Чтение онлайн

Однажды, когда Анна наблюдала за матросами, ей в голову пришла идея, как увеличить их число. Незадолго до этого она заметила жертву. Недалеко от Сант-Катарины, у берегов Кубы, на якоре стоял хорошо вооруженный голландский корабль. «Кингстон» проплывал мимо. Анна тщательно осматривала палубы, когда они огибали мыс. Большинство из команды «голландца» находилось на берегу, на борту оставалось только шесть часовых. «Кингстон» проплыл мимо. Когда он зашел за мыс, Анна отправила двух человек на берег за фруктами. Когда те вернулись, она показала половине экипажа, как с помощью танина сделать кожу смуглой, и уговорила

их снять часть одежды.

— Черт меня возьми, если я понимаю, зачем все это надо, — ворчал Корнер, размазывая темный сок по коже — Я подписывался быть пиратом, а не негром.

— Да, — улыбалась в ответ женщина, — но настоящий корсар знает, когда положиться на силу клинка, а когда на ум и хитрость.

Пять человек, загримированные таким образом наполнили челнок фруктами и налегли на весла, а Анна и Джек стали ждать.

Часовой на борту голландского судна заметил приближающийся челнок и позвал своих товарищей.

— Эй, араваки справа по борту. Хотят обменять фрукты. Голландцы быстро кинулись собирать кое-какую одежду и ром, готовясь к торговле с дикарями. Наступали сумерки, и в темноте трудно было отличить подплывающих от тех, которые приплывали накануне, размахивая своими плетеными из травы шляпами и гроздьями бананов.

Пираты, волоча за собой корзины с фруктами, поднялись по веревочным лестницам, сброшенным доверчивыми моряками. Не успели те и глазом моргнуть, как пираты выхватили из корзин пистолеты и тесаки, связали всех шестерых часовых, подняли паруса и устремились из гавани. И все это в мгновение ока. Один из бывалых голландцев высказался:

— Если бы в вашей лодке сидела эта ведьма, одетая как вы, то я тоже сразу же согласился бы, даже не сомневайтесь!

Теперь в распоряжении Анны и Джека были два корабля и двадцать человек. Хотя и чувствовалась малочисленность экипажа, но они представляли собой на море довольно грозную силу.

Следующий корабль удалось захватить, вывесив голландские флаги, и тем самым сбить с толку капитана испанской шхуны. Не успели на обманутой шхуне разобраться что к чему, а их уже взяли на абордаж. И на палубу, размахивая саблями, хлынула толпа вопящих босоногих дикарей под предводительством самой валькирии, которая приняла слова одного из голландцев близко к сердцу. Обнаженная до пояса, Анна ворвалась на палубу испанского судна, размахивая абордажной саблей и вопя. Ее грудь была прикрыта лишь портупеей, на которой висело ее оружие. Испанцы вытаращили глаза от изумления. Анне не было необходимости наносить или отбивать удары, так поражены были испанские матросы.

Рэкхэм отказался принять в команду испанцев, поэтому всех их отпустили, после того как корабль был освобожден от «лишнего» груза золота и орудий. Теперь их карманы наполняли монеты, но это не могло помочь им нанять экипаж, по крайней мере, до тех пор, пока они находятся в плавании.

На следующее утро Анна стояла у борта и следила за тем, как меняют свою окраску волны. Всю ночь накануне она не могла сомкнуть глаз. Они поругались с Джеком из-за ее поведения при захвате последнего судна, он возмущался по поводу ее «стриптиза».

— Ты что, подстрекаешь весь экипаж на изнасилование? Да ты выглядела, как обычная шлюха! Да еще перед испанцами!

Поначалу женщина пыталась подшучивать над его злостью:

— Но, Джек, ведь это сработало?

Не так ли? Не сомневаюсь, что мои груди могли ослепить только глупых папистов. Что же касается наших парней, то я — одна из них!

Но Джек не унимался:

— Я не потерплю, чтобы мою женщину видели обнаженной чьи-либо глаза, кроме моих! Я все еще капитан на этом судне, и если ты забыла об этом, то я прикажу выпороть тебя, как любого другого, неподчиняющегося приказам. И помоги мне потом Господь!

— А пороть меня будут в одежде или без? — задумчиво спросила Анна. — Я не позволю больше стягивать с меня блузу, капитан! Так же, как и разговаривать со мной в подобном тоне! Попробуй еще раз, и ты сам в этом убедишься!

Джек, нахмурившись, вышел из каюты. Он изменился, ее Джек… Но и она, должно быть, тоже. И Анна дала себе слово постараться сглаживать острые углы в их взаимоотношениях. Теперь она смотрела на бег волн, никогда не уставая от этого зрелища. Вдруг с грот-мачты раздался крик впередсмотрящего. Женщина схватила с подставки подзорную трубу, и мозг ее тут же пришел в рабочее состояние. Море наливалось стальным цветом, а на горизонте становилось пепельно-серым. На этом фоне были почти незаметны серые паруса. Джек подошел и стал за спиной, приняв из ее рук подзорную трубу.

— Что там, милая? — он с трудом разглядел белую пену парусов: — Билли, наверх! — скомандовал он самому юному члену экипажа, обладавшему самым острым зрением. — Посмотрим, на что ты способен! И если ты ошибешься, придется тебе целовать задницу боцмана, а не его дочь!

Билли усмехнулся и полез по вантам. Анна постаралась унять дрожь и стала ходить взад и вперед, вглядываясь в потемневшее море и желая усилием воли приблизить корабль. Из поднебесья донесся голос Билли:

— Это англичанин, сэр, летит по ветру, как чайка!

— Захватим судно! — крикнула Анна и тут же стала искать взглядом Джека, надеясь, что не оскорбила его своей поспешной командой. Он взглянул на нее и стал подстегивать экипаж приказами:

— Все наверх! Все наверх! Шевелитесь!

Заспанные пираты повылетали из своих коек. Стряхивая сон и чертыхаясь, они повисли на вантах, высматривая корабль. В мгновение ока «Кингстон» догнал тяжелый фрегат.

Его капитан, заранее зная ответ, все-таки закричал:

— Что за корабль? С какого вы порта?

Джек проревел через пространство, разделяющее их корабли:

— Мы с моря! — и вывесил черный флаг. Пираты повыскакивали из своих укрытий, крича, угрожая и размахивая абордажными саблями.

В ужасе Анна увидела, как откинулись щиты портиков фрегата, и в них появились скрывавшиеся до поры жерла орудий, похожие на ряд акульих зубов.

— Приготовиться к залпу! — закричала она, отскакивая от борта.

В ответ она услышала одно единственное слово «Огонь!», долетевшее через волны, и шлюп содрогнулся, приняв на себя бортовой залп фрегата. Прицел был взят немного выше, но палуба наполнилась дымом и осколками, защелкавшими по обшивке. Женщина почувствовала резкую боль в бедре от вонзившейся щепки. Ее легкие разрывались от дыма, глаза слезились, но она подставила плечо под двадцатичетырехфунтовое орудие, помогая вытолкнуть его на огневой рубеж. Анна, борясь с ветром, отыскала взглядом Джека. Тот стоял на шканцах, командуя канонирами, выкатывавшими пушки.