Айрин
Шрифт:
Хотел Им-Трайнис людей позвать — и обнаружил, что дверь по-прежнему на засов закрыта. Позже выяснилось, что хозяин через секретный лаз в комнату пробрался.
Рыцарь умолк.
— А дальше что? — словно ребёнок, ждущий продолжения сказки, возбуждённо спросила принцесса.
— Собрал Бел людей, обыскали они постоялый двор. Оказалось, потайные ходы вели и в другие гостевые комнаты. И был ещё коридор… по нему спустились в подземье, о котором даже служанки тамошние не знали… В общем, нашли под постоялым двором пещеру, а в ней —
— И что потом? — широко открытые глаза Айрин не отрывались от Дерела.
— Что… сожгли местные проклятое логово. А Бел дальше поехал. Вот и вся история… Не думаю, что здешний хозяин такой же душегуб. Но, как говорится, бережёного боги берегут. Ложись скорее.
Взбудораженная ужасным рассказом принцесса долго не могла уснуть. То и дело ворочалась, непрестанно вслушиваясь в малейшие скрипы и шорохи. А когда, наконец, провалилась в сон, продолжала крепко сжимать рукоять меча.
Вопреки ожиданиям рыцаря, ночь прошла спокойно. То ли слишком дурно Ук-Мак думал о хозяине, то ли тот испугался прозрачного намёка — в любом случае гостей никто не потревожил. Собравшись, они вышли в общий зал.
Айрин сердилась: Дерел не стал её будить и всю ночь дежурил сам. Отговорился, что отдыхал урывками.
За завтраком рыцарь с принцессой обсуждали дальнейшие планы.
— Перво-наперво нам нужно раздобыть коней, — Дерел запихнул в рот кусок яичницы, поджаренной с колбасой.
— Здесь? — засомневалась принцесса. — Место глухое, постояльцев мало, барышников не видать…
— Спросим у хозяина. К слову, сегодня ещё не замечал его мерзкой рожи.
— Дался он тебе. Можно подумать, чем-то нам досаждает.
— Не нравится мне этот прохвост. А я привык доверять чутью.
— У него действительно неприятное лицо. Но сомневаюсь, что этот человек задумывает какое-то злодейство. Сдаётся, он трусоват для такого.
— Вот и чудесно, — разделавшись с едой, рыцарь хотел облизать жирные пальцы. Но вспомнив, что сидит за столом с королевской особой, опустил руку и незаметно вытер о штаны. — Не полезет к нам — дольше проживёт.
Владелец постоялого двора появился не скоро. Вкатившись в общий зал, он благостно улыбался, демонстрируя хорошее настроение. День для него начался очень удачно. На рассвете от разбойников приходили посланцы. Как обычно, притащили товар на продажу. Хозяин «Синеокого лиса» за бесценок купил несколько отрезов дорогой ткани и украшения с самоцветами. После бандиты запаслись кое-какой снедью и выпивкой, и убрались восвояси. Хозяин же, запирая добычу в сундук, радостно думал, что если разбойники ещё немного похозяйничают в здешних краях, он разбогатеет настолько, что сумеет прикупить хорошей земли с домом возле Рейнсвика. А может даже и титул…
От
— Скажи, любезный, не найдётся ли здесь пары лошадей на продажу?
Услыхав это, хозяин расцвёл: определённо сегодня богиня удачи простёрла над ним золотую длань.
— Мой господин, — довольно скалясь, сказал владелец «Лиса» писклявым голосом, — люди мы бедные, но лошадки для вас найдутся. Если будете вы столь великодушны и соблаговолите пройти на конюшню, то…
— Хватит болтовни! — оборвал Ук-Мак. — Показывай дорогу.
— Как прикажете, господин, — неуклюже поклонившись, хозяин поспешил к выходу. — Извольте следовать за мной!
Выйдя на улицу, Айрин и Дерел, ведомые прихрамывающим владельцем, обогнули здание и оказались у входа в длинную пристройку.
— После вас, любезные господа, после вас! — хозяин услужливо распахнул широкую дверь.
Миновав несколько пустующих денников, предназначенных для лошадей постояльцев, троица приблизилась к двум коням, низко опустившим головы со спутанными гривами.
— Взгляните на этих скакунов, господа! — отдуваясь, торжественно произнёс владелец «Синеокого лиса». — Разве они не хороши?
— Нет, — ровно проронил Дерел, не без жалости рассматривая тощих кляч. — Они выглядят так, будто ты воруешь и жрёшь их сено. А уж про овёс бедолаги, должно быть, вовсе не слыхали.
— Шутить изволите, господин? — хозяин безуспешно пытался придать щекастой физиономии обиженное выражение. — Ха-ха…
— Какие тут шутки, — склонившись, рыцарь ощупал колено ближайшего коня. После заглянул в рот. — И сколько же ты просишь за них?
— Сущую безделицу. Пять золотых. За каждую.
Ук-Мак, опешив от такой наглости, безмолвно уставился на умильно помаргивающего собеседника.
— Десять золотых за полуживых развалин, способных хребтом распилить седока надвое? Да ты рехнулся! — вырвалось у него, наконец. — Айрин, уходим.
Ни слова не говоря, принцесса последовала за Дерелом.
— Как? Вы не хотите купить этих славных лошадей?! — с искренним удивлением воскликнул владелец «Синеокого лиса».
— Скажи лучше — издыхающих одров! — не оборачиваясь, бросил Ук-Мак. — Да бедняги даже идти быстрее нас не смогут!
Они с принцессой уже готовились обогнуть постоялый двор, когда из конюшни, тяжело дыша, вывалился хозяин.
— Подождите! — кричал он срывающимся фальцетом. — Четыре золотых! Вы слышите? Четыре за лошадь!
— О, Ильэлл! Скорее прочь отсюда, пока я не прикончил его за глупость, жадность и скверное обращение с животными!
— Нельзя пока, — прыснув, ответила принцесса. — Мы ещё не заплатили за ночлег. Да и хорошо бы пополнить припасы.
— Ладно, — скрипнув зубами, Дерел насуплено глядел на приближающегося хозяина «Лиса». — Только давай сделаем всё быстро.
— Конечно, — Айрин со смехом взяла его под руку. — Идём.