Чтение онлайн

Тяжелая вешалка была завалена старыми плащами и куртками, одно одеяние громоздилось на другое. Насколько Виктору помнилось, так было всегда. Среди вороха тряпья Виктор обнаружил несколько зонтиков. Но, попытавшись достать один из них, случайно задел пальто и тут же оказался под ворохом никому не нужных тряпок. Он вытащил из этой груды мужской плащ, видимо, принадлежавший Сидни и оставленный на вешалке, когда был снят в последний раз лет десять назад. Плащ был военного покроя, черный, блестящий, из пластика или прорезиненной ткани, и Виктор выбрал его, потому что он был совершенно непромокаемым. Надел плащ и застегнул пояс. Он был длинноват, но Виктор

решил, что ничего лучше здесь не найти.

Виктор подумал о ключе, но не мог вспомнить, где его оставил. Среди своей одежды? В комнате с трупом? Все равно вернуть ключ под черепаху было бы невозможной задачей. Вспомнил и о пистолете. С закрытыми глазами отворил дверь гостиной, а когда открыл их, понял, что, вопреки законам природы и опыту, надеялся увидеть Мюриель сидящей в своем кресле, с ножницами в руке, с включенным электрокамином. Самое страшное зрелище скрывал ковер – кровавые брызги на стены не попали. Виктор прошел по ковру мимо чашки с искусственной челюстью и брезгливо, двумя пальцами, поднял муляж пистолета. Он был липким от запекающейся крови. Это было, в определенном смысле, самое мерзкое, что ему пришлось сделать в этот день. Закрыв дверь, Виктор понес пистолет на кухню и там подставил его под струю холодной воды и не мог отвести взгляда от завораживающего красного водоворота, исчезающего в сливном отверстии. Он смотрел и думал только о том, что в его жилах течет точно такая же жидкость.

Чья это кровь?

«Моя собственная».

Ему не хотелось вспоминать эти слова. Он отбросил их, вытер пистолет грязным посудным полотенцем и сунул в правый карман плаща. Виктор шагнул с крыльца, словно сломав стеклянную стену дождя. Открыл зонтик, закрыл за собой дверь и, поглядев по сторонам, заметил машину, стоящую у дверей дома Дженни. Когда он тут появился, улица была пуста. Виктор вспомнил, что сегодня суббота и Дженни с мужем в этот день отправляются за покупками. Наверняка они были в магазине, когда он пришел, и вернулись, когда был… наверху. У них продукты, купленные для Мюриель, и, как только дождь прекратится, они пойдут искать ключ…

Возможно, они его уже заметили. Дженни сказала, что не упускает ничего, что происходит на улице. Стоя у ворот, Виктор решил, что уже поздно заметать следы. Едва кто-нибудь войдет в дом, станет ясно, кто убийца. И в этот момент Виктор ощутил спокойствие. Он мог только отсрочить неотвратимость судьбы.

Он поднялся по таким же ступеням к входной двери Дженни, краем глаза увидев точно такую же альпийскую горку, и с удивлением отметил, что вместо привычного дребезжания услышал звук отбивающих полчаса курантов. Дженни показалась в дверях, и Виктор снова увидел Клару, испорченную, ухудшенную Клару, и у него словно что-то выпало изнутри, оставив пустоту.

– Привет, Вик, я тебя не сразу узнала. Ты щегольски выглядишь. Просто шикарно.

«Разодет в пух и прах…»

– Она велела принести то, что вы ей купили.

Похоже, что способность легко выражать свои мысли была утрачена. Ему снова стало трудно говорить, словно челюсть залило цементом.

– Вик, там только чайные пакетики и швейцарский рулет. Не зайдешь на минутку? Ладно, если время поджимает. – Дженни скрылась в дверях и уже через пару мгновений вернулась с двумя бумажными пакетами. – Держи, раз так, но я вполне могу сама отдать их попозже.

Он увидел, что она смотрит на его туфли, серые, с большими черными пятнами впитавшейся крови.

– Она не совсем здорова. Не хочет, чтобы ее беспокоили.

– Ладно. Намек поняла.

Счастливо, Вик! До встречи.

Поскольку Дженни могла наблюдать за ним, он понес пакеты к гаражу, будто хотел войти в дом с черного хода, и оставил их на подоконнике под хлещущим дождем. Завтра или послезавтра, подумал он, соседка Дженни обнаружит тело Мюриель. Только оказавшись на собственной улице, он задумался: зачемвозвращается в дом миссис Гриффитс?

С угла Толлешант-авеню Виктор заметил полицейскую машину. Он был по-прежнему спокоен и прекрасно понимал, что никто еще не может знать об убийстве Мюриель. Полицейские приходили к нему по другой причине, и это не особенно его волновало. Они все еще разыскивают Рыжего Лиса, или та женщина из Эппингского леса подала заявление. Он ждал и вскоре увидел, как из дома миссис Гриффитс вышли двое, одним из них был сержант Латимер, и сели в машину. Виктор предположил, что они решили подождать в машине, но тут раздался звук мотора, и автомобиль, блеснув габаритными огнями, двинулся вверх по улице.

Разумеется, они вернутся, и очень скоро. Виктор боялся встретить миссис Гриффитс или соседа, который жаловался на шум в его комнате. Но дом был пуст. Виктор поднялся по лестнице и вошел в свою комнату. Разувшись, хмуро оглядел комнату, решая, что взять с собой. Открыв чемодан Сидни, положил в него единственную вещь, которую хотел взять с собой, – фотографию Клары.

Нет, было еще кое-что. Инвалидное кресло.

Виктор сложил коричневый плед и положил на сиденье. Захлопнул за собой дверь, поглядев напоследок на выжженный сигаретами рисунок на бамбуковом столике, линолеум с равиоли и зеленые ковры, телевизор, на который ушла большая часть родительских денег. И старался не думать об оставленных на полу серых туфлях с пятнами крови. Это первое, что увидят полицейские, когда взломают дверь.

Как только Виктор оказался на улице, он с удовольствием уселся в инвалидное кресло, накрыв колени пледом. Дождь практически закончился, оставив за собой лишь изморось. Виктор двинулся к Твайфорд-авеню по тротуару, перечерченному глубокими лужами, не обращая внимания на крупные капли, падающие с листьев. Чемоданчик с деньгами и фотографией Клары лежал у него на коленях под пледом.

Едва Виктор достиг угла, полицейская машина вернулась, замедлила ход и проехала мимо. Он уже был не Виктором Дженнером, а просто несчастным инвалидом-колясочником. Примерно в миле от дома миссис Гриффитс, когда руки от натуги свело судорогой, он вылез из кресла и заметил, что его можно складывать. Такая возможность даже не приходила ему в голову. Виктор сложил кресло и, когда подъехало такси, положил его на заднее сиденье.

Виктор лежал на кровати в номере отеля. Гостиница находилась в Лейтонстоне, примерно на полпути между Эктоном и Тейдон-Буа. Таксист отказался ехать дальше, а Виктор из-за усталости не подумал о машине напрокат или о поездке на метро. Пока он сидел в тюрьме, Лондон буквально наводнили туристы, и в ближних и дальних пригородах было полно новых отелей. Их открывали в перестроенных старых домах, и номера стоили значительно дешевле, чем в центре города. Цена Виктора не беспокоила. В чемоданчике было полно денег, он не знал сколько: слишком устал, чтобы пересчитать купюры. Во всяком случае, достаточно, более чем достаточно, чтобы найти жилье для себя и Клары, основать бизнес или уехать за границу, если она этого захочет.