Чтение онлайн

– Какую малость?
– встрепенулась успокоившаяся было ведьма.

– Уснать саклинание.

– Ах это. Узнает. По дороге узнает, - нимало не сомневаясь в сыскных талантах сыночка, пророкотала самонадеянная колдунья.
– Повзрослеет и узнает, узнает пока взрослеет, а мы поможем. Кстати, развивается он очень быстро. Скоро уже говорить и ходить сможет.

– Кокта?
– с нетерпеньем спросил Барон.

– Когда последняя песчинка упадет, - и ведьма посмотрела на песочные часы на каминной полке. Песок должен был закончиться вот-вот.

Увлеченные разговором, все забыли о мальчишке. Он, тем временем, ползал на четвереньках по столу,

безуспешно пока пытаясь цапнуть зазевавшегося Барона за унизанный бриллиантами палец. В конце концов Как-Зол слишком близко подполз к краю и, потеряв равновесие, шлепнулся вниз.

– Бедняжка, - запричитала Вдова.
– Вот видите, как ему не везет.

– Нишефо, - постарался утешить ведьму Барон, - тай щерт ему только то анчара топраться - тогта он еще всем покашет, кте ситорофы косы ночуют.

Ведьма захохотала, а вслед за ней и Колдыка. Они иногда потешались про себя над речами Барона. Тот не заметил насмешки, приписав их веселье своей удачной шутке. Все трое, взявшись за руки пустились в пляс вокруг круглого столика, на котором лежал и скалил острые зубки маленький злыдарь.

Вдруг Вдова резко остановилась и, вспомнив о провинности оборотня, грозно ткнула ему в грудь костлявым пальцем:

– Кстати, Колдыка, помогать ему будешь ты!

– Прекрасная итея!
– подхватил Барон.
– Только пошему пы не прикасать опоротню зразу пес профолочек тостафить малчишку к анчару?

– Незачем. Пусть сам мир посмотрит, уму-разуму поучится да силушку свою злую испытает. А если потреплет его кто в дороге, поколотит или перцу задаст - ничего, злее будет.

На воротник Как-Золу Вдова пришила костяную пуговку. Если ее потереть, пожарная сирена тотчас начинала звучать в ушах оборотня и гнала его на помощь хозяину волшебного кружочка, - но от страшной угрозы простоять всю жизнь на левой ноге тот теперь был избавлен. "И умер бедный раб у ног Непобедимого Колдыки", - весело напевал оборотень, скача на правой ноге вниз по бесконечной винтовой лестнице старого замка и прыгая через ступеньку. Еще посмотрим кому в конце концов улыбнется удача! Ему довольно легко удалось снова вывернулся из неприятного положения. Ведь куда лучше иметь дело с ее недоделанным сыночком, чем с самой свирепой Вдовой!

Суматоха в замке на какое-то время затихла. В старинных опочивальнях и залах перестали раздаваться стоны и вопли. Разбитые фарфоровые чашки и блюдца, были выброшены в мусоропровод - гордость хозяина замка. Успокоившиеся караморы снова расселись по узким стрельчатым окнам. А души несчастных замученных узников в подвалах снова забылись в тяжкой тревожной дреме.

Но и Иллюзион Фантазьевич тоже не сидел, сложа руки. Едва исчез вдали растрепанный ворон, принялся мудрый волшебник за дело. А что в таких случаях полагается делать знал он прекрасно.

– Всякая вещь, всякий случай и в игре и в сказке, да и во всем мире тоже, имеют две стороны, - и стороны эти и похожи и непохожи, одинаковы по форме, но разны по цвету. А значит, если кто-то поставил на игровое поле фигурку черную, то обязательно появится и такая же белая, - любил повторять он.

Если говорить более понятно, то, поскольку Вдова со своею шарагой решили создать себе в помощь маленького злыдаря, собрав по миру лихо и ложь, добрый старый чародей решил противопоставить ему доброго человечка.

