.

Он кивнул.

— Но это другое. Ты другая. И я не знаю, как справиться с этим. Я очень пытаюсь, но иногда...

— Прости,

что я такая сложная.

Он хрипло рассмеялся.

— Мне очень жаль, что я такой никудышный. Большая часть меня хочет защитить тебя. От всего. Надеюсь, ты это знаешь.

Я всмотрелась в резкие черты его лица, и моё сердце забилось втрое быстрее.

— А чего хочет остальная часть тебя?

Он поднял голову, и его глаза казались почти чёрными. Напрягая каждый мускул, он изучал меня.

— Остальная часть меня...

Мой телефон зажужжал, и Малачи резко закрыл рот. Он поднялся на ноги, а я вытащила телефон из кармана. Тиган, ну конечно. Она написала сообщение с вопросом, не принесём ли мы ей кофе.

Я оторвала взгляд от экрана и увидела Малачи, шагающего к лестнице.

— Эй, подожди!

Он даже не остановился. Вместо этого он кинул через плечо:

— Мне нужно принять душ, чтобы мы могли ехать. Позже мы можем поговорить?

— Хорошо, — прошептала я, силой тысячи огненных светил ненавидя Тиган и её кофеиновую зависимость, пока наблюдала, как Малачи взбегает вверх по лестнице. 

Столовая находилась чуть севернее той заправки, где мы гнались за Мазикиншей. Вдоль улиц тянулись дуплексы — огромные, обветшалые дома с большими верандами и балконами, все из просевшей древесины и облупившейся краски. Сгнившие листья сбились в кучки у тощих стволов деревьев. Шаткие сетчатые заборы окружали крошечные, загромождённые дворы, полные детских игрушек, яркие цвета которых выцвели до пастельных оттенков после долгой зимы, снега и таяния.

Сидя на пассажирском сидении, Тиган уже в сотый раз вздохнула с тех пор, как мы подобрали её. Я посмотрела на неё, усиленно убеждая себя не комментировать её наряд из рваных джинсов и старой фланелевой рубашки. Весь его вид кричал, что она слишком старается. От шеи и выше она выглядела дорогой, как всегда: безупречный макияж, идеальная подводка глаз, крошечные бриллиантовые гвоздики в ушах.

— Ты собираешься рассказать мне, что случилось? — спросила я.

— Аден не придёт. Сегодня утром он написал мне, что задержался допоздна и собирается лечь спать. Всё нормально. Я думаю, что с ним покончено.

Я была рада услышать, что Йен благополучно доставил его домой, но понимала, что, вероятно, совсем не это хотела услышать Тиган.

— Полный отстой. С тобой всё в порядке?

Она пожала плечами, бросив взгляд на Малачи, который молча сидел на заднем сиденье и глядел в окно, выискивая угрозы.

— Я встречалась с ним ещё до того, как... всё это случилось. Всё нормально. Мы можем поговорить об этом позже.

— Хм. Конечно, — сказала я, почувствовав укол вины

от мысли, что предпочла бы потратить время на выяснение отношений со своим парнем вместо разговора с Тиган об её отношениях. Мы остановились у входа в приют. — Нам лучше зайти внутрь, верно?

Тиган кивнула, таращась на один из самых ветхих домов в квартале. Она вздрогнула, как мокрая кошка, и вышла из машины, прижимая к груди конверт с пожертвованиями, как будто считала, что кто-то собирается вырвать его у неё из рук.

Закатив глаза, я открыла багажник и приготовилась поднять большую коробку консервов, чтобы отнести её в приют.

— Я возьму, — сказал Малачи, подойдя и скользнув руками по коробке. По моим рукам, даря мне надежду и миллиард других ожиданий. Возможно, он уже переварил то, что произошло в подвале. Он посмотрел на меня краем глаза и неуверенно улыбнулся. — Ты можешь взять сухие продукты.

Он легко поднял тяжёлую коробку и последовал за Тиган к приюту, оставив меня позади. Когда я приблизилась к входной двери, к обочине подъехал красный внедорожник, и секундой позже из него вышел Йен в поношенной бейсболке, натянутой на его грязные волосы. Он устало улыбнулся Тиган, которая, увидев его, подпрыгнула и захлопала в ладоши.

— Игра на совести работает!

— Я знал, что у Адена не получится приехать, — он покачал головой и шагнул на тротуар рядом со мной. — Вчера вечером он был немного не в себе.

Малачи наклонил голову и посмотрел на Йена. После всей этой херни с Джимом я забыла рассказать ему, что наткнулась на звёздных игроков нашей бейсбольной команды, и что они охотились за Мазикиными с пейнтбольными ружьями.

— Но ты благополучно доставил его домой? — спросила я.

— Да. Вообще-то мы подобрали этого придурка в нескольких кварталах отсюда, — он снял бейсболку и провёл пальцами по волосам, потом снова надел её на голову. Затем он бросил на меня нервозный взгляд. — И извини за, эм... — он указал на выпуклость в форме телефона в кармане моей толстовки.

— Извини за что? — Малачи резко повернулся ко мне, содержимое коробки в его руках хлюпало и лязгало.

Йен, очевидно, почувствовал резкую смену настроения.

— Аден сбежал прошлой ночью, — медленно произнёс он, обдумывая свои слова. — И я... ну, знал, что Лила знакома с этим районом, поэтому написал ей несколько раз. Я подумал, что она может иметь какое-то представление, где мы могли бы его искать, — он махнул рукой в сторону входа в столовую. — В любом случае, я здесь, Тиг. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Он не упомянул, что мы виделись. Как и не обмолвился о Джиме. Наверное, он думал, что защищает меня от ревности Малачи. В этом не было необходимости, но это было как-то... мило. Мы вошли в приют, и я быстро улыбнулась ему, он ответил мне улыбкой, показав ямочки на щеках.

В приюте уже вовсю кипела бурная деятельность. Из кухни, где добровольцы готовили гигантские кастрюли супа и стопы аккуратно завёрнутых бутербродов, хлынули волны жара. Румяная женщина в сетке для волос помахала нам ложкой.