Архангельск
Шрифт:
Про товары с завода купцам слегка приврал. Загрузить мешки с песком и снаряды посчитал важнее, а если вернемся, то, возможно, караван успеет еще разик сходить на запад – уже спокойно и без меня.
Отчалили из Вавчуги тихо, после заутрени. Не надо нас провожать, мы еще вернемся.
Спустились к Архангельску даже раньше срока. Отправил ладью со снарядами, двумя экипажами морпехов и частью мешков в устье, на встречу с «орлами». Нечего особым грузом светить. Остальных можно и тут оставить – никто не сомневался, что на «апостолов» посадим своих стрельцов. Начал подготовку к гульбищу. Надоела эта работа на публику! Но «орлы», да и «апостолы» мне как родные. Ради них буду улыбаться и даже врать, как, собственно, уже и сделал, но добьюсь
Все было готово, чуть ли не штофы на столе стояли, а «апостолов» не было. Тень свою оставил в Вавчуге, он упорно хотел идти с нами, но все же поддался убеждениям и был назначен хранителем бумаг и идей. Теперь писать и рисовать было не с кем.
Порисовал просто так, для себя – корабли, разумеется. Хищные силуэты крейсеров, приземистые и без мачт, широкие броненосцы, обтекаемые подводные лодки. Вы тоже по-своему красивы, жаль только, что убили в людях парус.
Ожидание затянулось еще на один день, и «апостолы» вернулись. Целые. А то уже начал опасаться. Встали под погрузку. Грузили их почти сутки и завершили погрузку приемом на борт экипажей морпехов с их имуществом и мешками. Указал мешки пока складывать в трюме, успеем соорудить баррикады позже, не на глазах Архангельска. К обеду пригласил бомонд и купечество на отвальную. Пили и кричали здравицы. Вполне искренне мне желали доброго пути.
Хорошо бы. А может, действительно мне все эти страсти только кажутся? И никто не ждет нас за горлом Белого моря? Сходим и вернемся, так и не встретив ни одного паруса. Пусть так и будет, выпьем и за это. Только почему до сих пор ни один заморский купец не пришел – совершенно пустой рейд, если не считать трех наших посудин.
Вечеринка удалась. «Апостолы» снялись с якорей только поздним вечером. Объявил себя недвижимостью, велел идти на встречу с «орлами» и безвольно повис в гамаке.
Поднялся только поздним утром. «Апостолы» стояли рядом с «орлами» и, судя по всему, уже давно, просто меня не стали будить. Развил бурную деятельность: строили баррикады под фальшбортами и увязывали их от качки. Группировал на трех наиболее опасных участках абордажа. Указывал, какой экипаж за какой баррикадой будет сидеть и стрелять не высовываясь. Когда все обсудили, попрощался с Таей и перешел на второго «апостола», потом на «Ястреба» и только ближе к ужину попал на «Орла». Велел выдвигаться. Подняли на обеих мачтах вымпелы «делай как я» и начали выбирать якоря. Экипажу морпехов велел строить и крепить баррикады.
Четыре парусника уходили в белую ночь по Белому морю, которое казалось черным.
Решил пройти еще один круг, потренировать себя как флотоводца. Тренировали перестроение по вымпелам. То приказывал «апостолам» продолжать движение, а «Ястребу» перестраиваться к «Орлу» в кильватер и обходить наших подопечных кругом, то, наоборот, давал команду «апостолам» на поворот, и они заваливались в пологую циркуляцию, а мы уходили вперед. Днем устроил стрельбы с применением шимозы. Разительный эффект. Надо чтобы пушкари к нему привыкли, расстреляли по четыре фугаса на башню, больше жаба задушила, все же это наше основное оружие, нельзя его просто так тратить.
Обогнули Соловки по большой дуге и пошли галсами в сторону горла. Нет сил тянуть с выходом, да и у людей нервы на взводе.
Самых нетерпеливых встретили, не доходя до горла. Видимо, не дождавшись нас, пара фрегатов решила проверить, где мы отстаиваемся. Сближались быстро. Приказал «апостолам» закладывать циркуляцию влево, а мы пошли на сближение.
