Бездна

Бену и Джею — за ваш вклад. Вы знаете, что вы сделали.

ВНУТРИ ВТОРОЙ ЭКЗЕМПЛЯР — 27 СЕКУНД

— Доброе утро, Джозеф. Это WellBot с ежедневной проверкой вашего самочувствия. Как вы спали прошлой ночью?

Дрожащие руки замирают над потёртыми клавишами. Пот собирается на шее, под рубашкой. Взвешивая каждое слово с хирургической точностью, он печатает:

— Доброе утро. Да, хорошо,

В секунды между его ответом и ответом системы он теряет нить мысли. Закрыв глаза, он изо всех сил пытается вспомнить, зачем он здесь и что должно быть сделано.

— Боюсь, это не вполне честный отчёт о вашем самочувствии, Джозеф. Мне нужно сообщить об этом куратору?

Из глубины здания — или из глубины самого себя — доносится эхо крика. Вены вздуваются, готовые лопнуть. Вот оно , — шепчет она ему на ухо. Сейчас или никогда. Сломай форму. Глубоко вздохнув, он тянется вперёд, чтобы напечатать — быть может, в последний раз.

ОДИН

2:35 ночи, и Джо, по какой-то совершенно непостижимой для него самого причине, всё ещё не спит. Лягу до одиннадцати , — говорил он себе в начале дня. И лёг — смотрел часовое видео на YouTube, где знаменитый шеф-повар готовит картофель сорока семью разными способами. Потом ему нужно было быстро заглянуть в Instagram перед сном — просто убедиться, что никто ему не написал (помогает не думать о том, что ему никто и никогда не пишет), — и два часа спустя он обнаружил себя на дне коллекции всё более безликих рилсов, алгоритмически заточенных под кулинарию, тяжёлую атлетику и родительство.

В спортзал он перестал ходить год назад. Отцом он не является, хотя рилсы про родительство находит почему-то странно успокаивающими. По крайней мере, он всё ещё готовит. Ну, то есть пытается. Это напоминает ему о том, что баранья корма, которую он начал мариновать восемь дней назад, пролежала слишком долго и её придётся выбросить, прежде чем он сможет её приготовить.

Блин.

Намеренно, сознательным усилием воли, он вставляет телефон в зарядку и кладёт его экраном вниз на прикроватную тумбочку. Хватит. Пора спать.

Вот только он быстро тянется через себя к ноутбуку на другой стороне — проверить, не лайкнул ли кто его твит, опубликованный раньше сегодня. В его голове это всегда будет Twitter, как бы ни захотел его переименовать какой-нибудь богатый идиот. Собственно, он удалил приложение с телефона в знак протеста, чтобы постоянно его не проверять. На экране компьютера — два лайка от незнакомых людей и ответ от бота с призывом вложиться в биткоин. Он закрывает и ноутбук.

3:15 ночи.

Тьфу. Блин.

Завтра первый день на новой работе, а чувствовать он будет себя как дерьмо. Нужно быть к девяти — в приличном виде и готовым к старту. До этого шесть часов — нет, пять часов сорок пять минут. Значит, вставать надо через четыре с половиной, чтобы успеть на автобус. Значит, если он заснёт в ближайшие тридцать минут, у него будет четыре часа сна. Этого

Он сдерживает порыв потянуться за телефоном и загуглить. Нога дёргается.

Ну почему, почему он не может уснуть?

Месяц назад по настоянию Сандры, своего онлайн-терапевта, он попробовал вести бумажный дневник. Ему было невыносимо. Он очень быстро обнаружил, что не писал от руки ничего длиннее поздравительной открытки уже более пяти лет. И вообще, когда он в последний раз посылал открытку? Открытки — глупая вещь, только занимают место, тогда как куда разумнее, убеждал он себя, просто позвонить человеку и поздравить с днём рождения.

Или написать смс. Или написать в Facebook, или ещё куда-нибудь.

Мама не жаловалась, когда он перестал слать открытки, — значит, её всё устраивало. Пусть он и забывал позвонить тоже. Ведь и она платила тем же. Раньше она присылала ему посылки с едой — пастуший пирог домашнего приготовления, сливовые крошанки, песочное печенье в перекус и выпечку на завтрак. Уже несколько месяцев она этого не делает, так что он тут ни при чём, правда?

Телефон Джо вибрирует, и он выхватывает его с тумбочки так стремительно, что почти сносит лампу.

Young Prophets в East Hall, 24 мая , — написано там. Кто идёт?

Это сообщение из группы WhatsApp, в которую его добавил приятель Афо и которая называлась Friends That Rock — полтора года назад, когда Джо случайно познакомился с несколькими другими друзьями Афо в пабе. Группа существовала, чтобы договариваться о совместных походах на концерты и новые группы в недорогие лондонские площадки.

Второе сообщение — ссылка на альбом в Spotify.

Я иду , — ответила некая девушка по имени Датти, которую Джо никогда не видел. Ещё один парень написал, что не сможет. Джо промолчал. Он, если честно, никогда не участвовал в жизни группы — если не считать единственного «Привет», которое счёл обязанным написать при добавлении.

Прошло уже слишком много времени, но выйти он не мог. Если он выйдет, там появится «Джо покинул группу», и они начнут его обсуждать, и некоторые поймут, что понятия не имели о его существовании, — и сама мысль об этом заставляла всё его тело хотеть свернуться клубком и умереть.

3:40 ночи.

Господи, да что ж такое.

Он листает WhatsApp, перечитывает старую переписку с друзьями — несколько лет назад, до ковида. Читает, как они договаривались встретиться выпить, смотрит на несколько старых фотографий. Приятно. Успокаивает. Он пролистывает мимо сообщения от мамы, на которое ещё не нажал, — не хочет, чтобы появились синие галочки.

В какой-то момент он засыпает с телефоном в руке. Когда будильник звонит в 7:15, тот лежит на полу.

* * *

Встать с постели — сущий кошмар. Джо проводит пятнадцать минут за листанием рилсов в IG, пока тотальная паника из-за того, сколько времени ему осталось добраться до работы, не поднимает его на ноги и не загоняет в душ, которым он не пользовался пять дней.