Чтение онлайн

С шести лет приставил к сыну гувернёра-немца и нанял двух учителей, собираясь отдать Митю по технической части, заметив его склонность к механизмам. Ребёнок поначалу игрушки разбирал-раскурочивал, всё хотел подсмотреть, как там внутри устроено, потом освоил и обратный процесс. Недавно волшебный фонарь на керосиновой лампе сам сломал, сам и починил, но одну картинку на стеклянной пластине всё же грохнул. Супруга, скорая на расправу, наказать хотела, но Иван Дмитриевич не дал. Ошибки, они с каждым случиться могут. Чего уж тут. Сына, правда, отчитал, чтоб не забывал, что каждая вещь денег стоит, а они с неба не падают. Однако втайне наследником гордился,

ведь к десяти годам стал Митенька одним из лучших учеников городской гимназии.

«Пусть себе учится, - размышлял Дареев, - ума да опыта набирается. Наберётся - поедет в Москву или даже за рубеж учёбу продолжать, а нет - так и в родных пенатах есть чем заняться, хозяйство большое. Одних складов четыре штуки, чаеразвесочная фабрика, пассаж с магазинами в два этажа, не считая павильона на Нижегородской ярмарке, доходного дома в удачном месте, и прочего имущества чуть помельче. Да и задумок хватает. На будущее, на перспективу».

Конечно, Иван Дмитриевич понимал, что век двадцатый уже на подходе - что там до него осталось, всего несколько месяцев, - и прежние правила, когда младшие беспрекословно слушаются старших, а жёны во всём подчиняются мужьям, исчезают безвозвратно, поэтому многие молодые люди, получив хорошее образование, уходят из семейного дела. Переменив сословие, становятся чиновниками, врачами, адвокатами, у кого к чему душа лежит.

Какой путь выберет Митя, он пока не знал, но на всякий случай, тяжело вздыхая и прося у Бога милости, готовил себя к любому повороту, утешаясь тем, что сам он мужик пока не старый (подумаешь, тридцать четыре), запросто ещё наследников настрогает, занятие-то нехитрое. Главное, чтоб получился человечек со способностями, ведь к торговле не каждый склонность имеет, тут особый дар нужен - предпринимательский, а это и чутьё, и расчёт, и даже азарт, и работа с утра до поздней ночи.

Сам Иван Дмитриевич и младший его брат Григорий, когда порешили вести торговые дела обособленно, каждый за себя, смогли отцовские капиталы, оставленные в наследство, не только сохранить, но и преумножить. Старались. Да и деловой смекалкой обделены не были. А вот Лаврентию, старшему брату, из мелких лавочников в первую гильдию выбиться до сих пор не удалось.

Фартовости что ли не хватило?

***

Иван Дмитриевич, заложив руки в карманы, в нетерпении прошёлся по кабинету и выглянул в окно - ему показалось, что скрипнули въездные ворота, но нет, никакой суеты во дворе не обнаружил. Неохотно вернулся за стол, снова пододвинул счета за прошлый месяц, однако не работалось. Зато на глаза попалась прошлогодняя карточка в серебряной рамке, где они всем семейством снялись в новом фотографическом салоне. Митя серьёзный такой, строгий, словно на экзамене, а Таша, ангелочек кудрявый, едва улыбку сдерживает.

Вот о ком ему надо больше заботы проявить.

Митя, к примеру, выучится и вперёд, к вершинам, парень ведь не девчонка, не пропадёт. А за дочку душа как-то болит. Тут и приданым хочется обеспечить, капиталец на её имя положить, чтобы шансов на ярмарке невест добавить, да и чтоб потом, когда всё сладится, совсем уж зависимой от мужних средств не была.

