Чтение онлайн

– Можно мне иногда навещать тебя?

– Конечно. Я буду рада. У меня ведь теперь в Америке никого нет.

Фира поднялась в спальню, мгновенно уснула и проснулась с улыбкой на губах и с готовым планом в голове. Она влюбит в себя Пита, тот разведется с женой, женится на Фире, и у Тома будет настоящая мама…

Падать – так уж на все четыре лапы. И лучше всего – в миску со сметаной.

Жизнь многому научила Фиру, только один урок она так и не усвоила: ничего нельзя планировать. Тем более если плохо знаешь людей, которых напрямую касаются твои планы…

Пит любил Ревекку

со школьной скамьи. Окончив колледж, они поженились и жили счастливо, потому что одинаково мыслили, об одном и том же мечтали, имели одинаковое воспитание – в американских традициях. Конечно, проблемы в их жизни были, причем одна очень серьезная….

После появления Тома Ревекка ушла с работы, посвятила себя сыну. Она не доверяла его никому: ни профессиональной няне, ни своей сестре, у которой было трое собственных детей. Непривычные материнские заботы сказались сразу же. От постоянного недосыпания Ревекка подурнела, перестала следить за собой, стала неряшливой, но Пит ничего этого не замечал. Он стал отцом, и все его интересы и помыслы сосредоточились только на сынишке. Как он поел? Как он спал? Как покакал? Что сказал педиатр?

Когда Тому исполнился месяц, Пит с Ревеккой решили устроить праздник. Супруги подумали, что надо пригласить и Фиру.

Молодая женщина весь месяц чувствовала себя отвратительно. Физическое нездоровье привело к глубокой депрессии: она ничего не хотела делать, не выходила из дома, целыми днями лежала на диване, смотрела телевизор. Единственное ее общение свелось к скупым разговорам с домработницей, о которой позаботился Пит. Именно она сообщила Кригу, что ее хозяйка больна. Обеспокоенный, Пит стал приходить к Фире почаще и показал себя настоящим другом.

Криг понял, что помочь Фире может только любимое дело, и решил открыть для нее частный госпиталь – центр, где она сможет оперировать детей с врожденными дефектами. За три дня до праздника Пит рассказал об этом Фире, что сразу же вернуло ее к жизни. Она даже написала письмо Якову и с нетерпением ждала ответа.

Фира не хотела ехать на вечеринку. Она боялась, что ей будет невыносимо больно видеть ребенка, о котором так мечтала, на руках счастливой матери. Но ей не хотелось обидеть отказом Пита, который столько для нее сделал, причем бескорыстно, лишь по зову доброго и мудрого сердца. В конце концов, не вечно же сидеть одной в пустой квартире. Раз уж плюхнулась на четыре лапы, беги дальше…

Фира сходила к парикмахеру, сделала классный макияж, надела изумительное платье, которое откровенно подчеркивало ее идеальную фигуру.

Вечеринку в честь маленького Тома устроили на лужайке возле бассейна. Официанты накрыли столы, дизайнеры поставили освещение, на маленькой эстраде струнный квартет тихо играл старую добрую классику.

Фира была ослепительно хороша, ее красота вызывала восхищение и завистливые взгляды гостей. Подойдя к Питу и Ревекке, она передала подарок для Тома и взяла бокал шампанского. Гости оживленно беседовали, шутили, смеялись, обменивались новостями – все они прекрасно знали друг друга, это был круг, в котором Фире пока не было места. Она почувствовала себя одинокой, чужой и неловкой. Правда, страх увидеть Тома, своего Тома,

сыном Ревекки – этот страх сменился другим чувством. «Главное, – думала Фира, осушая бокал, – что ему хорошо. Он будет расти в любви и роскоши. И так ли уж важно – чей он сын».

Гости непринужденно, с бокалами в руках, переходили от группки к группке, целовались, улыбались, обменивались приветствиями и шутками. Женщины разглядывали наряды и драгоценности, мужчины с подчеркнутой грубоватостью хлопали друг друга по плечам и угощали сигарами.

Один из гостей подошел к Фире.

– Меня зовут Рон, – представился он. – Вы так одиноки и так красивы, что я не мог не подойти к вам.

– Меня зовут Фира. – Она признательно улыбнулась. – Я действительно, кроме Пита, Ревекки и Тома, никого здесь не знаю. Зато с Томом я знакома уже восемь месяцев. – Фира сама не поняла, почему вдруг совершенно незнакомому человеку сказала об этом.

– Не понял… Ребенку ведь только месяц.

– Это я выносила и родила Тома, когда перепутали эмбрионы…

– Ах да… Извините, Фира. Я слышал об этом скандале. Слава богу, что он так же быстро погас, как и вспыхнул. Но вы еще молоды! У вас все впереди. Не будем грустить! Договорились?

Рон с первого взгляда, с первых слов понравился Фире. Типичный американец, по ее представлению. Очень похож на молодого Джека Лондона – такая же широкая улыбка, густые волосы, неукротимый открытый взгляд, мужественные складки возле губ и твердый подбородок. «Наверняка любимчик женщин», – ревниво подумала Фира.

Рон взял ее под руку и повел знакомиться с гостями. С этого момента Фира перестала быть чужой на этом празднике. Вечер прошел прекрасно. И даже когда счастливые родители вынесли показать свое чадо, сердце Фиры не дрогнуло. Она только крепко взяла Рона под руку и прижалась к нему плечом.

К ним подошел Пит, веселый, слегка хмельной.

– Фира, я вижу, что ты уже познакомилась с этим покорителем женских сердец. Он мой компаньон. И постоянный соперник, – добавил он шутливо. – Будь с ним осторожна, Фира.

– Я не боюсь, – смеясь, ответила она.

У нее в самом деле не было пока особых видов на Рона. Пока он интересовал ее больше всего как компаньон Пита, друг семьи – это всегда может пригодиться. О своем мимолетном желании «приручить» Пита она давно уже забыла.

Рон отвез ее домой. Спросил, помогая выйти из машины:

– Пригласите на чашку кофе?

– В другой раз. – Фира улыбнулась, смягчая отказ.

Ответ ей подсказала интуиция, да и опыт. Она понимала, что как только женщина становится доступной и перестает быть для мужчины загадкой, интерес к ней может мгновенно пройти.

Рон протянул ей свою визитную карточку:

– Я жду вашего приглашения в любое время.

– А как же работа?

– Я сам себе босс.

– Спокойной ночи, босс! – Фира засмеялась и скрылась за тяжелой дверью.

Рон медленно ехал пустыми ночными улицами. Что-то удивительное, очень интригующее было в этой женщине.

Он нетерпеливо ждал ее звонка несколько дней, замучил Пита расспросами о Фире и все больше и больше убеждался в том, что такой женщины у него еще не было. И никогда не будет…