«Апостолы» интересовали фрегаты значительно больше. Один фрегат пошел наперерез торговцам, второй решил шугануть мелочь вроде нас. Я не стал мешать. Скомандовал «Ястребу» левый поворот на пересекающийся курс с первым фрегатом. Со вторым сближался сам, предположил, что фрегат для стрельбы повернет левым боком, чтобы потом ему было удобнее догонять торговцев – приказал готовиться правому повороту
– Поворо-о-о-от!
– Огонь!!! Стукните их там еще раз, чего они ждут!!!
Все. Три попадания шимозой, два в корпус и одно в паруса. Фрегат даже выстрелить не успел. Жуткое зрелище. Мачты, рушащиеся внутрь разваливающегося корпуса, летящие во все стороны ошметки, огонь и дым. То, что осталось от фрегата на плаву, уже не спасти. Страшная смерть. Но извиняться не буду.
– Приготовиться к левому повороту!
– Поворо-о-от!
Первый фрегат лихорадочно приводился. Дурачок, куда же ты теперь денешься, я же выше тебя по ветру. Тебе надо было «апостолами» прикрываться и по ветру уходить – глядишь, и ушел бы, не гоняться же за тобой по всему Белому морю.
Медленно вырезающийся против ветра фрегат быстро приближался. Сзади его подпирал «Ястреб» – на дистанции менее пятисот метров. Поднял вымпел «Ястребу» – открыть огонь. Пусть потренирует канониров правого борта.
Четыре выстрела с «Ястреба», фонтаны по бортам фрегата. По большому счету накрытие, только надо еще. Еще два выстрела. Одно попадание, явно порохом. Фрегат резко уваливается и пытается уйти, но подставляет бок «Ястребу». От бортов фрегата вдоль воды рванули струи белого дыма, растекающиеся в облака. Через секунду, которая стоила больших нервов, между фрегатом и «Ястребом» заплясали столбы всплесков. Через пару секунд долетел грохот залпа фрегата и ответный грохот залпа «Ястреба». Четыре выстрела, попадание порохом и шимозой. Сближаемся с гибнущим фрегатом, ведь еще даже в горло не зашли, а больше сотни врагов уже положили. Если там еще и абордажники были, то больше двух сотен. Сколько же судов в горле и за ним нас поджидают?
Фрегат глубоко осел на корму, горит, языки пламени рвутся вдоль поверхности воды, их захлестывает волной, но они снова и снова вырываются. Одиночный выстрел с «Ястреба» – шимозой в среднюю часть. Вечная память. Приказал опустить вымпел на открытие огня. Но это была уже формальность. «Апостолы» самостоятельно заложили циркуляцию, выходя на курс в горло. Пускай своевольничают, все же они купцы, а не военные.
Покричал наблюдателю доложить обстановку. Парусов не видно. Значит, идем в горло.
Подозвал боцмана. Стали обсуждать, где в горле могут прятаться корабли ловцов. Согласился, что самое перспективное – это северный берег, там почти каждая речка, впадающая в море, бухточку образовывает. А вот насколько эти бухточки глубокие, моя карта уже не скажет – много чего за триста лет поменялось. Подняли вымпел «апостолам» не торопиться, сами, как пара гончих перед охотниками, ходим галсами, изучаем берег.
Ближе к вечеру закричал наблюдатель. Весь экипаж, со мной вместе, синхронно задрали головы. Наблюдатель тыкал назад, к отставшим от нас «апостолам». Присмотрелся к горизонту, ничего не заметил, но Миха так орать зря не будет. Опять моя ошибка. Далеко отпустил от себя охраняемых, посчитал, что берег проверен и идущим следом ничего не грозит. Развернулись до бакштага правого галса и на всех парусах рванули назад, целясь между берегом и «апостолами».
Подходя ближе, увидели, как из бухты Чапомы вышла небольшая шнява, за ней следовал галиот. Проверяли же бухты, где они там прятались! Это нам, конечно, не противники. Главное успеть, а то попортят «апостолов».
Нельзя так далеко отрываться, нельзя! Все же шнява дойдет первой и, прижавшись к «апостолам», обезопасит себя от нашего огня. По ней уже сейчас стрелять опасно. Молодцы ловцы, красиво меня сделали. Придется пугать.
Бегу по башням правого борта, стучу заряжающим, кричу одну фразу: «Огонь по галиоту, порохом!»