Чтение онлайн

— Э-э-э, здравствуйте, — немного растерялась Рид. — Нам нужна мазь, вы не могли бы…

— Вы не местные, — перебила ее незнакомка.

— Как и вы.

Женщина усмехнулась и окинула взглядом Рид, затем пятнистую Ветту. На лице женщины промелькнуло удивление, а взгляд мгновенно потеплел.

— Ладно, заходите, что с вами теперь делать.

Джонни Вунз как раз закончил чинить забор, когда мимо него прошли две незнакомки, которых вел младшенький их соседки. В Старопрудовку незнакомцы забредали редко. Появление двух девушек заметил не только Джонни:

бабка Шелз вон чуть ли не через ограду свесилась, провожая их жадным взглядом. Девчонки были одеты в штаны, что немало позабавило парня. Особенно молодому человеку приглянулась светленькая, такая худенькая, словно тростиночка, вот только почему-то вся в красных пятнах с головы до ног.

Джонни был деревенским парнем, и ему не могло прийти в голову, что кто-то может набрать букет из жгучецвета. Обычно, если кто и задевал жгучецвет, то случайно, как крапиву. Тем не менее он решил проследить за парочкой и вскоре увидел, как они остановились подле дома знахарки.

«Ну да, попробуйте — постучитесь!» — парень знал, что знахарка не любит пришлых. Каково же было его удивление, когда девушки вошли в дом. Немного подумав, он решил подождать около дома знахарки, когда незнакомки выйдут. Может, они начнут искать комнату для ночлега? У них дома как раз освободилась одна: старшая сестра Джонни, Сара, вышла замуж и переехала в свой дом. Вот они выйдут, и он так невзначай подойдет и спросит, кто они и откуда. А там…

В доме оказалось очень светло и уютно: ажурные занавески сияли чистотой, на столике с резными ножками стояли цветы — белые лилии. Вещи, мебель — все было явно дорогим, с характерным аристократическим лоском.

— Наверное, задаетесь вопросом, что я забыла в глухой деревне? — дама прошла вглубь комнаты и стала что-то искать на заставленных полках.

— Это не наше дело, — спокойно ответила Рид, игнорируя возмущенный взгляд Ветты, которой, в отличие от спутницы, было страшно любопытно.

— Верно, — женщина повернулась к девушкам; в руках у нее был небольшой пузырек с темно-зеленой жидкостью. — Мазь нужно наносить три дня подряд, смоется только через неделю.

— Неделю?!

— А вы что хотели? Жгучецвет — коварное растение, и ожоги так просто не пройдут. Зато зуд исчезнет сразу после нанесения мази.

— Сколько? — хриплым голосом отозвалась Ветта, теперь уже с вожделением глядя на непримечательный пузырек.

— Для тебя — бесплатно, Лисаветта.

Повисла неловкая пауза. Тунрида вопрошающе смотрела на Ветту, та, в свою очередь, не сводила глаз с незнакомки.

— Мы встречались? — решилась спросить графиня.

— Нет, — женщина мягко улыбнулась и вложила мазь в руку девушки. — Я знала твою маму, вы с ней очень похожи, и этот медальон… В общем, я сразу поняла, кто ты. Единственное, что мне непонятно, почему ты путешествуешь столь экстравагантным для знатной леди способом.

Спутницы переглянулись. Ветта хотела сказать правду: она никогда еще не встречалась с подругами матери. Однако дама опередила девушку:

— Неважно, не говори, если хочешь. Мазь у вас, если я могу еще чем-то помочь…

— Нам бы не помешала хна или что-нибудь красящее, — быстро сориентировалась Тунрида.

Незнакомка понимающе посмотрела на

графиню.

— Я слышала, что твоя мачеха — не самая приятная в общении женщина. Что ж, у меня есть то, что нужно. Подождите, я сейчас, — с этими словами женщина буквально выбежала из дома с неподобающей для такой леди скоростью.

— Думаешь, ей можно доверять? — спросила Ветта, с любопытством оглядываясь.

— Не уверена, люди — такая вещь… ненадежная, даже лучшие из них.

— Я серьезно!

— Думаешь, я шучу?

— А вдруг она сейчас позовет кого-нибудь?

— Расслабься, — посоветовала Рид. — Эй, ты чего?

— А что? — Ветта пыталась открыть склянку с мазью. — Этот зуд мне надоел до чертиков.

— Это понятно, только не открывай склянку в доме: если закапаешь пол — его потом не отмыть. Не надо так на меня смотреть, с кожи сойдет быстрее. И это, будь осторожнее.

— Почему? — сразу насторожилась Ветта.

— Мазь больно маркая. Может, лучше я тебя намажу?

— Я не настолько беспомощная, знаешь ли, — графиня с гордым видом вышла из домика на улицу.

— Мое дело предупредить, — пробормотала Рид. На самом деле ей самой было интересно, что за женщина вызвалась им помочь. Судя по всему, она была подругой матери графини, хотя то, что она ее знала, вовсе не говорит, что они были дружны. К тому же зачем ей прятаться от всех в этом захолустье?

Заставленные лекарствами полки говорили о том, что женщина достаточно хорошо знакома с медициной, чтобы лечить. Знатные дамы часто выбирали изучение медицины в университете, поскольку это было одно из трех направлений, не считающихся «зазорными» для леди, наряду с психологией и искусствами. Надо спросить у графини, не училась ли ее мать в университете.

Ждать долго не пришлось: из дома сначала выскочила чем-то взволнованная леди Пенелопа. Не успел Джонни подивиться такому поведению знахарки, как тут из дома вышла она — девушка с пятнами. Она встала около живой изгороди и, насколько мог разглядеть Джонни, пыталась что-то открыть, какую-то маленькую баночку. Вот и повод познакомиться! Пригладив волосы пятерней, парень твердой походкой приблизился к изгороди.

— Кхм, вам помочь? — выпалил Джонни.

Девушка, видимо, не слышала, как он подошел, потому что при звуке его голоса резко дернулась и.... Вот она уже с ног до головы не только в красных пятнах, но и в зеленых разводах. Джонни нервно сглотнул: знакомство как-то не заладилось. Девушка с ужасом посмотрела на свои зеленые руки и подняла горящий взор на остолбеневшего парня.

«Похоже, свидания не будет», — пронеслось в голове Джонни.

Поток размышлений Тунриды прервал крик Ветты. Рид чертыхнулась: неужели их нашли? Привычным движением девушка достала кинжал и поспешила на помощь. Однако во дворе она столкнулась не с толпой солдат. Поначалу показалось, что перед ней возник болотник, чуть позднее стало понятно, что «нежить» причитает голосом Ветты:

— Зачем было так кричать?! Идиот!

— Я не кричал, госпожа, только спросил, не нужна ли помощь, — оправдывался какой-то паренек. Он стоял за живой изгородью, красный как мак, совершенно беспомощный перед истерикой девушки.