Архангельск
Шрифт:
Ночью во сне не попал на дачу, хоть и рассчитывал на вторую серию. Зато и ежики спали, но под утро проснулись.
Второй день шли веселее. Ветерок немного разгулялся. Думаю, завтра с ветром будет хорошо. Пока шли на остров Сосновец. Почему туда – да сам бы там прятался, если бы ждал прохода конвоя вдоль берега! Вот и шел передать приветы спрятавшимся. Но спорить на картуз, есть там кто или нет, не буду. Может, это все же моя паранойя.
Дошли до Сосновца к вечеру, хоть и старались идти быстрее. Поднял вымпелы замедлиться конвою и поворачивать в бухту реки Сосновки. Сам начал набирать скорость и обходить Сосновец с моря. За этим нагромождением камней много не спрячешь, так что нарваться на крупные неприятности не опасался.
Тоже вариант. Тяжелая и неповоротливая, с характерно задранными носом и кормой, одна эта посудина способна нести больше пяти сотен абордажников, но нападать могла только на неподвижные цели, уж больно тихоходная.
Мысленно поаплодировал выдумщикам, затея с массированным ночным абордажем вполне могла удаться. Пушки башен левого борта начали выбивать гранитную шрапнель из острова, на фоне которого стояла каракка. Стояла бортом к надвигающемуся «Орлу», занеся свой бушприт над камнями острова и практически утыкаясь в них. По острову забегал народ, значит, часть абордажников засела на камнях. Вот это уже плохо. Первое попадание в каракку, ее ответный залп левым бортом – это все было уже не так важно. А вот как мы станем выкуривать абордажников с острова, если их там действительно много?
Наступившая тишина заставила оторваться от бинокля, через который рассматривал камни острова, и посмотреть на поле боя. Тяжело вздохнул, приник обратно к биноклю и продолжил выискивать за камнями людей. Могли ли они быть просто торговцами, спокойно идущими в Архангельск? Могли, конечно, они именно так и будут всем рассказывать. Но в пяти километрах напротив удобная, закрытая бухта и пресная вода. Чего они забыли на торчащем посередине моря булдыгане? И именно в этом месяце.
Как ни печально, но надо высаживать десант. Обошли остров с наветра, догнали караван, идущий в ту самую удобную бухту. Поднял флаги на остановку и, прижавшись к «апостолу», крикнул перевести на «Орла» еще один экипаж морпехов, старичков, разумеется.
Перебрасывать сходни не рискнул, тяжеленный «апостол» если навалится – никакими баграми не удержишь. Лучше потеряем двадцать минут на пересадку тузиками. Поднял сигнал «Ястребу» «делай как я». Надо все же дополнять сигналы. «Ястреб» в порыве энтузиазма весь наряд с «апостола» снимает, молодняк еще стреляет плохо, куда он их тащит-то. Ладно, пойдут второй линией.
Так, не опуская вымпел «делай как я» для «Ястреба», пошли к подветренной стороне острова, где встали на якорь. Приказал сделать десяток выстрелов по берегу шрапнелью, заодно и оценим, как работают подносчики снарядов с выставлением трубок дальности. Плохо работают, два срабатывания из четырех, остальные сработали при попадании в землю. Остановил стрельбу. Сбегал в трюм, вразумил добрым русским словом подносчиков, те пеняли на заряжающих – как обычно виноватых нет. Вразумил всех оптом. Обещал при следующих ляпах вразумлять каждого отдельно. А если бы на нас судно шло на абордаж? А тут такие промахи!
Поднялся наверх. «Ястреб» вставал на якоря под боком у «Орла». Приказал дать еще серию из носовых шрапнелью – глубже по берегу. Сделал вид, что одного не сработавшего как надо заряда не заметил. Отправил морпехов прочесывать этот километровый булыжник с подветренной стороны на наветренную. Отдал обе ракетницы, пожалел, что не взял больше.
