Чтение онлайн

— Я сжёг карты. Я. Я сам рубанул головой по столу — чтобы все подумали, что это не я. Я врал вам. Это я их сжёг!

Стражи переглянулись. В широко раскрытых глазах и уехавших на самое темя бровях читалось потрясение. А Томасу как раз наоборот — теперь стало всё ясно. Алби помнил, как ужасна была его жизнь до появления здесь, и не хотел возвращаться.

— Ну, тогда хорошо, что мы сумели их уберечь! — Минхо сумел придать своему лицу непроницаемо-издевательское выражение. — Помнишь, после Превращения ты сказал, чтобы мы берегли их? Спасибо за

совет!

Томас воззрился на Алби — как-то он отреагирует на саркастическое и, по существу, жестокое замечание Стража Бегунов? Но вожак, похоже, даже не слышал слов Минхо.

Ньют, вместо того, чтобы выйти из себя, попросил у Алби объяснений. Томасу было понятно, почему Ньют не злится — карты находились в безопасности, код они узнали. Так что какой смысл портить себе нервы?

Зато Алби был на грани истерики.

— Говорю же вам! — Он почти умолял. — Нам нельзя возвращаться! Я видел — там творится что-то жуткое, просто ужасающее! Помню выжженную землю, страшную заразную болезнь, Вспышка — вот как её называют. Вот где ужас!.. Куда страшнее, чем здесь, у нас...

— Если мы останемся здесь, мы все погибнем! — воскликнул Минхо. — Разве может быть что-то хуже этого?!

Алби долго не отвечал, лишь смотрел на Стража Бегунов остановившимся взглядом. У Томаса из головы не выходило только что сказанное вожаком: «Вспышка». В этом слове было что-то очень-очень знакомое, немного поднатужиться — и поймаешь... Но одно несомненно: он, Томас, ничего подобного в процессе своего Превращения не вспомнил.

— Да, — сказал Алби наконец. — Лучше сдохнуть здесь, чем вернуться домой.

Минхо хрюкнул и откинулся на спинку стула.

— Ну, чувак, из тебя оптимизм так и прёт. Лично я — с Томасом. С Томасом на все сто. Если нам всё равно помирать, то уж лучше в борьбе.

Томас обрадовался: Минхо стоит за него горой.

— Внутри Лабиринта или вне его, — добавил Томас, обернувшись к Алби и мрачно глядя на него, — мы всё равно живём в том же мире, который ты помнишь.

Вожак встал. Судя по лицу, он признал своё поражение.

— Делайте, что хотите. — Тяжёлый вздох. — Неважно. Хоть так, хоть этак — всё равно помирать. — И с этими словами он прошёл к двери и покинул комнату.

Ньют с шумом выдохнул и покачал головой.

— После того, как его ужалили, он стал сам не свой. Так и не пришёл в себя. Такие, должно быть, у бедняги классные воспоминания... А что за хрень такая — Вспышка?

— Мне до фонаря, — отозвался Минхо. — Всё, что угодно, только бы не загибаться здесь. Когда выберемся отсюда, то посчитаемся с грёбаными Создателями. Но пока нам нужно выполнять то, что они задумали. Надо — значит, пройдём через Нору гриверов и уберёмся отсюда. Если кто-то из нас погибнет... значит, так тому и быть.

Котелок фыркнул.

— Ну, вы, шенки, и трёхнутые. Мы не можем убраться из Лабиринта. А уж присоединиться к мальчишнику гриверов да ещё и у них дома — как по мне, так идейка хуже не придумаешь. Глупее ничего в жизни не слышал. Лучше уж сразу вены перерезать —

и никаких хлопот.

Между Стражами вспыхнули споры, все загалдели, пытаясь перекричать друг друга. Ньют не выдержал и прикрикнул, велев всем заткнуться.

Как только воцарилась относительная тишина, Томас заговорил снова:

— Я пройду через Нору или погибну на пути к ней. Минхо тоже. Уверен, что и Тереза поступит так же. Если мы сможем продержаться в драке с гриверами достаточно долго, для того чтобы кто-нибудь успел ввести код и отключить киборгов, тогда оставшиеся пройдут через дверь, которой пользуются гриверы. Конец Испытанию. А уж потом мы разберёмся с Создателями.

Улыбка Ньюта не имела ничего общего с весельем:

— Ты всерьёз полагаешь — мы можем побить гриверов? Даже если не погибнем, то наверняка будем исколоты вдоль и поперёк. Скорее всего, все они будут поджидать нас у Обрыва, ведь проклятые жукоглазы не дремлют. Создатели сразу же узнают, как только мы соберёмся удрать.

Пришло время открыть им последнюю часть плана, часть, которой Томас страшился больше всего.

— Не думаю, что они станут нас жалить. Превращение — это Варианта, актуальная пока мы живём здесь. Этот этап к тому времени может считаться пройденным. Кроме того, есть ещё один фактор, работающий на нас.

— Да ну? — закатил глаза Ньют. — Умираю от желания услышать.

— В планы Создателей не входит убить нас всех — какая им от этого польза? Побег должен быть делом нелёгким, но не невозможным. Мне кажется, теперь мы можем с уверенностью сказать, что гриверы запрограммированы убивать только одного из нас в сутки. Ну вот, кто-нибудь может пожертвовать собой и спасти остальных, пока мы будем бежать к Норе. Я почти уверен, что так и задумывалось.

В комнате повисла тишина. Наконец раздался громкий смешок Стража Живодёрни:

— Ну и ну! Значит, ты предлагаешь нам швырнуть какого-нибудь несчастного шенка им на растерзание, а самим преспокойненько сдёрнуть? Это и есть твой блестящий план?

Да, идея, конечно, хуже не придумаешь, но Томаса поразила вдруг одна мысль.

— Да, Уинстон, радует, что ты внимательно слушал. — Он проигнорировал брошенный на него угрюмый взгляд. — По-моему, ясно, кто должен стать этим несчастным шенком.

— Да ну? — спросил Уинстон. — И кто же?

Томас ткнул себя в грудь:

— Я.

Снова разразились яростные споры. Ньют спокойно поднялся, подошёл к Томасу, схватил его за локоть и потащил к двери.

— Уходи. Быстро!

Томас обалдел.

— Почему?!

— Думаю, для одного собрания ты нагородил достаточно. Нам надо всё обсудить и решить, как поступать — без тебя. — Они как раз добрались до двери, и Ньют ненавязчиво выпер Томаса за дверь. — Подожди меня у Ящика. Когда мы тут закончим, нужно будет поговорить.