"Придется и мне обзавестись внучком", - шептал Иллюзион Фантазьевич, сидя на крылечке своего небольшого выстроенного среди фруктового сада домика, стены которого, как из кирпичиков, были сложены

из сказочных книжек. Когда Иллюзиону Фантазьевичу требовалось вспомнить какую-нибудь сказку, он просто вытаскивал одну из книжек-кирпичиков, закладывая место дощечкой, чтобы стенка не развалилась, раскрывал и читал. Никогда не трогал он только четыре краеугольные книжки, лежащие в основании стен - иначе его домик мог бы попросту развалиться. Хотя и оч-чень хотелось. Ведь там были записаны такие старые сказки, которых никто, в том числе и он сам, никогда не читал.

И надел добрый волшебник свои старенькие стоптанные башмаки-скороходы, и отправился он в дорогу. Обходя города и села Губернии Сказок, он укладывал в белую коробочку добрые мысли и хорошие качества людей. Но медленно, очень медленно продвигалась его работа. То ли слишком стар он был, то ли уж очень разборчив - не брал в свою шкатулку неискренние чувства и напускное добродушие, то ли доброты в последнее время меньше стало, чем злобы - так ли, иначе ли, проворный оборотень уже набил полный ларчик, а у Иллюзиона Фантазьевича не было еще и половины.

"Ничего, ничего, - приговаривал старый волшебник, пряча в белую шкатулку особенно понравившиеся ему находки - невинность и всепрощенье, тише едешь, дальше будешь. Еще посмотрим, кто победит". Но когда Как-Зол появился на свет, Так-Добр (а именно так решил назвать старичок своего малыша) еще был далек от завершения. Иллюзион Фантазьевич понимал, что надо торопиться - иначе злой мальчишка наделает столько бед, что исправить положение будет очень непросто. А тут незадача: в коробочку нечаянно попало слишком уж много доверчивости, которая так смешалось с остальным ее содержимым, что на изъятие ее оттуда потребовалась бы целая уйма времени. Старый чародей подумал-подумал, да и решил оставить, как есть. Конечно, переизбыток доверчивости - не самая удачная черта характера, да еще для выполнения особо важной работы, - но что поделаешь: слишком дорог был теперь каждый час. Для тела мальчика чародей решил использовать простую оранжевую морковку. Вы не замечали, как иногда этот корешок напоминает смешного оранжевого человечка?

Глава 3

Первая проделка Как-Зола

Как-Зол очень обрадовался, когда покинул пределы замка. Правда, спускаясь с лестницы, он поскользнулся и расквасил себе нос, но даже это досадное недоразумение не смогло омрачить его радости от расставания с матерью и ее неприятными приятелями. Он с первого взгляда невзлюбил своих создателей, со второго стал их бояться, а с третьего понял, что пока он находится в замке Барона, придется ему подчиняться. Целую неделю они заставляли его смотреть в Волшебный Ящик, объясняя, по каким ужасным правилам идет игра в этом ужасно устроенном мире и что в нем можно и нужно было б еще испортить. Потом для лучшего понимания все трое принялись его воспитывать, то есть по очереди выпороли черного человечка ивовым прутом, подергали за уши, чтобы рос выше (хотя пре-екрасно знали, что выкопанный из земли в прошлом году корешок вырасти больше не сможет). Когда воспитатели Как-Зола посчитали, что тот уже усвоил все, что они хотели ему преподать, они повесили ему на спину ранец, в который положили всякие необходимые волшебные мелочи, а на отворот замшевой курточки пришили "звонковую пуговицу", которую нужно было только слегка потереть между пальцев, чтобы вызвать оборотня. Тут нужно добавить, что в пище человечек совсем и не нуждался, а чтобы подкрепить силы, мог просто зарыться в землю и, поскольку все-таки был корешком, насытиться ее благодатной влагой.