Приказал не лезть под выстрелы, при массированном огне противника – лежать за камнями и отстреливаться. Сразу стрелять ракетой туда, откуда их обстреляли, а самим прятаться в любые щели и камни – будем стрелять по подсвеченным местам из пушек по четыре снаряда. Настаивал, чтобы капралы запомнили: по четыре! После четвертого разрыва морпехи должны перебежать в то место, куда мы стреляли. Вроде разобрались. Дал
Боцману велел медленно идти вдоль правого берега островка, параллельно с морпехами. Сниматься с якоря, как только всех высадит «Ястреб». Пока морпехи высаживались и накапливались на берегу, перешел на «Ястреб», повторил все предыдущие распоряжения, только стрелять будет одна правая носовая башня, и идти будем вдоль левого берега. Остался на «Ястребе», так как операция уже началась. Морпехи лезли по камням довольно густой цепью, центр которой терялся в деревьях. Было несколько одиночных безответных выстрелов, наверное, у молодых нервы подводят. Надеюсь, они не перестреляют друг друга в лесу – про тактику прочесывания цепью им было говорено, переговорено и оттренировано.
На том берегу вспыхнула ружейная перестрелка, короткое ответное хлопанье наших пистолетов, сильно отличающееся по звуку. А потом ударили четыре выстрела из орудий, сливаясь с грохотом разрывов. Считал очень внимательно. Сразу после четвертого разрыва опять захлопали наши пистолеты, на этот раз безответно.
Прошли больше двух третей острова, когда и на нашей стороне началась перестрелка. Среди деревьев загорелся огонек ракеты. Немедленно ожила наша башня. По огоньку с четырех снарядов они не попали, но, думаю, мало там не показалось. Главное, не зацепили бы осколками своих, деревья сильно мешали. Перестрелка возобновилась, но больше огня не просили.
Еще одна перестрелка случилась на самой оконечности острова, однако и тут морпехи справились сами.
Корабли развернулись, скатились обратно на прежнюю стоянку. Велел принять морпехов, отвезти на «апостолов» и вставать на рейд обычным порядком. Сам перешел на «Орла». Операция принесла двух раненых с нашей стороны и три десятка покойников с противоположной. Видимо, большая часть абордажников была на каракке.
Завершили операцию и встали на рейд. На берег сходить уже не стал, хотел выспаться.
Утром наконец-то раздуло, и мы начали бодро выбираться к Святому Носу. Следующее место, где, по моим прикидкам, должны ждать крупные силы, – это устье Поноя. Там шикарная стоянка для тяжелых судов, там пяток линейных кораблей может встать легко. Именно поэтому меня заинтересовал Моржовый остров, до него от Поноя меньше шестидесяти километров драпать.
Были у Поноя еще до обеда. Очень хорошо, весь день на стрельбы будет. Бухта оказалась пустой. Велел останавливаться и обедать. Прошли на «Орле» неторопливо по бухте, заглянули в реку. А где же ловцы? Зря портил нервы, что ли? А форты на Моржовом? Отдайте немедленно пару-тройку галеонов и пяток фрегатов гончих, на меньшее не рассчитывал! Зачем для этого боя снаряды экономил, спрашивается?
Если честно, разочаровался, поднял вымпелы и встал как обычно во главе конвоя. Пошли двумя большими галсами на Орловскую Салму. Ветер был отличный, дошли за три часа с хвостиком. Проскочили толстого и тонкого, в смысле мысы Орлов-Терский Толстый и соответственно Орлов-Терский Тонкий, и за ними-то нас и взяли.
Началось все с крика Михи. Меня извиняет только то, что в губе Орловка прятаться кораблям просто негде. Открытая бухта, мелкая и со сплошными рогами. Прорабатывали места засад до Святого Носа, дальше у меня просто подробных карт не было, а карты, купленные в Архангельске для похода в Гетеборг, детализацией не отличались – я эти места даже не рассматривал как плацдармы ловцов. Поэтому спокойно висел в трюме и портил чистые листочки блокнота всякими рисунками. Мое умиротворенное покачивание прервал с грохотом скатившийся по трапу помор. Ворвавшись ко мне, он коротко бросил: