Чтение онлайн

– Ада, ну пожалуйста! Посмотри на время, я уже никого не найду. Ты же понимаешь?

– Понимаю, но не хочу.

– Адушка... А я тебе чебуреков на выходных нажарю...

– Чебуреков?
– знает, гад, как меня уговаривать.

– И рулет маковый испеку...

– Ммммм, уже слюни текут. А можно все это, только без пения?

– Нельзя, -смеется.
– Ада, выручай?
– уже серьезно произносит Георгий.

Чебуреки и рулет в исполнении Григория намного лучше, чем мое пение.

– Лааааадно. Хотелось бы добавить "Но это в последний раз",

но боюсь, тогда и чебуреки будут последними.

– Спасибо, солнышко!
– Тепло шепчет мне и уже громко кричит маме, что она проиграла.

– На что спорили хоть?

– Неделю Еву в сад будет теперь отводить и забирать Лиза.

Смеюсь. Мама попала. Потому что Ева утром устраивает истерики "не пойду в садик, даже когда она уже в садике", а вечером новый концерт "не пойду домой". И это она в старшей группе.

У Григория свой ресторан. Вот такой крутой преподаватель философии. Кстати, я, такая умница, поступила в универ, где он преподает в этом году. Я будущий лингвист. Не знаю, зачем мне это, но это единственное, что мне откликнулось, когда я читала список программ.

Свою мечту иметь кондитерскую я почему-то вычеркнула из списка...

Честно признаюсь, Григорий помог поступить, знаю, что хотели выбрать кого-то из абитуриентов, но этот прекрасный человек замолвил за меня словечко.

Похвасталась и ладно. Вернемся к ресторану Григория. Тогда, три года назад, я решила послушать его совет и узнать, что же меня ждет. А ждала меня хорошая и добрая история про чудесную семью - маму Лизу, папу Гришу и их лапочку дочку Еву. Постепенно, малююююсенькими шагами я стала пробираться в их семью тоже. И уже их переживания и проблемы стали задевать и меня, я стала им сопереживать. Так и вышло, когда Милана - это вокалистка в ресторане Григория, заболела в первый раз. Очень внезапно так заболела, за полчаса до выхода на их сцену. Ее начало рвать, я даже переживала, как бы она не захлебнулась, в своей блево....эээээ, ну ладно, в общем, отравилась она. Тогда я впервые увидела растерянное выражение лица Григория.

А у них всегда живая музыка. Бывает, конечно, и чисто музыка, но чаще выбирается жанр и Милана поет лучшие и любимые песни.

Не выдержала я тогда этого потерянного взгляда, ну и предложила свою помощь.

Удивительно, но Григорий даже не послушал, как я пою, просто согласился!

Вот и пришлось мне весь вечер петь шансон. Хорошо еще что большая часть композиций была мне знакома.

За это время я пела в ресторане раза четыре, не больше и каждый раз я получала в качестве благодарность неимоверно вкуснейшие чебуреки. Ну и денежку в конвертике.

Я люблю этот ресторан. "La demence". Ну а как не любить ресторан, в котором тебя всегда бесплатно накормят?

Ладно, пойду на сцену.

От автора.

Пожалуйста, если у вас есть возможность, читайте эту главу под песню Марии Чайковской "Тебя хоть там любят"

Голова

болит нещадно. Бубнеж Ками действует на нервы, хочется вытолкать ее из машины и просто побыть в тишине.

Дома Марк расплакался, не хотел, чтобы я уходил, не нравится ему новая няня, не привык еще к ней. У меня чуть искры не посыпались от его ультразвука.

Надо, наверное, все же добраться до врача, в последнее время голова болит все чаще.

– Ты меня не слушаешь!
– врывается в мое сознание очередная претензия жены.

– Камилл, что ты хочешь? Я уже сказал, что не буду лебезить перед твоим отцом. Если он снова начнет критиковать меня, то снова будет послан на хер.

– Но папа хочет, как лучше! Ну что ща профессия у мужика - дизайнер. Он хочет, чтобы ты стал его преемником.

– Напомню, что ты замужем за этим самым дизайнером.

– Да, но я больше не хочу говорить всем, что мой муж - мой бывший работник. Я хочу с гордостью говорить, что ты владелец сети закусочных. Мне надоело, что на меня смотрят с жалостью, когда я говорю, что ты дизайнер.

– Что? Ками, ты себя слышишь? С каких пор тебя вообще стало волновать мнение кого-то? С каких пор это быть дизайнером - заметь - востребованным, победителем ни одного конкурса, стало вдруг не в чести? Я не пойму, за тебя теперь говорит твой отец? А твои мысли куда делись?

Делаю то, что делаю последние два года. Просто отключаю в своем мозге ту часть, которая отвечает за восприятие и преображение бубнежа моей жены. И сразу так хорошо, тихо.

Камилла продолжает выносить мозги даже в машине. Стойкое желание остановить машину и выйти.

Кручу руль.

Сам не понимаю, зачем.

Зачем мне все это?

Как бы сказала моя Сливка "нах@я?"

Улыбнулся при воспоминании о ней. И получил очередной упрек от Камиллы, что я смеюсь над ее переживаниями.

Развод. Какое красивое слово.

– Камилла, просто помолчи, а? Голова гудит, а мне еще весь вечер сидеть в компании твоих родственников. Даже ты сама знаешь, что это то еще испытание.

– Адам, что за херня творится с тобой? У тебя все время болит голова. Такое ощущение, что она болит только рядом со мной.

– Прикинь, да?

– Мудак!

– Ками, не задевает нисколько. Я уже говорил, что с таким мудаком жить, может, и не стоит?

– Я не буду с тобой разводиться. Не дождешься.

– Тогда замолчи.

Я женился на ней. Потому что Сливка тогда сказала, что это правильно. Хотел, идиот, в ее глазах быть правильным. Правильным бы было забрать Камиллу из роддома, отвезти ее в ее же квартиру, нанять хорошую помощницу, няню, платить алименты и максимально проводить время с Марком.

После родов у Камиллы случилась послеродовая депрессия. Когда она чуть было не отправилась к праотцам, наглотавшись таблеток, она взяла с меня обещание, что я с ней не разведусь. Я тогда с испугу много что пообещал... А через год, когда делал дизайн проект для квартиры Сливки, понял, что ну не хочу я жить с Камиллой совсем.