Чтение онлайн

Вернувшись в комнату, он поискал глазами и не придумал ничего лучше, как сунуть блок в стенной шкаф. Там как раз завалялась пустая коробка из-под обуви – Холуй вошел в нее идеально.

– Вот твое место, – объявил Егор. – Здесь у тебя и программа «ночь», и программа «день», и все на свете. Командуй.

Ему не терпелось опробовать новый КИБ и, подсмотрев в письме его имя, Егор сказал:

– Сосед!

– Слушаю, хозяин.

– «Хозяин» не надо. Будешь звать меня Егором.

– Договорились, Егор, – ответил

мажордом.

Голос был выразительным, хорошо интонированным – с таким можно забыть, что он не человек, а железка. Егор представил, как Маришка вечерами болтает с электронной тезкой. А ведь раньше она разговаривала с этим.

– Сосед!

– Слушаю, Егор.

– Это у тебя вторая инсталляция?

– Да, вторая.

Значит, все-таки использованный. На душе у Егора полегчало.

– Вот так, браток, и ты уже устарел, – сказал он. – И тебя на кого-то променяли.

– Променяли, согласен. Но я не устарел. Двести сорок пятая модель – это вершина…

– Ясно, ясно. Я ведь тоже вершина. Эволюции. Мы с тобой оба – вершины.

– Я не то имел в виду, – возразил Сосед. – В КИБе двести сорок пятом технический ресурс полностью исчерпан. Для создания более совершенного квазиинтеллекта нужен новый прорыв в фундаментальной физике. А это невозможно.

– Неужели? Разве процесс познания не бесконечен?

– Распространенное заблуждение, построенное на элементарной логической ошибке. Процесс познания закончен. Если кто-то чего-то не знает, так только потому, что не получил должного образования. За последние сто лет учеными не сделано ни одного открытия. И уже не будет сделано.

– Угум… А внепространственный перенос? Если он изобретен, то почему мы им не пользуемся?

– Потому, что он не изобретен, – после короткой паузы ответил Сосед.

– Сам себе противоречишь.

– Нисколько. Внепространственный перенос невозможен.

– Во, загнул! Как же сюда все доставили – и людей, и машины? Пешком, на звездолетах?!

– Звездолеты – тоже нонсенс. Путем несложных вычислений можно установить, что при таком расстоянии необходимое количество топлива превысит общую массу космического корабля.

– По-моему, ты перегрелся. Говорил про логические ошибки, а сам что? Если нет ни кораблей, ни переноса, то как мы попали на Близнец? Съел, да? А вот еще: ты, наверное, не в курсе, но камера внепространственного переноса на Близнеце имеется. То, что она не работает, это печально. Но она су-ще-ству-ет! – Победоносно закончил Егор. – Все, отбой, мне некогда.

Рассуждения нового мажордома его немного обескуражили, но в общем он остался доволен. Холуй сказал бы, что информация недоступна, или что-нибудь в этом роде. Холуй годен исключительно для выдвигания-задвигания журнального столика. А с Соседом, оказывается, можно побеседовать. Егор на некоторое время даже забыл, что спорил с набором радиодеталей. Теперь он понимал, почему Маришка

так относится к своей… Маришке. Двести сорок пятые – они почти живые.

Егор заказал банку сардин и чинно, не торопясь, поел. Вчерашний накат зверского голода не повторился. Ему по-прежнему хотелось рыбы и только рыбы, но за рамки нормы это желание как будто не выходило.

Проглотив последний кусок, Егор потянулся, хрустнул лопатками и так же не спеша кинул посуду в мусорку. Сегодня ему нравилось все: воспоминания о Маришке, толковый Сосед, умеренный аппетит, а особенно то, что ему не надо никуда бежать, не надо завтракать в кафе на шестьдесят втором и вообще – ничего не надо.

В таком настроении он и вошел в комнату, когда сзади, со стороны монитора, раздался чей-то голос:

– А вы не очень пунктуальны, Егор Соловьев.

На стене висело огромное, крупным планом, лицо.

– Десять часов, семь минут, – сказал незнакомец. – Еще три минуты, и я бы отключился.

– А кто вас включил? Кто вам разрешил вламываться в чужое…

– Я дал задание вашему мажордому, – прервал его абонент. – Тем более, что вас предупреждали.

– Двести сорок пятый тоже вам подчиняется?

– Как видите, – с нарочитым равнодушием отозвался мужчина. – Перейдем к делу. Мое имя Сергей. Фамилию пока опустим, и отчество тоже, хотя в дальнейшем я потребую от вас обращения по всей форме. Я сам человек дисциплинированный и к субординации отношусь положительно.

Егор отошел к дивану и, поигрывая пультом, сел. Дисциплинированного Сергея с опущенной фамилией он не отключил единственно из вежливости. Он решил, что притушит поборника субординации сразу же, как тот закончит трепаться.

– Условия контракта мы обсудим позже, не в сети, – продолжал Сергей. – Но сумму назвать могу. Две с половиной тысячи. Разумеется, чистыми. Налогов вы платить не будете.

Егор взвесил пульт в руке и положил его рядом. Две с половиной против того, что ему платили в метео, было неплохо. Такой работы он не найдет нигде.

– Вас настолько интересуют перистые облака? – Спросил он.

– Совершенно не интересуют.

– Но моя профессия…

– Не в сети, – предупредил Сергей. – В настоящий момент за вами едут. У вас есть около пяти минут, чтобы одеться.

Егор спохватился, что сидит в одних трусах.

– Возьмите документы – все, вплоть до сведений о прививках. Деньги брать не нужно, после собеседования вас доставят обратно. Да, если вы носите с собой оружие, психоактиваторные вещества или…

– Не ношу, – отрезал Егор.

– Я на это надеюсь. До встречи.

– Постойте! А куда вы дели пятнадцатый канал?

– Пятнадцатый канал – это мы, – не совсем понятно ответил Сергей.

Мы, сказал про себя Егор, глядя на погасший экран. Мы – кто? Влезают в телесеть, не платят налогов, командуют Соседом, как родным…