Зима 0001
Шрифт:
– Да… Да, Маришка, вы правы. Последний вопрос: существует ли способ отличить краткосрочные прогнозы от долговременных?
– Существует. Наверняка существует, но нам он неизвестен. Жмыхов, вероятно, умрет, Егор. Мне очень жаль. Фирма старается предотвратить беду, но она не способна ее отменить.
– Сергею Георгиевичу придется завести вторую «черную папку». Эта скоро переполнится.
– У него их уже четыре, – мрачно ответила Маришка. – Мы занимаем линию. До связи.
– «Фирма не
На стене, точно в укор его бессилию, слабо светилось:
ЖМЫХОВ УМЕРЕТЬ
Выключив монитор, Егор достал из шкафа конвертик со свежим плащом. Побродив по комнате, он убедился, что мусора не осталось, и взял с дивана книгу. Показывать ее он не желал никому, даже потенциальной супруге. Егор повертел книгу в руках и, не найдя для нее подходящего места, сунул в карман плаща.
– Сосед! – Окликнул Егор. – Прими письмо для Маришки. Голосовое.
– Я записываю, – отозвался мажордом.
– Маришка! – Сказал он, прочистив горло. – Твой дворник поехал в командировку. Вернусь вечером. Приготовь, пожалуйста, что-нибудь из рыбы. Ты отличная хозяйка.
Он хотел добавить что-нибудь еще, но передумал и, объявив Соседу отбой, пошел к лифту.
Желтый «Беркут» уже стоял у подъезда. Аркадий напряженно смотрел вперед – так, будто мчался на огромной скорости. При этом он мерно раскачивался и постукивал обеими ладонями по рулю.
– Шумы убери, – велел Егор, забираясь на заднее сидение.
– Это музыка, Егор Александрович, – оскорбился водитель.
– Значит, убери музыку.
Аркадий тронул на руле какую-то плоскую кнопку, и в салоне стало тихо.
– Куда едем, Егор Александрович?.. То есть Егор.
– В музей протоистории.
Водитель присвистнул.
– Музей? Это в Малом Китеже! Полтора часа в один конец, – предупредил он. – На вертолете…
– На вертолетах летают. А мы с тобой едем. В музей протоистории.
Аркадий жалостно вздохнул и завел мотор.
Машин на улице было мало – во-первых, обед, а во-вторых, проектировщики предусмотрели идеальные развязки. В часы «пик» пробки все же возникали, но нынешние городские власти относились к ним философски. Дороги они уподобляли артериям, а транспортный поток – течению крови. Мол, скачки давления при физических нагрузках – это нормально. Горожанам такие сравнения нравились.
Глядя в окно, Егор неожиданно задался вопросом, почему одна и та же планировка устраивает людей на протяжении двухсот лет. Население растет, жизнь меняется, и то, что было удобным для деда, внуку должно казаться невыносимым.
Егор удивился не столько этой мысли, сколько тому, что раньше она его не посещала. Никто из людей не задумывается о предках, лишь иногда – о потомках.
На углу висела ярко-красная вывеска: «Крендель + Ватрушка. Ваш свежий хлеб». Эта булочная стояла здесь всегда. И стеклянный шатер, и искусственные деревца в мраморных кадках – тоже. В доме напротив жили его родители – когда-то жили, раньше. Ребенком Егор любил забегать в угловой магазинчик, и продавщица привычно протягивала ему теплую ватрушку в хрустящем бумажном пакете. Ватрушки там пекли замечательные. А вот кренделей почему-то никогда не было.
Егор часто заморгал и повернулся вперед – тот дом давно скрылся из вида, потерялся в строю таких же серых башен, и выворачивать шею уже не имело смысла.
Это фраза из послания виновата, с неудовольствием подумал он. Размяк, рассопливился. Старь открыла настоящее… Ничегошеньки она не откроет, эта старь.
Машина пересекла объездную дорогу, нырнула в тоннель под пригородной платформой и, встав на прямую, как линейка, трассу, полетела к дальним холмам.
– У тебя на какую скорость лицензия? – Спросил Егор.
– У меня полная, – разудало ответил Аркадий. – Когда пришел в фирму, экзамен сдавал на гоночном «Стриже».
– Зачем фирме гонщики?
– Плащи развозить, – засмеялся Аркадий. – Может, музычку, а?
– Ты сколько в фирме работаешь?
– Шесть лет.
– Разве нашей фирме не пять?
– Вашей, с плащами, – пять. Но это вспомогательная структура. А фирма в целом – она давно появилась. По-моему, она была всегда.
Все было всегда, молча согласился Егор. Города, булочные, противостояние двух материков и, конечно, разведка.
– Постой, Аркадий, сколько же тебе лет?
– Да мы с вами ровесники. Выгляжу я подростком, знаю. С женщинами проблемы иногда… Но это тема невеселая. Давайте я лучше музычку…
– Включай, – скривился Егор.
Через час с небольшим на горизонте показалась темно-серая глыба. По мере приближения глыба росла и обретала фактуру: сплошная стена распалась на отдельные дома, между ними прорезались щели улиц, а в бетонных стенах стали различимы бликующие стекла.
Аркадий сверился с КИБ-навигатором и вырулил на внешнее кольцо.
– Музей за городом, – пояснил он. – Сейчас, уже приехали.
Они остановились возле невысокой асимметричной постройки, обсаженной какими-то пронзительно-зелеными кустами. Перед зданием находилась автостоянка, на которой торчала одинокая розовая машина дамской модели.
Занятно, подумал Егор. Музей протоистории, по идее, тоже спроектировали на Земле. В этом что-то есть – создавать музей самого себя…
– Зайдешь? – Спросил он у Аркадия.
– Я здесь подожду, если не возражаете.