Без причин
Шрифт:
Злата тут же сникла и опустила глаза.
— Хорошо, извините, — с другой стороны надежды на то, что её суровый подобреет от шоколадки особо и не было. Так вялая попытка. — У меня ничего не болит, всё хорошо.
Мужчина выдохнул. Эти распахнутые оленьи глаза с невинным взглядом уже откровенно его подбешивали. Всегда одно и тоже, словно мантра.
— Я не сомневался, — Павел Аркадьевич закатил глаза, а потом потёр переносицу. Если бы не блатные родители этой девицы, он бы уже давно спихнул её кому-нибудь или выписал с миром. Не хочет лечиться — вперёд и с песней. — Увы, твоя кардиограмма говорит иное.
— Я
— Ты — моя работа, а твоё состояние — показатель её качества не более того. Улучшения есть, динамика в нужном направлении, но организм справляется значительно медленнее, чем должен. Такой ответ устроит?
Мужчина презрительно усмехнулся и прямо посмотрел на девушку.
— Устроит, но злитесь вы на меня всё равно зря, — Злата потянула колени к груди и столкнулась взглядом с хмурым мужчиной. — У меня, действительно, ничего не болит. Я не скрываю и не вру, просто периодами на меня накатывает сильная слабость. А за вопли и жалобы родителей… извините. Я просила их вас не доставать.
Павел Аркадьевич покачал головой, слушать этот бубнёж дальше не хотелось, да и времени лишнего тоже не было. Если он так долго будет возиться с каждым пациентом, то большая их часть просто не успеет увидеть его на этом свете. Он выждал паузу, потом записал нужные показатели, кивнул и ушёл.
Его день с самого утра не задался и продолжился в том же духе. В целом, как и вся последняя неделя, забитая работой и бесконечными жалобами под завязку. Мозг долбили со всех сторон, а эта ни на что не жалующуюся девица с родителями-параноиками просто стала вишенкой на торте.
— Если ей не станет лучше, вас уволят. Не ухмыляйтесь, у меня везде связи, — каждый раз вопила её мамаша стоило мужчине на неё наткнуться. Маленькая, пухлая и жутко противная тётка с постоянно краснеющим лицом и дрожащими руками.
Впрочем, и отец Зотовой тоже не отставал. На первый взгляд солидный, серьёзный и адекватный мужчина при деньгах, а на деле в случае с ним работала поговорка про девушку и деревню.
— Почему она всё ещё в больнице, если состояние улучшилось? Нам нужно забрать дочь как можно скорее. Видимо, у вас не лечат, а просто калечат. Она должна была уже поправиться.
Чрезмерная родительская забота, которая душила даже его. Павел Аркадьевич встречался не раз встречался с подобным, но всё равно здесь интуитивно виделся подвох. Что-то было не так, слишком всё было чересчур. Реакции отца и матери Зотовой напоминали, скорее, ломку наркоманов.
Словно бы им важны были не столько сведения о состоянии дочери, сколько момент, когда они смогут забрать её домой. Девушка нужна была им рядом в рекордные сроки, и за это они готовы были заплатить всем, но организм их дочери как будто специально оттягивал этот момент.
И от этой ситуации Павел Аркадьевич тоже изрядно устал. Хотелось разделаться с ней побыстрее, только вот по закону подлости всё никак не выходило.
Мужчина шёл по коридору, прикидывал варианты развития событий, диагнозы, и уже собирался зайти в ординаторскую, чтобы кое-что забрать, как вдруг перед ним замаячила знакомая медсестра.
Павел Аркадьевич прищурился. Кажется, Света или Лена. Вроде бы Лена, но это точно. Туповатая мадам, которая всё на что-то рассчитывала. Пару раз у них был секс, не более того, а она всё ещё никак не оставляла попыток взять его измором.
— Павел… Аркадьевич, я вот слышала, что вы сегодня дежурите, — начала она из далека стоило ему подойти ближе. От мужчины не укрылось, что она специально подалась вперёд, выпячивая грудь. Как банально. В лучших традициях жанра оставалось только намотать локон волос на палец. А нет, уже. — Жаль, я вот думала пригласить вас на чашечку кофе, хотя может всё-таки зайдёте ненадолго к нам в сестринскую?
— Запомни уже, что в своё дежурство я ни с кем не сплю, — раздражённо заметил мужчина. — После — хочешь приходи, нет — свободна. Не занимай моё время зря.
Медсестра улыбнулась и кивнула, смерив Павла Аркадьевича плотоядным взглядом. Она была уверенна, что рано или поздно покорит этого закоренелого холостяка, тем более, кроме неё, в больнице мужчина ни с кем в отношениях не был. Во всяком случае она так считала.
***
Ночное дежурство выдавалось поразительно спокойным и без особых происшествии. На небольшой промежуток времени Павел Аркадьевич смог даже выдохнуть и немного расслабиться. Оставалось не так много, потом он вернётся домой, хотя, возможно, перед этим расслабиться с медсестричкой. Разрядка не помешает особенно с той, кто не особо против. За её же ожидания он ответственности не несёт, не его проблема. У каждого своя голова на плечах.
Однако всем этим планам сегодня ночью не суждено было сбыться. Сначала раздался сигнал, а затем к нему вбежала медсестра.
— Скорей, Зотовой плохо…
Павел Аркадьевич чертыхнулся и быстро направился в её палату.
Впрочем, он и не сомневался, что эта припадошная и дежурство ему испортит.
3. Простите
Взгляд Павла Аркадьевича, как всегда, не предвещал ничего хорошего. Впрочем, ожидать от него чего-либо доброжелательного в этой ситуации было бы глупо. Любой врач на его месте был бы недоволен, просто в отличие от других Павел Аркадьевич не считал нужным скрывать своё раздражение и явно его демонстрировал.
Обычно с пациентами мужчина вёл себя несколько сдержанней и менее язвительно, но эта малолетняя пигалица уже изрядно успела задолбать его своими непрогнозируемыми сюрпризами здоровья и родительскими воплями. К тому же после ночного кризиса Павел Аркадьевич окончательно убедился в том, что эта мадам долго и методично вешает ему лапшу на уши.
Проблемы с сердцем у неё есть, и она о них знает, причём, давно. И во всей этой истории мужчина никак не мог взять в толк только одного, нафига ей понадобилось скрывать это всё и затягивать лечение. С финансовыми возможностями её родителей с хорошей клиникой уж точно не возникло бы проблемой, к тому же процесс так бы не запустился. И девушка не могла этого не осознавать.