«Неплохо бы, конечно, сосватать её за кого-нибудь из тех купцов, кому слово чести не пустой звук, - рассуждал он уже не в первый раз, - а то попадётся, упаси боже, вертопрах и прохиндей, закружит голову, слов пустых наговорит, оберёт до нитки и по миру пустит. По-всякому ведь бывает. Ну да ладно, - отмахнулся Дареев от своих преждевременных страхов, - что бежать впереди

телеги, девка ещё малая совсем, пусть пока живет-играется».

Таше, что была на четыре года младше Мити, подарки от Ивана Дмитриевича перепадали часто: то медведь-плясун в полосатых штанах, то забавная куколка-пеленашка с базарного лотка, то коробочка монпансье с разноцветными вкусными кругляшами, то китайский старичок с качающейся головой, но это по мелочам, а к серьёзным праздникам Иван Дмитриевич готовился основательно, заранее, без спешки. Вот и о дочкиных именинах, которые счастливым образом совпадали с днём её рождения, задумался ещё в начале лета. Посовещавшись с женой и прикинув расходы, замыслил Дареев устроить в августе грандиозный праздник с весёлым спектаклем для детей и фейерверком. Наблюдать, как увеселительные огни с шипением и взрывами распускаются на тёмном небе в ярко-огненные цветы, ему и самому было интересно.

Уральские купцы повеселиться любили, не жадничали.

Подарок для дочки Дареев поручил привезти Евгении Дмитриевне, старшей сестре, которая как раз собиралась в очередной раз на воды.

Овдовев очень рано и не успев завести собственного потомства, Евгения Дмитриевна, а для домашних просто Геничка, давно уже поселилась у Ивана, помогая по мере сил в воспитании племянников. Рано состарившаяся, с оплывшими формами, вся словно из подушек сложенная, с лицом отёчным и некрасивым, она была наидобрейшим человеком, и Митя с Ташей её обожали. Однако возможности сестры оказались сильно ограничены почечной болезнью, отчего она пару раз в год уезжала в Европу для лечения, эффекта от которого хватало на несколько месяцев.

Изучив до отъезда Генички возможные варианты по каталогам, Иван Дмитриевич с одобрения супруги остановился на германском изготовителе. Во-первых, немцев он уважал за порядок и точность в деталях, во-вторых, сестра всё хорошенько посмотрит на месте и уже тогда сделает окончательный выбор - её вкусу он полностью доверял. Помимо покупки подарка у Евгении Дмитриевны имелось ещё одно важное поручение, которое она и выполнила, чуть изменив обратный маршрут.

Сегодня, как раз накануне Ташиных именин, Евгения Дмитриевна должна вернуться, поэтому девочку с нянькой отправили в гости к Лаврентию, чтобы она раньше времени всех секретов не раскрыла.

В размышлениях и ожидании вестей, Иван Дмитриевич задремал прямо в кресле, но даже и первого сна не успел рассмотреть, как в дверь постучала горничная.

– Там, это… - сказала она, от смущения прикрыв рот ладошкой, - сестра ваша приехавши, спрашиват, куда коробки-то девать. И эту, как её, гувернёрку…

Дареев торопливо вышел в переднюю.

Геничка, сияя доброй улыбкой, кинулась ему навстречу, а в сторонке стояла, вцепившись в сумочку, дамочка неопределённого возраста с усталым и немного растерянным лицом. Ещё один сюрприз для дочки.

«Понравится ли?»

После того как коробки пристроили за ширмой в хозяйской спальне, а гувернантку отправили в подготовленную для неё комнату - обживаться, Иван Дмитриевич распорядился насчёт обеда и отправил к Лаврентию кучера за Ташей с нянькой.

2. Пироги с яблоками пекли чуть ли не с вечера, чтобы успеть разнести их вместе с приглашениями по родственникам и друзьям. На кухне обе стряпухи (и господская, и людская) с временно нанятыми помощниками сновали от печи к столу, от стола в кладовую - то сахарной пудры не хватило, то не тот сорт яблок принесли, то вдруг хозяйка потребовала морсу клюквенного - кисленького ей захотелось.