Чтение онлайн

Ребёнок, выросший без любви и внимания, несмотря на отчаянные их поиски, не может просто так взять и поверить в чью-то привязанность. И винить такого человека в этом тоже самое, что винить астматика в его собственной болезни. Так сложилось в виду объективных причин и теперь остаётся только корректировать последствия.

— Я боюсь не справиться, — после очередного эмоционального всплеска сбивчиво заключила Злата, стараясь сдержать очередной всхлип. — Не справиться с работой и со своими чувствами. Мне страшно, что мои эмоции снова будут неправильными… Вдруг я… оттолкну тебя неопытностью,

навязчивостью или чем-то ещё, о чём даже не догадываюсь? Я пытаюсь быть сильной и взрослой, но у меня постоянно не получается… Как будто что-то сбивается, и я звоню с претензиями дурочки и требую внимания…

— Боишься, что я уйду, если ты перестанешь держать? — спокойно уточнил Паша, мягко поглаживая большим пальцем руку девушки. Он не старался сделать свой тон притерно-сладким, напротив, сохранял в голосе привычную строгость. И хотя он видел, каких трудов стоило Злате такое "очевидное для него" признание, повести себя по-другому было сейчас нельзя. Грань между жестокостью и жалостью всегда поразительно тонка. — Злат, ответить-то всё равно придётся, я мысли читать не умею, а вечно бежать от правды не вариант, всё равно накроет.

Девушка прикрыла глаза, ухмыльнулась сквозь слёзы, а потом осторожно кивнула, как бы отвечая на высказанный вопрос. Ещё несколько минут Злата продолжала молчать, всё ещё немного сопя носом и ожидая его реакции, способной или подарить, или отнять последнюю надежду. Своими откровениями Злата раз за разом вверяла ему свою душу и теперь ей оставалось только ждать и верить, что её чувства не втопчут в грязь.

Паша разрушать её опасения не спешил, выжидал паузу, тщательно обдумывая последующие слова. Нужно было взвесить каждое слово, чтобы не сделать хуже и не спровоцировать защитную реакцию девушки. Откат назад в их непростой ситуации стал бы фактическим поражением. Мужчина устало выдохнул, привычно нахмурился, а потом вдруг осторожно притянул Злату к себе и ласково поцеловал в макушку.

Так просто и быстро, что девушке тут же облегчённо выдохнула. Дикое желание свернуться рядом с Пашей в клубочек в этот момент, казалось, стало просто невыносимым и ощущаемым даже кончиками пальцев. Впрочем, именно это она и сделала, несмотря на напряжённость ситуации.

— Боясь и сдерживая себя во всех порывах ты делаешь только хуже. Ты постепенно убиваешь себя, стараясь стать удобной для остальных, — уверенно ответил на невысказанный вопрос Паша. Без тактичности, но с искренностью, которую Злата так в нём любила. Под его приятными поглаживаниями думать о тяжёлых вещах становилось проще. — А ведь те, ради кого ты это делаешь, в большинстве своём недостойные люди. Даже я…

Девушка нахмурилась и покачала головой, заставив Пашу усмехнуться. Правда же, хотя приятно, что он нравится ей и таким, какой он есть. Но тем не менее розовые очки тоже надо раскалывать, иначе впоследствии сыграет злую шутку.

— Просто, Злат, я хочу, чтобы ты поняла, при всех моих недостатках я не преследую цели тебя обмануть. Да, эти слова не равны тому, что мы проживём вместе всю жизнь и родим десять детей. Это придётся принять, потому что жизнь устроена так, что ни один врач, экстрасенс или астролог не предскажет тебе все события жизни с точностью до года. — Паша, провёл ладонью по светлым волосам и внимательно заглянул в испуганные глаза. — Ты мне нужна, и я хочу быть с тобой. Однако в будущем может случиться всё, что угодно, при этом счастью в настоящем ничего не мешает, кроме твоих родителей, конечно. — Мужчина выждал паузу, а она привычно улыбнулась,

утыкаясь носом в её плечо. — Они — сущий кошмар. Интересно, как у них могла появиться вполне адекватная ты.

Злата снова рассмеялась и с лёгкой усмешкой подняла на него взгляд. Она очень внимательно его слушала, но, кажется, как истинная женщина, особенно внимательно запомнила лишь фразу о том, что ему нравится. Не то, чтобы остальное было неважно, просто в сотый раз осознавать его привязанность к ней было по-особенному волнительно.

— Между прочим, я не вполне, а вообще адекватна, — въедливо подметила Злата, по-детски обнимая его обеими руками. — И всё понимаю, но не хочу домой возвращаться. С тобой так хорошо здесь, что ничего не надо. Да-да ванильные сопли и не начинай ворчать…

Злата закатила глаза, пытаясь перевести разговор в шутку и не дать мужчине шанса испортить её сентиментальное настроение, но Паша снова умудрился её удивить, потому что не стал включать режим брутального и вредного доктора. Напротив, он пробежался пальцами по её спине, притянул к себе вплотную и ласково посмотрел в глаза.

— Вообще, я тоже не хочу тебя возвращать, — признался мужчина, усмехаясь. — Надо, а не хочется. Пропадать не хочется и отпускать тебя фиг знает насколько тоже. Одним словом, Злат, ты — моя задачка со звёздочкой. С самого начала.

Паша улыбнулся, а Злата вдруг пересела на его колени и в который раз за день посмотрела в глаза. Они были такими красивыми, открытыми и ничего от неё не ждали: не требовали, не принуждали, просто блестели так, словно бы она была самой красивой девушкой на земле. И за одно только это Злата могла бы позволить ему всё, что угодно.

Было удивительно, но впервые ей захотелось поверить в то, что даже с красным, опухшим от слёз лицом она всё равно ему нравится. Вот так просто: ни за что и просто так. Девушка неловко потянулась к его губам и положила ладони на щёки. Сейчас всё почему-то чувствовалось правильно и почему-то совсем не было страшно. Просто позволить… Просто не бояться… Просто чувствовать, а не думать…

И она не перестала бояться.

Не ощущала страха, когда он стягивал её кофту по плечам. Не тряслась, как осиновый лист, когда его жаркие прикосновения, сантиметр за сантиметром ласкали хрупкое тело. Не пыталась закрыться, когда он увидел её обнажённой.

Слова Паши всё ещё звучали в голове, били настойчивым набатом, придавая сил. Однако его взгляд сказал всё красноречивей слов. Он подтверждал, что она любима. Н а тех, кто не нужен так не смотрят: с обожанием, нежностью и чем-то ещё таким непонятным, что трудно дышать.

Злата сжимала пальцами сильные плечи, отчаянно целовала Пашины губы, прижимаясь сильнее и растворялась в нём без остатка. Кажется, она кое-как стянула с него ненужные вещи, а дальше память девушки не оставила ничего, кроме его такого серьёзного взгляда. Раньше Злата никогда его таким не видела, а сейчас ощущала, как сильно ему важно не навредить ей. И пусть не было ласкового тона, было кое-что более важное.

— Будем немного больно, потерпи… — предупредил Паша, опуская ладонь вниз. Злата была поразительно готова, но он медлил. Причинять ей даже случайную боль безумно не хотелось. Кажется, такое волнение сам Паша чувствовал в свой первый раз.