Чтение онлайн

Тишина давила на уши. Нечаев почувствовал, как на верхней губе проступили капельки пота. Он мог смахнуть их, но его руки были тяжелыми, и он продолжал сидеть неподвижно, глядя перед собой. Не отдавая себе отчета в этом, он берег силы.

Так прошло еще много времени, быть может, несколько часов.

И вдруг Нечаев увидел вахтенного. Неужели принес еду?

Но на сей раз вахтенный явился без подноса.

– Командир вызывает, - сказал вахтенный, и его голос показался Нечаеву строгим, торжественным.

– Есть явиться к командиру, - ответил за всех

Троян и поднялся. Пошли...

8

Командир лодки не отходил от перископа. Справа поднимался скалистый силуэт мыса Калиакра, того самого, у которого полтора века тому назад адмирал Ушаков разгромил турецкий флот, левее белел крутой берег города Балчик, а спустя некоторое время к югу от него открылся вид на древний Одесс - нынешнюю Варну.

– В шести кабельтовых скала, - сказал командир.
– Запомните это место.

Черная скала была похожа на скошенный парус рыбачьей лодки. Она одиноко и гордо стояла в море. За ней, в некотором отдалении, круто поднимаясь вверх, совсем по-весеннему молодо зеленел незнакомый берег.

Троян, Сеня-Сенечка, Игорек и Нечаев по очереди прильнули к окулярам перископа. Скала была отличным ориентиром, который не спутаешь с другими. Даже ночью.

– Смотрите внимательнее.

За скалой в море выдавался песчаный мысок. Берег над ним был крут. По склонам почти к самой воде сползали виноградники. Пустынные места, безлюдье... Лишь левее, ближе к городу, под деревьями тут и там виднелись словно бы игрушечные домики. В их окнах плавилось солнце.

– Запомнили?
– снова спросил командир лодки и, плечом отодвинув Нечаева, плавно, обеими руками повернул перископ. Его интересовала бухта.

Над нею висело низкое небо. Дымили танкеры, сторожевики, эсминцы. На варненском рейде было тесно - казалось, будто суда стоят борт к борту. Но между ними сновали быстрые катера.

– Копошатся, - сказал Троян, до которого снова дошла очередь глянуть в перископ.
– Веселая там у них житуха.

Командир кивнул. Немцев до сих пор здесь никто не беспокоил. Приказав переключить двигатели на самый малый ход, командир уступил свое место помощнику. Лицо у него было усталое, серое, его запавшие глаза потемнели.

– Пошли в кают-компанию. Есть разговор.

Он пошел вперед, а они - за ним. Когда вошли в кают-компанию, командир обернулся к вахтенному и приказал:

– Никого не впускать!..

Потом, тяжело опустившись на стул, он снял пилотку и совсем по-детски потер кулаками глаза. Он молчал, прислушиваясь к неясным звукам, царапавшим обшивку. Но вот все стихло. Лодка мягко легла на грунт.

– Присаживайтесь, - сказал командир.
– Разговор у нас длинный... Будем ждать вас до полуночи до двух. Надеюсь, успеете?

Вопрос был адресован всем, но ответил Троян. Ответил пожатием плеч. Дескать, там видно будет.

– А не успеете... Тогда придется торпеды затопить. Обязательно. До берега доберетесь вплавь. Пароль...
– он замолчал, подняв усталые глаза на Трояна.

– Ясно, - кивнул Троян.

– Вторая лодка придет через четверо суток. В это же время. Думаю, что шлюпку

вы раздобудете. Старик поможет. А теперь - отдыхать. Да, чуть было не забыл... Вот деньги. По десять левов на брата. Больше, к сожалению, раздобыть в Одесском банке не удалось. Возьмите, могут пригодиться.

Он говорил отрывисто. Видимо, каждое слово причиняло ему боль. Что он еще мог им сказать? В ободрении они не нуждались. А в советах - и подавно. Нет рецептов на все случаи жизни. Эти ребята знали, на что они идут.

– Лучше бы они не пригодились, - сказал Троян, пряча деньги. Придется их зашить в трусы.

– Конечно, - командир кивнул.

– Знаем, валюту надо беречь, - сказал Игорек, который раньше плавал на теплоходе "Норильск" и не раз ходил в загранку. И всем почему-то стало весело. Валюту надо беречь. А жизнь?..

Было уже темно, когда лодка осторожно всплыла, и разведчики один за другим выбрались из рубки на ее мокрую скользкую палубу. Их лица плотно облегали резиновые маски. Кислорода в баллонах должно было хватить примерно на пять часов.

Первым делом они извлекли из металлических цилиндров обе торпеды и тщательно, даже придирчиво осмотрели их. Торпеды были в порядке.

Оседлав своего "дельфина", Нечаев сунул ноги в стремена и откинулся к спинке, ожидая, чтобы уселся Сеня-Сенечка. Подумал, что со стороны они похожи на мотоциклистов-циркачей, готовящихся к гонке по вертикальной стене. На афишах такой номер обязательно называют "смертельным". А теперь не было ни зрителей, ни шпрехшталмейстера в безукоризненно сшитом фраке, который выходит на арену и объявляет зычным голосом: "Мир-ро-вой ат-трак-цион!.. Пер-рвые в мир-ре..." Но тут Сеня-Сенечка слегка похлопал Нечаева по плечу, и тот положил руку на рычаг. Сигнал означал: "Давай!.."

Море было почти спокойно, только ветер сдувал с него легкую пену. Но небо обложили низкие тучи.

Обе торпеды отошли от лодки почти одновременно и легли на курс. Их словно бы притягивали к себе далекие огни Варненского порта.

Шли параллельно берегу.

Уже давно Нечаев не видел столько огней. Они сверкали, переливались. Даже небо над городом и бухтой было вызолочено жаром. Живущие под ним люди, казалось, не имели понятия о войне. Но тогда почему у входа в порт снуют катера? И зачем они то и дело сбрасывают глубинные бомбы?

Война была и здесь, под этим золотистым небом. Она напоминала о себе снова и снова. Нечаев вел торпеду на малой скорости, почти до самой поверхности моря. Вода достигала ему только до пояса.

Нечаев был озабочен лишь тем, чтобы не потерять из виду Игорька и Трояна, головы которых время от времени пропадали в волнах. Ему хотелось не отставать от них.

Встречи с патрульными катерами удалось избежать. Стоило Нечаеву плавно нажать на рукоятку, как торпеда погрузилась под воду. Пять метров, восемь метров, десять... Ориентируясь по компасу, Нечаев направил торпеду туда, где, по его расчетам, должен был находиться вход в Варненский порт. Не напороться бы только на мину!.. А сетевое заграждение они преодолеют, должны преодолеть.